Путь Кочегара V (СИ) - Матисов Павел

— Ты на кого зенки раззявил, Ублюдок?! — заметил мое внимание папаше.

— Отец, спокойно! — встала перед ним Даррака, уперев руки в бок. — Побольше уважение к главе отряда. Ты ставишь меня в неудобное положение! Босс, моя мама Каллия и два младших брата: Урнес и Шанкар. Только я из семьи проявила склонность к пламетворчеству, так что они просто здоровяки, и не более.

— Хо, здоровяки — это мягко сказано… — протянул я, смотря на двух амбалов. — Приятно познакомиться, тетя Чонджул.

Я обозначил поклон Каллии как супруге главы семейства.

— Какой воспитанный молодой человек, — произнесла она с вежливой улыбкой, приложив ладонь к щеке. — Золотой амулет династии Чай? Никак принца увела из дворца, дочь?

— Ничего подобного! Хотя, он, кажется, и впрямь гунский отпрыск. Уж и забыла про сей факт, — задумалась она. — Мой босс — Сумасшедший Ублюдок Ли.

— Дарова, принц! — кивнул Шанкар.

— Так это тот самый Ублюдок Ли, который постоянно к тебе приставал?! — проговорил Урнес тяжелым тоном.

— Ну, вроде того, только теперь мы в хороших отношениях! — поспешно добавила девушка.

— Разве так я воспитывал тебя дочь? От мерзавцев следовало держаться подальше! — выдал отец.

— Как брат Дарраки я обязан преподать урок Ублюдку Ли!

— Урнес, кончай выпендриваться. Давно уши не крутила тебе?

— Когда-то ты была сильнее, сестра. Но те времена давно прошли. Настал мой черед защищать тебя. Ублюдок Ли! Я вызываю тебя на поединок ульдханг!

— Это что еще за зверь? — приподнял я бровь.

Мне вкратце объяснили правила. Насколько я понял, это было нечто вроде вольной борьбы с вкраплениями других боевых искусств.

— Мне обязательно в этом участвовать?

— Что, уже струсил, Ублюдок?!

— Прекращай так меня называть, Урнес, — нахмурился я. — Меня зовут Кочегар Ли!

— Тогда докажи свою правоту на ринге, Ублюдок!

— Похоже, братец не остановится, — высказалась Даррака. — Ладно, босс, пускай вас помнут немного, ничего страшного не случиться.

— Считаешь, у меня нет никаких шансов?

— В ульдханге запрещено пользоваться оружием и духовным огнем, — пояснила она. — Так что я бы на вас не поставила…

— Но я ведь нахожусь на ступени Бойца. Стал сильнее физически.

— Наверное, на этапе Адепта у вас были бы шансы против опытного аракийца, а так… — покачала головой Чонджул.

— Ульдханг будет потом. Чего ты Дари и гостей на пороге держишь? — пожурила супруга Каллия. — Веди внутрь, накрывай на стол. Будем отмечать приезд!

Чонджул закатили шикарный по меркам аула пир. Раскупорили бочки медовухи и саке, запекли мясо. Я попробовал несколько видов разных домашних сыров. Впрочем, в этом мире практически все было домашним, тем более в провинциальном Унд-Араке. Какие-то вещи казались более вкусными и натуральными, но некоторым я бы предпочел строгое следование фабричной рецептуре и соблюдение всех гигиенических процедур. За месяцы проживания на Фанши я не ко всему успел привыкнуть. Отец с братьями не выражали дружелюбия, так что я использовал Чебуля для проверки на яды. Хургл был рад такому изобилию.

Периодически подходил народ: кто-то приносил кушанья или выпивку, кто-то нет, другие просто заглядывали посмотреть на дочурку Чонджул и знаменитого Ублюдка Ли. Народ в основном старался пить в меру. У многих аракийцев была схожая с Дарракой особенность неожиданно вырубаться. Жители Унд-Шорал не желали пропускать редкое событие: как местный намнет бока заграничному принцу.

К вечеру мы гурьбой направились на ристалище для проведения ульдханг. Ринг, отмеченный камнями в земле, находился на возвышении над поселением. Ввысь уходил живописный пик, изборожденный какими-то пещерами и кавернами. По словам местных, в пещерах внутри обитали многоножки, на которых периодически устраивали вылазки. С одной стороны истоптанной площадки находились скалистые уступы, на которых собирались зрители, с другой виднелся обрыв, огороженный хлипким заборчиком. Вряд ли можно разбиться насмерть, грохнувшись с такого, но приятного в любом случае мало.

Вот уж не думал, что посещение родных краев Дарраки будет сопряжено со странным состязанием с одним из ее братьев. Складывалось впечатление, что я прохожу проверку на профпригодность у семьи Чонджул. Если провалюсь, то доверять мне свою дочурку они не станут. Даррака, несмотря на не совсем юный возраст, почитала предков, и могла последовать их решению. Мне не хотелось терять ценного кадра — это во-первых. Во-вторых, ударить в грязь лицом и проучить братца Урнеса я жаждал вполне искренне.

Хоть Урнес и был самым младшим в семье, ему стукнуло не так давно девятнадцать годков, и в высоту он догнал своего монументального отца. Вширь ему еще предстояло дорасти, но и имеющегося хватало, чтобы скрутить в бараний рог любого серва за пределами Унд-Арак. Весил тип больше меня чуть ли не вдвое. Я надеялся на свое тренированное тело пламетворца. Но когда узнал общие правила, несколько помрачнел: очки в ульдханг добывались за успешный бросок, захват или выталкивание соперника за пределы ринга. В последнем у более массивных бойцов было явное преимущество. Я чувствовал себя боксером легковесом, вышедшим против качка-суммоиста. Впрочем, сдаваться я не собирался. Ибо таков Путь Кочегара.

— Полурослик с низин никогда не сможет одолеть аракийца!

— Ублюдок Ли должен быть наказан!

— Размажь его по площадке, брат Чонджул!

— Господин Кон, будьте бдительны и осторожны!

— Босс, у вас нет шансов, но я все равно за вас!

Зрители подбадривали Урнеса, болея, естественно, за своего. Лишь тонкий голосок Сати пробивался через галдеж аракийцев. Да Даррака поддерживала меня в свойственной ей задорной манере.

Мы с оппонентом встали друг напротив друга на ринге, освещаемые лучами клонящегося к закату солнца. Глаза усача блестели жаждой крови. И чего мне так везет на носителей надгубной поросли? Он еще и поглаживал их периодически, словно считал, что усики — это пропуск… в Валгаллу…

— Готовься к смерти, Ублюдок Ли!

— Такого не было в правилах, — буркнул я, после чего проговорил четко. — А ты знаешь, что чувствует человек после смерти?

— Как будто ты знаешь! — фыркнул здоровяк.

— Знаю, — ответил я спокойно и веско.

Усач умолк и нахмурился. Похоже, мои слова смогли его немного пронять.

К рингу вышел седовласый сгорбленный старик, который все равно был одного со мной роста:

— Правила помните? Захват, бросок, выход за пределы ринга — один ульд. В ульдханг побеждает тот, кто первым наберет пять ульдов. Духовные техники, в том числе и усиление, удары в лицо, по голове или в пах запрещены. Готовы? Первый круг… Бой!

Мы двинулись к центру площадки и сцепились друг с другом. Я хотел сопоставить наши физические возможности, проверить кто из нас сильнее. Но вместо этого ощутил, как меня приподнимают за подмышки, а затем просто выносят с площадки.

— Ульд Урнес! — прокричал рефери.

Да уж, в данном состязании большая масса была весьма полезна. Обычно я полагался на остроту и скорость клинка или мощь огненных разрывов, здесь же остался лишь я: кочегар низин против горца-великана. Что ж, придется менять тактику. Было у меня несколько идей. Сражались бойцы в одежде, так что броски напрашивались сами собой.

В следующий заход я поднырнул под руку, схватил Урнеса за отворот его кожаной куртки и, кряхтя, перебросил через себя. Рухнув на утоптанную землю, аракиец поднял небольшое облачко пыли. Все-таки усиленное тело пламетворца и суровые тренировки сделали свое дело: физически я стал значительно сильнее и мог поднимать большие тяжести.

— Ульд Ли Кон! — отметил мой успех судья.

Сражение продолжилось. Урнес отнесся со всей серьезностью к моим броскам, ощутив на себе все прелести полета. Действовать братец стал осторожнее: не бросался вперед сломя голову, давил своей массой и старался не подставляться. Я же пытался уклоняться и не попадаться в захваты — в таком случае бросок был практически неминуем. В ульдханг разрешались удары в торс, ноги и руки, чем я и воспользовался. Благодаря скорости и ловкости мне удавалось наносить хлесткие удары и избегать захватов. Правда, на здоровяке Урнесе мои атаки действовали не столь эффективно. В нокаут без ударов по голове человека не отправишь.