Хулиган. Его тихоня - Эла Герс

Дело дрянь.

Потому что расспросить об этом Таню я не могла.

— Плохо, что ты не знаешь, — надулась я. — Очень плохо.

— Почему ты так хочешь знать это? — спросила Уля.

— Я просто хочу знать, что произошло на самом деле. Что в этом такого? Он ведь не с рождения такой, он стал им, но почему? Возможно, с ним что-то случилось.

Лицо Ульяны стало мрачным и я впервые увидела ее такой.

— О-о-о, ботаник, — прошептала она, смотря на меня с неким сожалением. — Он тебе нравится, да?

— Я не понимаю, о чем ты, — я намеренно отвела взгляд в сторону.

— Нет, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду, — Ульяна покачала головой. — Ты пытаешься найти в нем хорошее, пытаешься отделить его от плохих слухов. Не отрицай этого, — сказала она, когда я покачала головой. — Я знаю, что ты не считаешь меня своей подругой, но я все же здесь, в твоем доме. Ты доверяешь мне и спрашиваешь мое мнение. Он тебе нравится, ботаник.

В горле застрял болезненный комок, и я с трудом его проглотила.

Это была правда.

Он мне нравился, даже несмотря на то, что он все еще был пугающим Алексеем Орловым, самым страшным студентом универа.

Я поняла это в тот момент, когда открыла дверь прошлой ночью и обнаружила его снаружи.

Я поняла это, когда он заключил меня в объятия и крепко прижимал к себе, пока мой страх не исчез.

Я поняла это, когда увидела возмущенное выражение его лица, выказав желание посидеть на качелях. И поняла, когда он все таки сделал это ради меня.

Он мне нравился. Очень сильно нравился.

— Я пытаюсь не любить его, — прошептала я ей. — Раньше, когда я думала о нем, мне становилось так страшно, что я почти не могла дышать. А теперь я не могу дождаться, когда снова увижу его.

— Не стоит этого делать, — сказала мне Уля, свирепо нахмурившись. — Даже если он невероятный красавчик, он все равно опасный тип, ботаник. Ладно, может, Орлов не такой уж и монстр, как я изначально думала, когда боялась, что он пережует тебя и выплюнет. Но, судя по всему, это не так. Раз он заботится о тебе, своей девочке.

Я поджала губы.

— Он все еще тот самый хулиган, который держит в страхе весь универ. Мы не знаем, чего можно ожидать от него самого, от его друзей, врагов и так далее. С тобой может случиться что-нибудь плохое, если ты продолжишь с ним встречаться.

Я до боли прикусила губу.

— Ты должна видеть его таким, какой он есть на самом деле, ботаник, а не таким, каким ты его себе представляешь в своей влюбленной голове, — голос Ульяны был мягким и одновременно укоряющим.

— Ему никогда не стать тем парнем из книг, по которым ты пускала слюни весь прошлый год. Он никогда не будет рыцарем в сияющих доспехах, принцем на белом коне, который спасет тебя. Он не будет рядом с тобой вечно. Потому что он не просто какой-то парень, он Орлов…

Мои губы приоткрылись, когда боль пронзила меня изнутри. Я сжала руки в кулаки, пытаясь побороть нахлынувшие лавиной чувства.

Уля не должна была говорить мне все это. В глубине души я понимала, что мы с Лешей, не будем вместе всегда. Мы ведь не в сказке, чтобы любить друг друга до гроба и умереть в один день…

И это меня очень сильно расстраивала и пугало.

Меня пугали собственные проклятые чувства, которые я начала испытывать к нему. Это пугало меня, потому что я боялась потерять Лешу, если он вдруг решит, что я ему больше не нужна.

— Но это всего лишь болтовня Тани. Я просто процитировала ее слова, — внезапно сказал Уля, обхватив меня за плечи. Я растерянно посмотрела на нее и она усмехнулась. — Таня всегда была пессимисткой. Я пыталась смотреть на жизнь под ее углом, но мне, знаешь ли, не понравилось.

— Ты идиотка, — сказала я на выдохе.

— Ну спасибо, ботаник, — хмыкнула Уля и продолжила: — В общем, я не очень-то верю в эту чушь. Зато я верю в романтику, в счастливые случаи, в “и жили они долго и счастливо”. Поэтому я буду болеть за вас, ребята.

Мои губы изогнулись в широкой улыбке.

— Будешь болеть за нас?

— Ага, — ответила она, а затем поморщилась. — Но это не значит, что я хочу с ним познакомиться. Я буду дистанционно болеть за вас.

Я усмехнулась с ее слов, но точно знала, что была не намерена знакомить Лешу с Улей. Затем я посерьезнела.

— Я считаю тебя другом, Уля. Ты сумасшедшая и порою надоедливая, но все равно я рада, что ты стала моей подругой.

— Значит, теперь мы правда лучшие подружки? — спросила она, вздернув свои идеальной формы брови.

Я уставилась на нее, стараясь не рассмеяться. Затем я вспомнила вчерашний разговор с Таней и веселье вмиг улетучилось. Как бы я ни хотела выполнить ее просьбу — держаться подальше от Ули, — я не могла этого сделать. Мне нужно было с кем-то разговаривать, с кем-то, кто мог выслушать меня, иначе я могла сойти с ума.

И именно Ульяна была лучшей кандидатурой на эту роль. Тем более когда ее не нужно было просить о разговоре, как сегодня, когда она просто внезапно появилась на пороге моего дома, требуя разъяснений.

— Не думаю, что Тане это понравится, — честно ответила я. — Но если ты не против, мы можем ими стать.

— Она одумается, — парировала Уля, закатив глаза и махнув рукой.

— Похоже, я ей сильно не нравлюсь, да? — спросила, уронив взгляд.

— Нет, дело не в тебе. Тане вообще мало кто нравится. Так мы теперь действительно лучшие подружки, ботаник?

Я грозно нахмурилась и шумно выдохнула.

— Нет, если ты не перестанешь называть меня ботаником.

— Окей, Ксе-ни-я, — ответила она, умышленно растягивая мое имя по слогам. Она рассмеялась, когда я еще раз бросила на нее свой суровый взгляд. — Итак, есть еще какие-нибудь новости о нашем великом и прекрасном Алексее Орлове? У вас уже был секс?

— О, ужас! — воскликнула я, с отвращением отталкивая от себя новоиспеченную подругу. — Перестань спрашивать меня об этом!

— Секс —