- Чего это один-то? – тут же завспоминал школьную программу зануда-отличник. - Вообще-то, есть планеты с несколькими…

- В нашей галактике - никаких лунных гаремов, - категорично изрёк Вовка. – Нехер тут всяким... излучать свои гомо-лучи.

- Гамма-лучи, Вовка! – заржал Ромчик, смело пересаживаясь на колени неучу и обнимая за шею сильно-сильно.

- Ром, а ты знаешь, что в детстве я считал тебя Королевичем Елисеем?

Тот подвис, вспоминая круглолицего блондина из советского мультика.

- Э-э…

- Ты мне казался таким прекрасным и нежным. Я часто играл, представляя, как спасаю тебя от Кощея Бессмертного. Ты разве не помнишь, как я тебя донимал? Когда вы с Колькой ходили в поход, я даже собирался с вами, чтобы жить с тобой в одной палатке и защищать от волков.

Вовка прижимал к себе "королевича" как добытую в бою награду, излучая восторг от обладания желанным трофеем. А тот держался из последних сил, чтобы не разрыдаться и не рассопливиться на глазах у своего прекрасного волкодава.

- Плов будешь? – шмыгнул он носом и не двинулся с места.

В конце концов, куда ему спешить? Ведь спутник никогда не сходит с орбиты своей планеты.

Говорит и показывает

Глава I

- Ка-а-ара-а-а! – вопил невыносимый подросток под окнами школы.

- Эк, как надрывается, сердешный, - покачала головой пожилая уборщица, елозя широкой шваброй по полу школьного коридора. – Грабят его там, что ли?

Витя с неприязнью рассматривал в окно источник шума. Самодовольная морда его ночного кошмара отчётливо различалась даже в зимних сумерках. На сколько ещё хватит Витиного железного терпения?

Вылетев с третьего курса института и отслужив в армии два положенных года, младший сержант Виктор с прокурорской фамилией Кара вернулся в гражданскую жизнь четыре месяца назад. Решив доучиться-таки в институте, он восстановился на вечернем отделении и вгрызся в специальность техника-программиста. Обучение велось по будням, в вечерние часы, а при свете дня Витя охранял покой учащихся школы №1097, расположенной недалеко от его дома. Устроиться туда его упросила соседка, завуч той самой школы, Наталья Сергеевна. По какому-то новому распоряжению спиногрызам требовалась охрана, а на смешную зарплату школьного охранника шли либо последние пропойцы, либо стрёмные извращенцы. Почти двухметровый «Витюша», по мнению завуча, идеально подходил на должность цербера школьных застенков. Парень честно предупредил, что поохраняет только до тех пор, пока не найдёт нормальную работу, но с его вечерним обучением на хорошее место надежды было мало.

Ученик одиннадцатого «Б» класса Артём Васильков атаковал нового охранника в первый же день появления оного на рабочем месте.

- А как вас зовут?

- А рост у вас какой?

- А пистолет у вас есть?

- А откуда у вас шрам на щеке? – засыпал тот вопросами опешившего охранника на первой перемене, разглядывая его своими марсианскими, широко расставленными глазами.

Васильков говорил со скоростью сто слов в минуту, не дожидаясь ответов на свои нескончаемые вопросы, и постоянно перемещался в пространстве. Вот только что он стоял напротив тебя и, вдруг, бац – он уже перевесился сзади через твоё плечо, дочитывая твои конспекты на столе. И всё это не закрывая рта! Частенько Витя не сразу мог понять, откуда тот говорит – удивлённый охранник крутил головой в поисках источника звука, словно жертва галлюцинаций. Через пару недель Виктор начал замечать, что неугомонный Васильков спецом прибегает к нему на первый этаж на каждой перемене. Учителя сочувственно поглядывали на Витю, но никто не спешил отгонять орального террориста от молчаливого охранника. Видимо, тихонько радовались, что сбагрили это ходячее радио на безответного парня.

- Ты от снайпера, что ли, ныкаешься? – раздражённо спросил Витя, когда у него начала кружиться голова от мельтешащего перед глазами старшеклассника. – Чего тебе на месте не стоится?

Васильков затрещал, вылупив на охранника свои глазищи цвета оловянной поварёшки.

- Это не я быстро двигаюсь, это вы медленно соображаете. А вы на программиста учитесь? Зря. С вашим телосложением лучше на столяра там, или на газоэлектросварщика, или…

Артём взялся перечислять профессии для Витиного телосложения, загибая пальчики и глядя куда-то вверх, а тот, собрав в горсть всё своё мужество, считал секунды до звонка на урок.

Прошло три месяца, на дворе стоял декабрь, а Витя всё ещё работал охранником, совмещая бдение за цветами жизни со своей учёбой. В школе его ценили. Основная его ценность была в грузоподъёмности и безотказности. Перенести мебель, передвинуть рояль, повесить дверь, прибить полки – для всего этого звали «Витюшу». Васильков же преследовал его, словно дух умершего родственника, а последние недели даже стал приходить вечером, когда в школе проводились только факультативы и кружки. Каждый раз вроде как проходил мимо и заглядывал поболтать с охранником, «чтоб ему не скучно было».

- Ка-а-ара-а-а! – разрывался на улице Васильков, глядя на Виктора через здоровенное окно на первом этаже.

Тот вздохнул и поплёлся к входной двери. Артём радостно поскакал под козырёк школы.

- Ну, чего тебе? – кисло спросил Виктор, отперев дверь. После уроков, по инструкции, школа закрывалась на ключ, и охранник должен был контролировать всех сюда входящих.

- Выходите курить, - закрутился проныра рядом с приоткрытой дверью. – Я вот с кино иду, там про космическую станцию, так у них там трос оторвался - и привет. Вы что, постриглись? Мои на выходных собаку стригли, так он парикмахера за ухо цапнул. Сдали информатику вчера?

Витя поморщился. Как его родители терпят? Как попугай Кеша, вообще не выключается!

- Артём, - рявкнул он, прерывая энергичного оратора. – Иди домой, поздно уже. Давай.

И – о, наивный! – попытался закрыть дверь. Васильков протиснул ботинок в щель закрывающейся двери и выпалил:

- Нельзя мне домой, меня там убьют!

Витя с секунду, не без удовольствия, посмаковал в уме такую перспективу и уточнил:

- Прямо убьют? - хотелось гарантий.

- Прямее не бывает! – закивал Васильков и замолчал.

Витя удивлённо поглядел на Артёма, соображая, что, наверное, это первый раз, когда видит того с закрытым ртом. Подумав, что наверняка об этом пожалеет, Витя всё-таки спросил:

- Чего случилось-то?

Васильков затараторил, выдавая изо рта клубы пара.

- Да во дворе у нас шпана всякая, преступники малолетние, извели меня уже, денег требуют. Сегодня сказали: не принесу - ноги переломают. А мне денег не жалко, но их у меня нет. А вот ноги есть, и их мне как раз жалко. Вы сейчас заканчиваете уже, проводите меня домой!

Артём так быстро говорил, что Витя понимал его через слово, но в целом картину уловил.

- Где ты живёшь? – спросил устало. В конце концов, его работа – защищать учеников этой школы, как-никак.

Через пять минут совместного пути до Васильковского дома, Витя начал угрюмо оценивать размеры сугробов на предмет возможности запихивания туда тела своего спутника. Артём то забегал перед ним, то останавливался где-то сзади, то вдруг подбегал к какому-то дереву и пристально смотрел в его голую крону – в общем, на него уже хотелось надеть поводок.

- Куда идти-то? – закрутил головой Виктор.

- Во-он тот дом, - указал Васильков рукой, одетой в смешную разноцветную варежку. – А «Кара» - это от какого слова? Караоке, карамба, каракум …

- От слова «карательная операция». Какой подъезд?

- Второй слева.

Витя оглядел заснеженный двор с пустой детской площадкой. Даже собачников не было видно.

- Ну и где твои гангстеры?

- Попрятались, наверное, когда вас увидели. Вы же большой, - заозирался Васильков, крутясь на одной ножке как балерина.

Витя оглядел худющего Артёма и подумал, что он, конечно, идеальная жертва гопоты. Из-под зимней шапки с помпончиком торчали светлые локоны, на курносом носу - мелкая россыпь веснушек, на овальных щеках – детские ямки. Витя-то уже и в шестнадцать выглядел как мужик, а этот… Виктор сплюнул на снег, доставая пачку сигарет.

- Ну, иди домой, что ли? – спросил он у пританцовывающего от холода пацана. – А то зад застудишь в своих джинсах.

- О, моему заду очень приятно, что вы о нём беспокоитесь, но я ещё постою тут с вами, пока вы докурите. Пусть видят, какие у меня друзья! – угрожающе сказал Артем куда-то в присыпанные снегом кусты.

Витя решил проигнорировать репризу про «зад», тем более, что сам поднял эту скользкую тему. Артём трещал про какие-то компьютерные игры, про зимние каникулы, про зачёт по истории, а Витя глядел на жёлтые окна домов и думал о своём.

- …зайду, хорошо? – уловил он вопросительную интонацию в конце пропущенного им мимо ушей монолога.