надо!
Смотрю, как она заходит в примерочную, не закрыв дверь, начинает расстёгивать молнию, сдирать с рукава. А сама ругает меня, выражения не выбирая.
Чёрт, опять я облажался. Хотел же, чтобы все было спокойно!
Хотя нет, нет, Лавр! Ты ее сюда притащил, в этот магазин дорогущий, чтобы унизить в очередной раз! Чтобы дать ей понять, что ты ей можешь тут шмотку купить, а ее муж – нет! Что ты весь из себя такой крутой мачо, богатенький, а она тебя на какого-то нищеброда променяла…
Вот этого ты хотел.
Сам себя ненавижу в этот момент. И что делать – не знаю.
И хочется поговорить с ней нормально, прощения попросить сам не знаю за что. А с другой стороны – гложет обида, злость.
На то, что не мне поверила тогда, а тем, кто про меня наговорил всякого.
- Александра, успокойся. Хватит. Характер будешь мужу показывать. Завтра на корпоративе чтобы в этом платье была, ясно? И условия мои ты хорошо помнишь. Переспишь со мной – я в твою жизнь лезть не буду. Материально помогу, если надо. Но влезать в семью не стану.
- То есть… получается, девочки тебе не нужны, да? Ты с ними так, поиграл как с котятами и выбросил?
Стоит в одном белье, и смотрит с презрением, как королева, блин, английская.
Снова шагаю к ней, закрываю дверь. Она руками себя обнимает, от меня закрывая, только это бесполезно – все равно я все вижу, и чувствую. Чувствую, как жар от неё идет, и до сих пор запах возбуждения в воздухе.
Но трогать ее я сейчас не буду. Постараюсь не трогать.
- Одевайся, Саш. Пойдем. Девчонки еще хотели пирожных.
- Сладкое им вредно. Обед скоро.
- Значит, накормлю вас обедом. Потом пирожные. Потом домой отвезу.
- Всё уже решил, да?
- Да. Я же решала, забыла?
- Решала… Да. Только, почему-то решаешь чужие проблемы, а мне только создаешь. Я не возьму платье, Никит. Оно очень дорогое, денег таких у меня нет. Что я мужу скажу, где взяла? Белье… тоже кому-нибудь подари, или выброси, раз его нельзя не купить. Туфли тоже… колодка не удобная, жмут. За такие-то деньжищи… Так что… Прости, решала. Решай в другом месте.
- Саш, смотрю, ты больно смелая, да? Еще раз говорю – платье возьмешь и наденешь завтра. И белье. И туфли. Если не наденешь – пеняй на себя. Все равно узнаю, что по-своему поступила. Тогда действительно, не решу твои проблемы, а новых добавлю.
- Сволочь ты, Лавров.
- Да. Я такой. Извини. Учителя по жизни были хорошие. Выходи, я жду.
Сам покидаю примерочную, злой как чёрт.
Не знаю, что на меня нашло. Не хотел ведь ругаться, грубить не собирался. Думал, все пройдет спокойно. Особенно после того, как она таяла в моих руках, содрогаясь от удовольствия.
Но, видимо, с котёной это не работает. Нам с ней обязательно надо сцепиться, поругаться. По-другому пока никак.
Но это только пока.
Посмотрим, что она запоет завтра, на корпоративе. Когда поймет, что я реально могу и ей и её супругу жизнь испортить.
Надеюсь, она пока не поняла, кто именно устраивает этот корпоратив?
Думаю, хороший будет сюрприз.
Глава 30
Рассеянно перебираю вилкой в салате. Ресторан дорогой – наверное, чтобы заплатить за то, что заказали дочки, придётся отдать всё, что дал мне сегодня Андрей…
- Ну как вам развлечения? – Никита не спускает глаз с близняшек, которые с удовольствием уплетают блюда из «детского меню» ресторана. Кажется, они заказали почти всё, что там было! Я пыталась их урезонить, но Никита, наоборот, подначивал и предлагал всё новые и новые угощения…
В итоге трое против одного – шансы на победу были неравны.
Мне пришлось сцепить зубы и сидеть молча. Себе я вообще ничего заказывать не стала, но Никита сделал это вместо меня. Салат с морепродуктами… Неужели он до сих пор помнит, что я их люблю?
- О, нам очень понравилось! – Мила откидывается на спинку кресла и мечтательно закатывает глаза. – Давай туда вернёмся после обеда?
- Давай! – тут же соглашается бывший.
- Нет! – резко отвечаю я, и вся компания устремляет на меня недовольные взгляды.
Быстро же он их на свою сторону переманил!
- Ну ма-а-ам! – канючит Алина. – Ну пожа-а-алуйста!
- Нет, нам пора домой, - смотрю на часы я. – Дома ещё куча дел! И у вас в шесть часов танцы, забыли?
- Так вы танцами занимаетесь? – после нашей ссоры Никита обращается исключительно к девочкам. Меня игнорирует. Так и лучше, наверное…
- Да! – Мила отставляет недоеденную тарелку и берёт следующее угощение.
Недовольно вздыхаю. Меня с детства приучили, что к еде нужно относиться с уважением… Я старалась привить это и дочерям, но Никита своим баловством перечёркивает все мои старания! Словно нарочно!
- Скоро у нас выступление! – Алина уже доела и теперь переходит к десерту. Точнее, десертам. Во множественном числе. Потому что перед ней стоит целых четыре тарелки с лакомствами.
- Ты придёшь? – с надеждой спрашивает Мила.
Она так странно смотрит на Никиту… с такой неподдельной симпатией, что мне становится не по себе. Несмотря на мои старания, с Андреем девочки так и не стали по-настоящему близки. Я не требовала от него многого… и в результате, за последний год, они очень сильно отдалились.
Сама не знаю, что именно меня так напрягает в этой внезапной любви дочерей к Никите.
Наверное, я просто боюсь что, когда он «наиграется» в папочку, и укатит в свадебное путешествие со своей невестой, мои девочки будут скучать… и страдать… Также, как и я когда-то.
- Он не придёт, - холодно говорю я. – У Никиты на это время запланировано путешествие. В другую страну. – На языке так и вертится «и с другой тётей», но я держу себя в руках, чтобы не разочаровывать дочерей.
Боковым зрением вижу, как Никита с силой вонзает нож в лежащий на тарелке стейк.
- Ваша мама не знает, о чём говорит, - цедит он сквозь плотно сжатые зубы. – Лично я ваше выступление не пропущу.
- Не давай обещаний, которые не можешь исполнить, - парирую я, сверля его негодующим взглядом. Интересно, когда мы с ним встречались, и он надолго уезжал «по делам», он тоже изменял мне, как изменяет сейчас своей невесте со мной?
