Тайная жизнь скромницы - Аврил Тремейн

— Между мной и Дарси ничего нет.

Кэтрин поджала губы:

— Неужели? Она же блондинка. Высокая. С лошадиным лицом. Все, как вы любите.

Услышав про лошадиное лицо, Макс рассмеялся от неожиданности.

— Скажите, когда вы в последний раз видели меня с одной из таких… лошадок?

— Два с половиной месяца назад. Ее звали Леа. Я проработала в компании всего месяц, а вы за это время успели сменить трех девушек. Впечатляющая быстрота.

— А после Леа? Сколько у меня было высоких блондинок после нее? — спросил Макс. — Как по-вашему, почему я приехал сюда с миниатюрной брюнеткой?

— Видимо, потому, что высокая блондинка ждала вас на месте. Откровенно говоря, могли бы найти вариант получше.

— Лезете в мою личную жизнь? Советуете, с кем встречаться, а с кем нет? — снова рассмеялся Макс. Нет, с Кэтрин не соскучишься. — Хорошо, слушаю. Чем вам не угодила Дарси?

— Что вы, она прелестная женщина… правда, смотрит на всех вокруг свысока.

Прежде чем Макс успел ответить — впрочем, он все равно не нашелся с ответом, — Кэтрин нацелила ему в грудь обвиняющий перст.

— Знаете, что она мне сказала?

Нет, Макс не знал, но очень хотел узнать.

— Заявила: «Ну как, избавилась от очков? Вот и умница. Продолжай в том же духе». Какое… какое… — Видимо, Кэтрин была так возмущена, что не могла подобрать нужное слово. Громко, сердито фыркнув, она наконец выпалила: — Нахальство!

Макс почувствовал, как губы сами собой растягиваются в улыбке. Пришлось приложить огромные усилия, чтобы сдержаться. Негодующая Кэтрин — поистине дивное зрелище, а такой обозленной Макс ее не видел ни разу.

— Стесняетесь очков? Скорее всего, Дарси не хотела вас обидеть, просто не знала, что это больная тема.

— Я не стесняюсь очков! И вообще, я их ношу, потому что у меня близорукость, а не для красоты!

— Когда я предложил вам сходить за очками, вы меня чуть в камень не превратили.

— Извините, разозлила меня Дарси, а досталось вам. Иногда вместо очков я надеваю контактные линзы! И что с того?

— Вот именно — что с того? — мягко согласился Макс, однако его ответ еще сильнее разгневал Кэтрин. — Не стоит нервничать из-за такой мелочи.

— Дело не в очках, а в… Ладно, не обращайте внимания, Эм Ти.

— «Т» — первая буква моего второго имени, Томас. Если вам, конечно, интересно, Южаночка.

— Нет, абсолютно неинтересно. А если вам интересно, Рик зовет меня Южаночкой, с тех пор как узнал, что моя фамилия означает «север».

— А по-моему, вам очень даже интересно. Иначе не стали бы заводить разговор на эту тему.

— Ваша Дарси невыносимо высокомерна.

— А ваш Рик — татуированное чудо в перьях. Ну и что?

— Как вы его назвали? — выпалила Кэтрин и застыла, едва не скрипя зубами от ярости. — В следующий раз увидите меня в ресторане — больше за свой столик не приглашайте! Тем более через нее!

— Это была идея Дарси.

Кэтрин пронзила Макса испепеляющим взглядом.

— Понятно.

— Что вам понятно, Кэти? — спросил Макс и невольно затаил дыхание в ожидании ответа.

— А ведь все так хорошо начиналось… Нет, теперь ничего не получится.

— Получится, обязательно получится, — возразил Макс и снова затаил дыхание, хотя сам не понимал, какого ответа ждет от Кэтрин.

Она сердито уставилась на него:

— Тогда почему вы сказали, что я вам сегодня не нужна?

— А вы почему не позвонили? Могли бы спросить — вдруг мне что-то понадобилось?

Кэтрин снова тряхнула роскошным хвостом.

— Начальникам просто так не звонят. Это вы должны были меня вызвать, а не наоборот. Даже не обсудили со мной завтрашнюю встречу!

— А сюда я вас зачем позвал?

— Не прикидывайтесь, будто не понимаете.

— Ну хорошо, вы правы. Когда я разговаривал с Дарси, вы тоже должны были присутствовать. И повестку дня следовало обсудить раньше. Но я не хотел вас нервировать.

— Макс, я вас не боюсь. Я вам доверяю, понятно? И, к вашему сведению, у меня очень мощный удар правым коленом, так что постоять за себя умею.

Кэтрин посмотрела ему в глаза.

— Но с вами мне эти навыки не понадобятся, — с легкой хрипотцой произнесла Кэтрин. — Можете поцеловать меня, когда захотите, в любое удобное время. Например, сейчас.

— Кэти, вы же не хотите подвергнуться домогательствам со стороны второго начальника…

— Очень хочу. А если вам что-то не нравится, можете меня уволить.

Тон Кэтрин звучал пренебрежительно, однако пальцы, нервно теребившие сережку, свидетельствовали об обратном.

— Уволить?.. — переспросил Макс. — Кажется, понял, почему вы все время твердите про увольнение. Хэрроу поступил именно так, правильно? Теперь все ясно: вы меня проверяете. И после этого будете говорить, что не боитесь?

Кажется, Макс угадал — вид у Кэтрин сразу стал ранимый и беззащитный.

— Значит, не уволите, даже если буду к вам приставать? — не сдавалась Кэтрин.

— Что за глупости? Вы ко мне не пристаете, а я не собираюсь вас увольнять.

— А вот и пристаю. Прямо сейчас. Ну как, прочитали новую сцену?

Не просто прочитал — наизусть выучил. Кивнув, Макс нервно сглотнул.

— Вот такие у меня способы обольщения.

— Я вам не подхожу.

— Почему?

— Я ваш начальник.

— В пятницу вам это не помешало.

— Помешало, Кэти. Помешало.

— Значит, вот почему… Когда я сказала…

Кэтрин нахмурилась с таким растерянным видом, что Максу еще сильнее захотелось обнять ее. Потом она медленно произнесла:

— А если бы я не сказала про Хэрроу? Мы бы поцеловались снова, из гостиной перешли бы в спальню. А я-то боялась, что не нравлюсь вам!

Такого напора Макс не ожидал. И зачем его только понесло к ней домой?.. «Сам знаешь зачем», — ответил язвительный внутренний голос.

— Понимаете, — начал Макс, не обращая на противный голос внимания. — Люди вроде вашего Р. Дж. Хэрроу выводят меня из себя, потому что… приходилось иметь дело… Не перебивайте, выслушайте до конца. Обычно я эту тему ни с кем не обсуждаю, слишком тяжело говорить о таких вещах… — Макс запнулся. — Мой отец заводил шашни с секретаршами, с тех пор как… Впрочем, не знаю точно, с каких пор, да это и неважно. Со дня маминой смерти всего месяц прошел, а он уже притащил домой одну из этих девиц! Надо думать, роман начался, когда он еще не был вдовцом!

— Макс…

— Девицу звали Джанель. Переехала к нам за день до моего дня рождения. Мне тогда тринадцать лет исполнялось. Даже торт испекла, но надолго не задержалась. Потом были Трейси, Келли, Патриция, Илейн… И многие-многие другие. Всех не упомнишь. Впрочем, Флип — так его зовут — не всех домой приводил. Девушки были самые разные, но кое-что их объединяло — Флип всем врал, что настроен серьезно, а они верили. Мама тоже поверила. Но на ней он хотя бы женился.