Перекресток прошлого: Холод войны - Даниил Витальевич Протасов

«Сейчас тут и так слишком горячо, чтобы думать о холоде» – сказала я про себя.

Оклемавшись от падения, я собралась с силами, и медленно поднялась на ноги.

«А может Робин прав, может оно того и вправду не стоит» – снова возникла мысль у меня в голове: – «Что я делаю, я ведь одна посреди бойни безумных мужиков. Разве какая-то святящаяся хреновина стоит того чтобы за нее умирать. Еще не поздно повернуть назад»

Но не успела, я принять окончательное решение. Как раздался треск пулемета, и в ту же секунду прямо передо мной стали возникать десятки остановленных пуль.

«Блять, он палит прямо по мне!» – воскликнула я в своей голове. И стремглав побежала, вперед сопровождаясь напекающейся стрельбой пулемета.

Поначалу это стрельба вызывала у меня панический ужас. Да любой здравомыслящий человек испугается, когда по нему начнут стрелять из пулемета. И потому я бежала и бежала даже не думая, куда и зачем, лишь бы уйти спрятаться от этого невидимого убийцы, который продолжал неистового поливать меня свинцом. На бегу, я стала замечать, что весь снег под моими ногами был кроваво-красным, а после увидела, что пробегаю мимо дорожки из пары десятков мертвых тел. От увиденного меня переполнило чувство ужаса и отвращение. У меня не было ни возможности, ни желания, чтобы останавливаться и рассматривать их, но то, что мне удалось увидеть, мне не забыть никогда. Все эти жуткие тела, изуродованные пулями и разорванными взрывами, все они беспорядочно лежали на протяжении двадцати-тридцати метров в неестественных позах. И понимая, что единственное, что отделяло меня от этих мертвых людей, это лишь одна маленькая вещица, что сейчас закрывала меня своим защитным куполом, мне становилось еще страшнее.

«В те недолгие дни, что я работала в больнице, мне тоже приходилось видеть всякие ужасы. И каждый раз я думала, что за зверства происходят в этих сражениях, что люди возвращаются оттуда такими искалеченными. Теперь я знаю ответ» – думала я об этом позднее.

Тот пулеметчик же продолжал вести по огонь, из-за всех сил стараясь убить меня. Я же пыталась вилять и пригибаться, чтобы этому злому человеку было сложнее по мне попасть. Но когда уже прошло около полминуты этого непрекращающегося бега, и примерно около трех десятков выпущенных в меня пуль. Ко мне пришло осознание того, что он до сих пор не причинил мне никакого вреда, так все пули, выпущенные им, либо попадали куда-то мимо, либо попросту зависали в воздухе. И вскоре мой страх перед ним начал медленно пропадать, заменяясь чувством вседозволенности от понимания того, что этот пулеметчик, который убил столько человек, не смог мне ничего сделать. И в конечном итоге его стрельба прекратилась.

«Что патроны закончились, урод кособокий!» – дерзко крикнула я ему, после чего показала в его сторону средний палец и тут же скрылась, за покосившейся на бок, некогда водительской кабиной грузовика, от которой теперь осталось лишь одна дверь, да сгоревший салон, скрытый за выбитыми стеклами.

«Это была, самая экстремальная пробежка в моей жизни» – устало подумала я, вытирая пот со лба и восстанавливая дыхание после столь сильного стресса.

С другой стороны, благодаря этому моменту я задумалась, а чего я собственно боюсь? Ведь мне так легко удалось преодолеть то место, где погибло столько людей, благодаря силе медальона. С ним мне были не страшны ни гранаты, ни пулеметы, ни автоматы, вообще ничего. Я как настоящий супергерой по сравнению с этими бандитами, так какого же черта, я должна их пугаться?

«Что они вообще могут мне сделать?» – подумала я, переведя взгляд на сверкающий медальон, а потом на пистолет в моей руке, и мое исказилось в самодовольной улыбке: – «А вот я им могу»

И почувствовав, что я достаточно отдохнула и перевела дыхание, я вновь выскочила из своего укрытие и с новыми силами двинулась вперед.

Теперь страха больше не было, и я могла мыслить уже более рационально и действовать осторожнее.

«И так, как он там говорил, идти в приседе и не высовываться» – вспоминала я слова Робина. После последней пробежки, я решила что стоит воспользоваться его советам, вместо того чтобы дальше сломя голову нестись к цели. Ведь пусть пули и другие летящие предметы мне вреда, не причинят, но та же взорвавшаяся граната у меня под ногами, была весьма болезненной.

Теперь я старалась перемещаться, куда аккуратнее. Тихо, полу пригнувшись, продвигаясь между укрытиями и не спеша, приближаясь к своей цели, до которой оставалось уже совсем немного.

После той неудачной попытки меня убить, пулеметчик затих, и больше никто по мне не стрелял. Но вот сама схватка этих бандитов даже не думала заканчиваться, и только набирал свой размах, и к этому времени уже вся долина была заглушена грохотом автоматов, свистом пуль, и раскатов взрывов, а также постоянных невразумительных выкриков исходящих то тут, то там. Все эта какофония звуков, первое время пугала и запутывала меня, но теперь я просто старалась отринуть ее из своей головы и концентрироваться лишь на своей цели и на том, что находилось поблизости от меня. На остальное я пыталась просто не обращать внимания, чтобы не сойти с ума, от происходящего здесь безумия.

Так я прошла еще какое-то время, и убедилась, что моя тактика работает. Бандиты, больше меня замечали, так как были слишком поглощены, собственной враждой, а я просто не отсвечивала и не провоцировала. Хотя в лишний раз передо мной или же со спины то и дело проскакивала шальная пуля, или осколок от гранаты, но они либо пролетали мимо, либо благополучно останавливались в метре от меня. И с непривычки меня конечно же пугала сама мысль, того что прямо сейчас я могла уже несколько раз умереть и спасало меня буквально лишь чудо, но затем мне такие моменты стали наоборот придавать смелости, так как убеждали меня в собственной неуязвимости. И на какой-то короткий миг я даже задумалась, а на что еще способен этот медальон?

«По крайне мере теперь мне стало ясно, почему отец им так дорожил» – подумала я.

Но главное что все это время мне везло, не натыкаться на врагов, как на того парня что выпрыгнул передо мной. Подавляющая часть