Я сделал паузу и продолжил:

– С этого момента они превзошли себя! Я упомянул имя комедианта, находившегося на вилле с Карен. Почему бы не заставить меня поверить, что он замешан еще и в убийстве? Если я примусь за Пелля, он приведет меня к Карен и в конце концов к трупу. Я полагал, что Карен не могла одна, без чьей-либо помощи, унести покойника. Много шансов за то, что ей помогал Пелль. Затем Джен связалась со мной по телефону и просила приехать как можно быстрее. Меня ждал сюрприз, она разыграла неплохой эротический номер, надеясь, что я соскочу с педалей. Ее ослепительный любовник также внес свою долю в сценарий. Он позвонил и назвался Фредериком Рандольфом. Джен сделала так, что трубку взял я. Минут через десять позвонили снова; на этот раз трубку сняла она, и оказалось, что Рандольф звонил и своему помощнику. Перед моим отъездом Джен отдала мне заколку для галстука, которую якобы нашла на диване и сочла, что это моя. Заколка имела монограмму в форме переплетенных двух «П». Этому хитрому замыслу, пожалуй, не хватило изящества. Она пыталась уверить меня, что в какой-то момент Пелль был в доме.

Напряжение в аудитории усилилось.

– Итак, заколка для галстука предположительно принадлежала Петеру Пеллю. Я знал, что Рандольф убит, поэтому голос по телефону не мог быть его голосом. Но для того чтобы ввести в заблуждение ближайшего помощника Рандольфа, надо быть имитатором высокого класса: эта роль отлично подходила актеру. На это оба соучастника и надеялись. Но они переусердствовали: Пелль помешан на элегантности и скорее сдохнет, чем наденет такую безвкусицу. С другой стороны, Джен, любящая жена, тревожащаяся за судьбу своего мужа, вдруг превращается в пылкую и страстную миссис Потифер: она резвится в гостиной голышом, пытаясь обольстить меня. Такой поворот слишком груб. Именно это и привело меня к мысли о любовниках, действующих вместе. Но еще не хватало деталей. Кто и где спрятал тело? Чарли я не принимал всерьез, но изменил мнение, когда познакомился с его дружками. Тогда я понял, что все они действуют сообща.

– Вы бредите, Бойд! – закричал Ансель. – Отлично знаете, что это все лишь разговоры! У вас нет никаких доказательств. Это измышления больного мозга!

– Изложенных предположений более чем достаточно, чтобы полиция всерьез заинтересовалась этим делом! А уж когда они в вас вцепятся, то вытянут из вас все. Например, что вы делали утром во вторник…

– Я не могу этого выносить! – стонала Джен. – Я…

Она поднесла руку ко лбу, глубоко вздохнула и упала на меня.

Я блестяще продемонстрировал наглядно, что рефлексы срабатывают быстрее разума. Когда она стала падать ко мне, мои руки протянулись навстречу, чтобы ее схватить; она выбила у меня из пальцев револьвер и всем телом навалилась на грудь. Затем выпрямилась, оттолкнула меня и торжествующе улыбнулась, отскочив в сторону. Я очутился перед дулом собственной пушки, которую твердо держала рука Анселя. У меня в руке оставался стакан, содержимое которого не слишком пострадало от столкновения с Джен, и я решил, что сейчас самое подходящее время его опустошить.

– Вы большой хитрец, Бойд, – ласково сказал Ансель. – Жаль, что умрете в цветущем возрасте, но сами виноваты в этом!

– Тихо!

Ансель выпучил глаза. Он отступил на шаг, не отводя оружия от моей груди, и осторожно оглянулся.

– Ладно, Ансель, – сказал, вставая, Лечер. В руках у него тоже был пистолет, тот самый, которым он мне тыкал под ребра на квартире Чарли Ваноссы. – Вам и миссис Рандольф грозит электрический стул; Чарли, Родни и я стали вашими соучастниками, похоронив труп. Мы все пропали, если не примем мер предосторожности.

– Дон абсолютно прав, – вмешался Мартин, – ты согласен, Чарли?

– Прошу вас всех. – Чарли крепко зажмурился. – Сделайте сами все необходимое и предупредите меня, когда все будет закончено. Вы знаете, до какой степени насилие…

– Идет! – проскрипел Ансель. – Согласен, нужно принять меры предосторожности. Какие есть предложения?

– А что, если нам вернуться к вашей базовой идее? – сказал Лечер. – Карен Ваносса должна ответить за убийство; почему бы нам этого и не держаться?

– Но как? – удивленно спросила Джен.

– Она хотела освободиться от Чарли, – твердо объяснил Лечер. – У нее была связь с другим, за которого она хотела выйти замуж. Она и ее любовник разработали тонкий план, который и воплотили в жизнь. Убили Рандольфа и попытались приписать убийство его вдове. Чарли, ты же в курсе, что Бойд спал с Карен и был от нее без ума.

– Конечно, помню, мой друг, – пробормотал Чарли. – Будь спокоен, я вспомню все детали, даже самые скабрезные. Насколько я понимаю, сыщики обожают скабрезные детали!

– Итак, мы убили Рандольфа и стараемся взвалить это дело на его жену, – иронизировал я. – Для этого хороним труп на пляже и через три дня выкапываем, а?

– Да, это вы правильно отметили, – согласился Лечер. – А если мы сделаем из вас героя, Бойд? Понравится? Миссис Рандольф наняла вас найти ее исчезнувшего мужа, и ваше расследование привело вас в этот дом. Вы открыли, что Карен Ваносса находилась здесь с Рандольфом. Блестящий детектив, вы пришли к выводу, что она похоронила труп на пляже. Когда вы стали его выкапывать, появилась сама убийца, Карен Ваносса, с пушкой в руке! Неустрашимый Бойд падает с пулей в сердце, а пришедшая в отчаяние от второго убийства Карен бежит в дом; она понимает, что не сможет выпутаться, и стреляет себе в висок. Что вы на это скажете?

– Вы не сделаете этого! – вскричала Карен пронзительно. – Умоляю вас! Мне плевать на Бойда, но не убивайте меня!

Она встала перед Анселем и умоляюще смотрела на него, все еще с полным стаканом в руке.

– Мистер Ансель! Не давайте им этого сделать! Не позволяйте им убить меня! Я…

Неожиданным и точным жестом она выплеснула содержимое стакана ему в лицо. Ансель взвыл: алкоголь попал ему в глаза. Воспользовавшись этим, я прыгнул и сильно толкнул Анселя, вырывая у него револьвер. Затем все завертелось в таком ритме, что я едва отдавал себе отчет в происходящем.

Ансель опрокинулся назад. Джен, как фурия, бросилась на меня, выпустив когти. Прогремел выстрел. Я увидел изумление в серых глазах, и Джен упала. Лечер стоял, вытаращив глаза, его пушка смотрела на меня, но я опередил его, послав три пули ему в живот. Он сделал шаг назад и повалился на диван.

Начался адский шум. Ансель вопил, прижав руки к глазам. Чарли и Родни, наполовину похороненные под грузом мертвого тела Лечера, орали во всю глотку. Я опустил глаза и увидел в нескольких сантиметрах от своих ног шиньон Джен Рандольф; она лежала на боку, и красное пятно растекалось по черному шелку. Карен Ваносса встала возле нее на колени, но тут же выпрямилась.

– Она мертва, – сказала она уверенно.

– Я тоже оказался бы мертв, если бы вы не выплеснули виски в морду Анселю!

– Это была просто самозащита. – Ее губы искривились в подобии улыбки. – Вы мне ничем не обязаны, Бойд!

– Думаю, сейчас самое время вызвать полицию, – сказал я.

– Да, вероятно. – Странный огонь блеснул в темных глазах. – Это всегда некстати!

– Что?

– Да ладно, – сказала она, раздраженно пожимая плечами. – Главное, что все закончилось.

Глава 10

Я вернулся домой лишь к восьми часам утра. Понадобилось много времени, чтобы копы разобрались с тремя трупами, из которых один был трехдневной давности. Карен рассказывала свою историю по меньшей мере десять раз, и я со своей стороны тоже. Ансель раскололся после двухчасового допроса. Он выложил все и подписал детальные признания. Это немного облегчило дело. Чарли и Родни с трогательным единодушием закатили истерику на три часа. Потом Мартин доказал нерушимость своей дружбы, взвалив все на Чарли. Послушать его, так это был просто невинный зритель, случайно оказавшийся тут; он просто по-соседски помог своему старому однокашнику снести в могилу тяжелый труп. Я был чертовски рад, когда его увезли после того, как он подписал свои показания.

Карен проявила воистину благородство, когда заявила, что я не сообщил полиции об убийстве лишь потому, что она убедила меня, что сама займется этим, как только я уйду. Над ее декларацией посмеялись, но она не смутилась и доказала, что, если бы об убийстве было заявлено немедленно, она была бы уже на пути к электрическому стулу. Эта тема сильно ее задевала, и она с таким жаром защищала свою теорию, не давая инспекторам вставить хоть слово, что в конце концов они согласились с ее точкой зрения. Но и тогда она не остановилась, так что мне пришлось буквально вытащить ее из комнаты, чтобы она перестала на них нападать. Я отвез ее в город и выгрузил у отеля «Кати», а сам поехал домой.

В восемь часов утра я вошел в свою квартиру, надеясь увидеть на своей подушке голову блондинки, но обнаружил только письмо. Оно было кратким. Нине надоело меня ждать, она решила, что с актерами веселее, чем с частными детективами. Интуиция подсказала ей, что бедный Петер нуждается в ней, тем более что он обещал занять ее в своем телефельетоне по меньшей мере в пяти эпизодах.