Мое прекрасное забвение - Джейми Макгвайр

— И что изменилось?

Хейзел пожала плечами:

— Бишоп стал появляться очень редко, а Трентон велел не впускать их как раз после того, как ты стала здесь работать. Вот видишь? Ты еще не совсем безнадежна, — толкнула она меня локтем.

— Мне кажется, я не вполне заслужила полученную зарплату. Я даже не могу как следует смешать глинокислоту «Мад-эйсид». А дезинфицирующие средства здесь имеют большое значение.

— Заткнись! — криво усмехнулась Хейзел. — Никто другой не заставил бы Кэлвина избавиться от дешевого азиатского антуража или привести в порядок документы. Ты здесь меньше месяца, а мы уже стали более организованными. Клиенты не удивятся, если получат вдобавок к татуировке печенье с предсказанием.

— Спасибо. Я рада, что меня ценят.

— Я тоже ценю тебя, — сказал Трентон, заходя в приемную. — Ценю то, что сегодня вечером ты наконец посмотришь со мной «Космические яйца». Я смогу тебя переубедить.

— Нет, — покачала я головой.

— Почему?

— Я работаю.

— А потом?

— Ложусь спать.

— Чушь собачья.

— Ты прав. У меня другие планы.

— С кем? — ухмыльнулся он.

— Пока не знаю, но определенно не с тобой.

— Ой! — хихикнула Хейзел.

Трентон положил свою лапу на миниатюрное личико Хейзел и стал шутливо отталкивать ее, при этом говоря мне:

— Не слишком-то мило. Помнится, ты сказала, что мы друзья.

— Так и есть.

Хейзел наконец вырвалась и стала колотить Трентона по руке.

— Друзья смотрят вместе «Космические яйца», — возразил Трентон, не обращая на нее внимания и лишь заслоняясь ладонью от нападения.

— Мы не настолько хорошие друзья, — сказала я, сосредоточенно раскладывая скрепки в линию.

Дверь зазвенела, и вошла парочка, уже разукрашенная татуировками с ног до головы.

— Привет, — улыбнулась я. — Чем могу помочь?

— Рейчел! — воскликнула Хейзел, обнимая девушку.

Незнакомка могла похвастаться пирсингом на брови, гвоздиком с бриллиантом над губой и кольцами в носу и губе. Ее коротко остриженные рыжие волосы полыхали, будто осенний костер. Несмотря на многочисленные проколы на лице и покрытые черепами и сказочными феями руки, выглядела она сногсшибательно. Я откинулась на стуле, наблюдая, как девушки болтают. Парень, высокий и худощавый, тоже обрадовался при виде Хейзел. Вряд ли им понадобились новые услуги салона: свободное место для тату у них оставалось разве что на лице. Хейзел увела парочку к себе в зал, до нас донеслись звуки смеха и оживленного разговора.

— Сегодня будет тягомотина, — вздохнул Трентон.

— Откуда тебе знать? День только начался.

— Я всегда могу это предсказать.

— Кто они такие? — спросила я, кивая в сторону коридора.

— Рейчел — сестра Хейзел.

Я недоуменно подняла брови:

— Может, я чего-то не знаю, но Рейчел не азиатка. Ни капельки.

— Они обе были удочерены. Приемные дети. Их там где-то около десятка. Все теперь разбросаны по стране, а любят друг друга как безумные. Это потрясающе.

Я улыбнулась.

— Значит, ты правда не будешь смотреть со мной сегодня «Космические яйца»?

— Правда.

— Ну почему нет?

— Готовишься к бою? — ухмыльнулась я.

— Кэм, ответь на вопрос. Что ты имеешь против этого фильма? Я должен знать, прежде чем мы двинемся дальше.

— Дальше чего?

— Ты виляешь.

Я вздохнула:

— Между салоном и «Ред дор», и… мы и так часто видимся.

Пару секунд он молча смотрел на меня, в его теплых карих глазах промелькнул целый вихрь мыслей. Трентон сделал несколько шагов, встал возле меня и уперся ладонью в столешницу рядом с моим бедром, касаясь грудью моего левого плеча. Потом нагнулся и прошептал у меня над головой:

— А разве это плохо?

— Да. Нет. Не знаю, — поморщилась я.

Он совершенно сбивал меня с толку, к тому же в такой близости от него я не могла думать трезво. Я повернула голову, чтобы попросить его отойти, и замерла. Его лицо было в нескольких дюймах от моего. И он как-то странно смотрел на меня.

Затем Трентон опустил взгляд на мое обнаженное плечо:

— Отличное место для татуировки.

— Нет, — издала я смешок.

— Да брось. Ты видела мою работу.

— Видела. Здорово получается.

— Тогда в чем дело?

Я снова взглянула на Трентона, пытаясь прочесть выражение его лица:

— Я тебе не доверяю. Возможно, в итоге я заполучу тату «Да пребудет с тобой Шварц».

— Это же из «Космических яиц»! — Трентон засиял. — Я потрясен.

— Вот видишь? Я уже смотрела этот фильм. Много раз.

— Его можно пересматривать снова и снова.

Хейзел, Рейчел и ее парень вернулись в приемную. Девушки крепко обнялись и распрощались со слезами на глазах.

— Рождество уже на носу, — напомнил Трентон.

Когда Рейчел ушла, Хейзел улыбнулась, но в ее глазах стояла легкая грусть.

— Черт возьми. Я ее обожаю.

— Ты их всех обожаешь, — сказал Трентон. — Если каждый день будешь встречаться с кем-то одним, то хватит на весь месяц.

Хейзел толкнула Трентона локтем в бок, и он ответил ей тем же. Они дрались прямо как брат с сестрой.

— Итак, — начала Хейзел, чавкая жвачкой. — Я слышала вашу болтовню. Не верю, что ты боишься сделать тату.

— Вовсе нет, — покачала я головой.

В приемную вошел Кэлвин.

— Бишоп приходил? — спросил он.

— Нет, Кэл, — откликнулась Хейзел. — Ты уже спрашивал меня сегодня. Мы как раз обсуждали первую татуировку Кэми.

— Для нашего дела плохо иметь секретаря без татуировок. — Кэлвин окинул меня взглядом с головы до ног. — Ты можешь загладить вину, взяв несколько рабочих часов в воскресенье.

— Только если позволишь мне заниматься учебой, когда нет работы.

Он пожал плечами:

— Договорились.

Я сникла: не ожидала, что он согласится.

— Давай я сделаю тебе пирсинг в носу, — предложила Хейзел, оживленно сверкнув глазами.

— В другой раз.

— Куколка, не дай им уговорить тебя делать то, чего ты не хочешь, — сказал Трентон. — Нет ничего постыдного в том, что ты боишься иголок.

— Я не боюсь, — раздраженно ответила я.

— Тогда давай я сделаю тебе татуировку.

— Ты же чертова барменша, — заявила Хейзел. — У тебя должна быть по крайней мере одна татуировка.

— Это что, групповое давление? — Я сердито глянула на обоих. — Как неоригинально.

— Разве я давлю на тебя? — удивился Трентон. — Я просто посоветовал не поддаваться на чьи-либо уговоры.

— А потом предложил сделать мне тату.

— Признаюсь, я буду безумно рад, если мне это удастся. — Он пожал плечами. — Это то же самое, что лишить тебя девственности.