Наиль. Ты не уйдешь - Каттен Лила

Учеба в колледже, принадлежавшем гимназии для девочек, отличалась от остальных. Это была огромная территория, включающая в себя большой парк, несколько учебных зданий и два отдельно стоящих корпуса, где мы, собственно, и жили.

Наши комнаты были больше похожи на квартиры. Собственная кухня, отдельная гостевая на случай приезда родителей, гостиная и наши спальни. Да, комнаты мы делили на двоих. И прожили с Фатимой все четыре года обучения вместе.

Конечно, подобное удовольствие для своих детей, могли позволить лишь обеспеченные родители. Мои относились к таковым.

Наше общество диктовало строгие правила. Я должна была после окончания гимназии, чистой и невинной выйти замуж, но мой будущий супруг Никита Романовский, оказался очень современным человеком, и я была ему благодарна за это снисхождение. Так как в основном мужчины занимаются бизнесом, женщины не работают, но бывают и исключения.

Завтрашний бал, это своего рода общепринятый выпускной. Потом экзамены и все. Взрослая, замужняя жизнь.

Фатима приезжая, хотя и я не из этого города. Но ее страна далеко от России. Она полна своих законов и правил, во многом схожих с нашими. Просто там их соблюдают гораздо тщательней, чем у нас, но множество придуманы сверх моего понимания. На вопрос, почему она обучается тут, ответ был простым, "жених не против, родители тоже", чтобы она была образованной.

***

– Как я выгляжу? – крутимся перед зеркалом и пищим от восторга.

Труды визажиста и парикмахера не прошли даром. Мы блистаем и светимся. Знаю, что Фатима соскучилась по родным, ведь мои гораздо чаще ко мне прилетали, чем ее. Поэтому долго не сидим в комнате, а быстро направляемся в главный корпус, где будет проходить мероприятие.

Надо сказать, что блистают тут все. Контингент заведения говорит за себя, но я и не планировала выпендриваться перед другими. Этот вечер мы очень ждали.

В огромном холле мы с подругой расстаемся, так как я иду к своим родным, а она к своим.

– Мам, привет, – улыбаюсь, когда она смотрит на меня раскрыв глаза.

– Ты посмотри на себя, милая, – аккуратно стирает слезу в уголке глаза.

– Ну нет, давай сегодня без слез? – обнимаю ее и улыбаюсь.

– Сейчас еще подойдет твой отец. Вот будет тут море слез. Ты же его знаешь.

Смеюсь, ведь так оно и есть. Папа у нас в семье самый эмоциональный.

– А что у вас там произошло вчера?

Она ненадолго впадает в ступор, но быстро берет себя в руки.

Елену Николаевну, так просто не выведешь из равновесия.

– Ой, шторы выбирали, – отмахивается от меня, в то время как я, вспоминаю, что недавно она говорила тоже самое, когда они ссорились и мне не нравится, что происходит это, с некоторой периодичностью.

Через десять минут пришел папа. Как мы и думали было много слов, пожеланий и комплиментов. С мамой они немного сторонились друг друга, хоть и старались держаться, изображая «мир».

– Уля? – оборачиваюсь на голос подруги улыбаясь, и натыкаюсь на черные, как ночь глаза.

Делаю резкий вдох и застываю на месте. Не могу пошевелиться и даже сказать хоть слово.

Я даже не уверена, что способна говорить.

Мои эмоции подобны скачку пульса, то вверх, то вниз на полной скорости.

– Ульяна, познакомься, это мой дядя, Наиль.

Несмело улыбаюсь, на что получаю почти оскал.

Я не понимаю, почему он так смотрит на меня. Почему в его глазах словно… злость. Не верю, что это его постоянная «гримаса».

Он оказался вполне молодым. На вид, я бы сказала, что ему немного за тридцать. Высокий, безумно красивый. Настоящий восточный мужчина.

– Здравствуйте, – все же говорю я.

Он стискивает челюсти и нехотя произносит ответное приветствие.

Наши мамы начинают щебетать, так как знакомы уже с первого курса нашего обучения. Отец отвлекся на телефон, Фатима говорит с какой-то девочкой, а я по-прежнему стою, даже не пытаясь сдвинуться на миллиметр, как и он.

Глаза мужчины сверкают неприкрытой злостью, неприязнью. Те эмоции, которые я не понимаю, чем заслужила.

Спустя минуту такого странного момента он делает шаг в мою сторону, а я инстинктивно отступаю назад.

Он подавляет и ужасно пугает.

Уголок его губ приподнимается, и мужчина останавливается, ощущение, будто моя реакция ему понравилась.

Кажется, будто он сейчас что-то скажет, но к нам подлетает подружка и тащит меня в основной зал.

В одном я уверена точно, этот бал я запомню надолго, если не навсегда.

Мероприятие проходит в спокойной атмосфере. Нас вызывают по очереди на сцену. Рассказывают о наших успехах в учебе, что больше походит на какой-то отчет перед родителями.

Мы с Фатимой встаем рядом и периодически перешептываемся. Все идет вроде бы нормально, но я чувствую себя лабораторной мышью. Меня прожигают взглядом. Будто клеймо ставят, я догадываюсь кто это и поэтому стараюсь не смотреть в ту сторону.

Этот Наиль, вызывает во мне непонятный ужас. Ледяной коркой покрываюсь от его внимания. А главное тут, что я не понимаю, чем все это продиктовано.

Торжественная часть проходит быстро, дальше начинается фуршет.

Все разбегаются по столикам. Главный зал, где мы собрались, имеет очень высокие потолки и по углам его стоят огромные колонны. За одной из них я спряталась. Мне нужно перевести дыхание. Я больше не могу этого выносить. Меня душит его внимание.

Прикрываю глаза и вздыхаю полной грудью. Но никакая дыхательная гимнастика неспособна меня сейчас успокоить.

– Думаешь, что спрячешься от меня, девчонка? – вкрадчивый голос врывается в мой слух, уничтожая последнюю каплю самообладания.

Я боюсь открывать глаза. Он вселяет ужас в меня, который проникает в каждую клетку. Я чувствую его слишком близко. Мое тело каменеет, от жара, который я ощущаю от него.

Приоткрываю веки и оказываюсь права. Стоит напротив и слегка наклонив голову вбок наблюдает за мной.

– Что вам нужно? – шепчу хриплым голосом.

– Ты что здесь делаешь, дрянь?

Шок! Больше нет эмоций.

– Какое вы имеете право так со мной говорить? Я здесь учусь.

Встает еще ближе, практически вплотную, но все-таки не касается.

– Отойдите, – протискиваю руку между нами и пытаюсь его оттолкнуть, но он хватает ее и сжимает с такой силой, что на глаза наворачиваются слезы и я тут же всхлипываю негромким «Ай».

– Не смей касаться меня, грязная девка. И запомни, если я увижу тебя рядом с Фатимой, засуну в такую дыру, где ты будешь работать телом каждый день, но ни копейки не заработаешь.

Смотрю на то, с какой злостью и отвращением он выплевывает всю эту мерзость и становится еще более страшно.

– Что? – может быть послышалось? Может сплю. Это же бред какой-то, чем я ему помешала?

– Я не шучу. Еще не хватало, чтобы какая-то уличная шлюха была рядом с моей семьей.

Снова сжимает мою левую руку, но я поднимаю правую и замахиваюсь, чтобы ударить по наглому лицу, как он тут же перехватывает и ее, почти выкручивая. Мне даже показалось, что кости затрещали.

– Немедленно, отпустите меня, – шиплю ему в лицо, а у самой сердце стучит где-то в горле.

Он перехватывает мои руки в одну свою, а второй хватает за волосы, так сильно, что я слышу треск, той самой заколки с хрустальной розой.

– Следи за своим языком, девчонка, – шипит, приближаясь к моему лицу.

Подавляю в себе всхлип, потому что мне больно и страшно.

– Что я вам сделала? Я вас даже не знаю, – меня начинает трясти уже не на шутку.

– А ты бы и рада была вчера узнать, – я слышу ярость и насмешку в его голосе.

– Что за бред? – хватка крепнет в волосах.

– Не играй в невинность.

Может псих? Ну да, точно. Он псих, поэтому я и не слышала о нем никогда от подруги.

– Да отпустите вы меня, ненормальный, – злюсь и толкаю его как могу.

Мужчина скалится и наклоняется к моему уху.

– Запомни девочка, я не бросаю свои слова на ветер. А ты смотри сама, рискни проверить, – врывается его шепот в меня.