Особый агент - Сергей Кулаков
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Никого, кроме коров, не найдя, Роман вышел из коровника и, подумав, направился к домику конторского типа, стоящему метрах в двадцати. Автомат, «АКС-74У», который он забрал возле гаража у застреленного им «черного» и захватил с собой, Роман укутал в свою куртку, чтобы не пугать без надобности местных жителей.
Окна в конторе не горели, но у Романа были свои соображения. И недаром.
Едва они вместе со Славиком, который рвался залечь до утра в коровнике, подошли к конторе, из-за закрытых дверей послышался визгливый собачий лай. Роман стукнул в дверь – пес затявкал пуще, явно стараясь не испугать пришельцев, а разбудить кого-то в доме.
– Тиш-ша, твою дивизию… – прикрикнул кто-то на собаку. – К-какого ты хрена брешешь середь ночи?
Человек тяжело закашлялся, монотонно матерясь между приступами. Роман снова стукнул в дверь.
– Да иду, иду… – проворчал сторож. – Счас… Кому там не спится, полуночники?
В окне зажегся свет, послышались тяжелые шаги, и дверь открылась. На пороге стоял пожилой человек в телогрейке и кирзовых сапогах, высокий, костлявый, чем-то напоминающий коров, которых он сторожил. К его ноге жалась ворчащая на незнакомцев собачонка.
– А вы кто такие? – сильно удивился сторож, увидев незнакомые лица.
– Мы из города, заблудились в лесу, – вежливо сказал Роман. – Не пустите нас до утра?
Сторож что-то усиленно соображал, не предпринимая, впрочем, никаких действий. Из домика несло перегаром, чесноком и махоркой. Запашок был еще тот.
«Может, в коровнике спать было бы и посвежее?» – подумал Роман.
– А че вы заблудились-то? – спросил наконец сторож.
– Отдыхали с друзьями. На шашлыки ездили. Пошли в лес погулять с другом, выпившие, ну и заплутали. Леса-то у вас знатные, трудно не заблудиться.
– Леса-то? – снова задумался сторож. – Да тут лесу того три сосенки да два пенька осталось. Вы бы раньше посмотрели, какие тут были леса. О-о! Для самого Петра Первого сосны корабельные отсюда возили…
– Так что, пустите? – напомнил Роман, глянув на Славу, едва стоявшего на ногах.
– Да заходите, люди добрые, – спохватился сторож. – Че мне, халупы этой жалко? Во, давай сюда, на лежак. Парнишка-то, смотрю, совсем сморился. Чайку, может, попить? У меня тут в чайнике заварено. Хлебушко вот есть, свежий, только сегодня купила старуха…
– Не отказались бы, – сказал Роман, в изнеможении садясь на широкий лежак, заваленный тряпьем.
Автомат, завернутый в куртку, положил под рукой. Как знать, в какой момент он может пригодиться.
Роман тоже устал и продрог. В каморке хоть и воняло, но было тепло и уютно благодаря натопленной печурке в углу. Слава так и растянулся на лежаке. Но когда сторож налил в старые железные кружки чаю и выложил на стол полкаравая хлеба, вскочил и жадно налег на нехитрое угощение. Потом как мертвый рухнул на лежак и тут же уснул, наплевав на все опасности сразу.
Роман тоже попил чайку, пожевал хлебца, отвечая на расспросы сторожа. Тот особо не пытал, видя, что люди устали, и тем охотнее отвечал на вопросы Романа. Он и выпить предложил «для сугреву», но Роман вежливо отказался, выкурив лишь «козью ножку», набитую забористым самосадом.
Выяснилось, что их занесло в деревеньку Борок, сидевшую среди лесов в пятнадцати верстах от города Белоусово Калужской области (далеконько от Москвы выстроил Родик свою крепость – да все равно не сумел спрятаться от убийц). До города, то есть до Белоусова, можно добраться утром на рейсовом автобусе, а там уж чем-нибудь и до Москвы.
Задерживаться на ферме Роман не хотел. Мало ли куда зайдет погоня в своих поисках? Вдруг и сюда доберется. Так что долго рассыпаться не резон. Часика два соснуть – и дальше.
Он прилег возле Славы, попросил сторожа разбудить его, как только начнет светать, и моментально уснул. Сторож поместился на широкой лавке и тоже задремал, привычный ко всякого рода ночным беспокойствам.
Через полтора часа Роман, словно увидев дурной сон, подхватился и начал будить слабо отбивающегося Славика. Тот не хотел вставать ни в какую, даже пробовал ругаться, но Роман кое-как его растолкал.
– Пусть бы парень еще подремал, на улице совсем темно, – сказал, проснувшись на шум, сердобольный сторож, глядя на шатающегося Славика, который, не открывая склеенных глаз, так и норовил завалиться обратно на теплый лежак.
– Когда первый автобус до города? – спросил Роман, удерживая Славу в вертикальном положении.
– Да не скоро еще… Спали бы, чего спешить?
– Надо, отец. Спасибо за прием, всего хорошего.
Роман сунул под мышку сверток с автоматом, вытащил Славика из дому и, узнав напоследок у сторожа, где находится шоссе, направился туда. Время дорого. Сейчас «черными» людьми организовываются масштабные поиски капитана Морозова. Если не добраться до надежного убежища в ближайшие часы, можно считать себя покойником. После того как его узнали в гараже Полякова, за ним будут охотиться денно и нощно. Эти люди не успокоятся, пока не доберутся до него. Был только один вариант одержать над ними верх – первым разыскать их и обезвредить. Но для этого нужно было как минимум остаться в живых.
Пока шли лесной тропой к шоссе, от которого по временам доносился гул машин, Роман подробно инструктировал Славу, широко зевающего на свежем воздухе.
– Тебе сейчас в Москву нельзя.
– А как моя работа? Мне на работу нужно…
– О работе забудь. Найдешь новую. Хочешь жить – туда даже на заглядывай.
– А квартира? Я же снимаю квартиру…
– Квартира подождет.
– А трудовая книжка?
– После заберешь. Никуда она не денется. Работа – это ловушка. Там тебя могут ждать.
– Да кому я нужен?
– Ты им не нужен. Им нужен я. Но для начала они вырвут из тебя кишки, пытаясь что-либо узнать обо мне. И даже если ты ничего им не скажешь, они все равно тебя убьют, потому что ты их видел. Свидетелей в живых не оставляют, это аксиома.
Слава перестал зевать и заметно приуныл. Будущее рисовалось ему все более мрачными красками.
Роман приметил на ходу густой кустарник в стороне от тропинки. Размотав куртку, он вытащил автомат и тщательно запрятал его под кучу гнилого валежника. Кажется, в ближайшее время он не понадобится, а тащить его за собой дальше слишком опасно.
– У тебя есть место, где ты можешь пожить подальше от Москвы? – спросил Роман тупо молчавшего Славика, когда они продолжили путь к шоссе.
– Есть… – уныло отозвался тот. – К родителям могу поехать… Это в Смоленской области.
– Исключено. Там тебя сразу найдут. Есть какой-нибудь приятель, о котором никто не знает?
– Есть… Лешка Втулкин, вместе служили. Он во Владимире живет…
– Вот к Лешке и езжай. Сразу, и минуя Москву.
– Что, все так плохо?
– Неважно. Тебя случайно не фотографировали вчера?
– Нет…
– Уже легче. Но все равно, им может быть известно место твоей работы, а там есть фото в анкете. И хотя те, кто нас вчера захватил, почти все на том свете, а те, кто их туда отправил, ничего о тебе не знают, рисковать не стоит. Они тебя видели – а это уже много.
– У меня от этого всего голова идет кругом, – пожаловался Славик.
– У меня тоже, – заметил Роман. – Ничего, выберемся. Ты понял, как будешь действовать?
– Да, понял.
– Отлично. Лешке также ничего не рассказывай. Придумай что-нибудь попроще. Мол, работу ищешь или просто соскучился, решил навестить. Ну, сообразишь, время у тебя будет.
– А долго мне у него жить?
– Не долго. Недели две, от силы, три…
У Славика вытянулось лицо. Роман понял, о чем он подумал.
– Боишься, что невеста не дождется? Ничего, жив останешься – другую найдешь.
– Мне другой не надо… – пробормотал Славик.
– Ну, может, и с этой сладится. Ты, главное, духом не падай. И все будет хорошо.
– А как я узнаю, когда все закончится? Ну… когда я смогу вернуться в Москву?
– Когда? – Роман на минуту задумался. – Ладно, все равно это долго не может тянуться. Либо они меня достанут, либо… В общем, через десять дней можешь возвращаться. Но не раньше. Договорились?
– Договорились, – повеселел Славик.
– Ну и отлично. Вот тебе деньги. На дорогу и на первое время хватит…
Они вышли к шоссе и через десять минут сели в «ЛАЗик» с рабочими, который довез их до Белоусова. Там они стали «голосовать» на довольно оживленной трассе, и первый же грузовик, остановленный Романом, держал путь на Владимир.
Отправив, наконец, Славика в целости и сохранности к армейскому другу, Роман вздохнул с облегчением и начал ловить машину на Москву. Как ни странно, только в столице он мог найти надежное укрытие от тех, кто открыл на него охоту.
2 мая, утро
Черная «Волга» въехала на территорию воинской части. Ворота за ней наглухо закрылись; вооруженные боевым оружием бойцы сурово осматривали окрестности в поисках возможного наблюдателя.
«Волга» проехала дальше и остановилась у штаба части. Полковник Стародубцев, поджидавший «Волгу» вместе с тремя своими офицерами (все были одеты в защитные комбинезоны), вытянулся в струнку, ожидая выхода высокого гостя.