Категории
Самые читаемые
RUSBOOK.SU » Поэзия, Драматургия » Поэзия » Стихи - Илья Сельвинский

Стихи - Илья Сельвинский

Читать онлайн Стихи - Илья Сельвинский

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 2 3
Перейти на страницу:

Мы отстоим тебя, Тамань, за то, что ты века Стояла грудью боевой у русского древка; За то, что где бы ни дралось, развеяв чубовье, Всегда мечтаю о тебе казачество твое; За этот дом, за этот сад, за море во дворе, За красный парус на заре, за чаек в серебре, За смех казачек молодых, за эти песни их, За то, что Лермонтов бродил на берегах твоих. 1943 Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е.Евтушенко. Минск-Москва, "Полифакт", 1995.

КАКИМ БЫВАЕТ СЧАСТЬЕ Хорошо, когда для счастья есть причина: Будь то выигрыш ли, повышенье чина, Отомщение, хранящееся в тайне, Гениальный стихи или свиданье, В историческом ли подвиге участье, Под метелями взращенные оливы... Но нет

ничего

счастливей Беспричинного счастья. 1965 Илья Сельвинский. Избранные произведения. Библиотека поэта (Большая серия). Ленинград: Советский писатель, 1972.

СОНЕТ

А я любя был глуп и нем.

Пушкин

Душевные страдания как гамма: У каждого из них своя струна. Обида подымается до гама, До граянья, не знающего сна;

Глубинным стоном отзовется драма, Где родина, отечество, страна; А как зудит раскаянье упрямо! А ревность? M-м... Как эта боль слышна.

Но есть одно беззвучное страданье, Которое ужасней всех других: Клинически оно - рефлекс глотанья, Когда слова уже горят в гортани, Дымятся, рвутся в брызгах огневых, Но ты не смеешь и... глотаешь их. 1951 Илья Сельвинский. Избранные произведения. Библиотека поэта (Большая серия). Ленинград: Советский писатель, 1972.

* * * Не верьте моим фотографиям. Все фото на свете - ложь. Да, я не выгляжу графом, На бурлака непохож.

Но я не безликий мужчина. Очень прошу вас учесть: У меня, например, морщины, Слава те господи, есть;

Тени - то мягче, то резче. Впадина, угол, изгиб,А тут от немыслимой ретуши В лице не видно ни зги.

Такой фальшивой открытки Приятелю не пошлешь. Но разве не так же в критике Встречается фотоложь?

Годами не вижу счастья, Как будто бы проклят роком! А мне иногда ненароком И правду сказать случается, А я человек с теплынью. Но критик,

на руку шибкий, Ведет и ведет свою линию: "Ошибки, ошибки, ошибки..."

В стихах я решаю темы Не кистью, а мастихином, В статьях же выгляжу схемой Наперекор стихиям: Глаза отливают гравием, Промахов гул нестихаем... Не верьте моим фотографиям: Верьте моим стихам! 1953 Илья Сельвинский. Избранные произведения. Библиотека поэта (Большая серия). Ленинград: Советский писатель, 1972.

* * *

Предоставьте педагогику педагогам.

Ленин

Не я выбираю читателя. Он.

Он достает меня с полки. Оттого у соседа тираж - миллион.

У меня ж одинокие, как волки.

Однако не стану я, лебезя,

Обходиться сотней словечек, Ниже писать, чем умеешь, нельзя

Это не в силах человечьих.

А впрочем, говоря кстати, К чему нам стиль "вот такой нижины"? Какому ничтожеству нужен читатель, Которому

стихи

не нужны?

И всё же немало я сил затратил, Чтоб стать доступным сердцу, как стон. Но только и ты поработай, читатель: Тоннель-то роется с двух сторон. 1954 Илья Сельвинский. Избранные произведения. Библиотека поэта (Большая серия). Ленинград: Советский писатель, 1000 1972.

ИЗ ДНЕВНИКА Да, молодость прошла. Хоть я весной Люблю бродить по лужам средь березок, Чтобы увидеть, как зеленым дымом Выстреливает молодая почка, Но тут же слышу в собственном боку, Как собственная почка, торжествуя, Стреляет прямо в сердце... Я креплюсь. Еще могу подтрунивать над болью; Еще люблю, беседуя с врачами, Шутить, что "кто-то камень положил В мою протянутую печень",- всё же Я знаю: это старость. Что поделать? Бывало, по-бирючьи голодал, В тюрьме сидел, был в чумном карантине, Тонул в реке Камчатке и тонул У льдины в Ледовитом океане, Фашистами подранен и контужен, А критиками заживо зарыт,Чего еще? Откуда быть мне юным?

Остался, правда, у меня задор За письменным столом, когда дымок Курится из чернильницы моей, Как из вулканной сопки. Даже больше: В дискуссиях о трехэтажной рифме Еще могу я тряхануть плечом И разом повалить цыплячьи роты Высокочтимых оппонентов - но... Но в Арктику я больше не ходок. Я столько видел, пережил, продумал, О стольком я еще не написал, Не облегчил души, не отрыдался, Что новые сокровища событий Меня страшат, как солнечный удар! Ну и к тому же сердце...

Но сегодня, Раскрывши поутру свою газету, Я прочитал воззванье к молодежи: "ТОВАРИЩИ, НА ЦЕЛИНУ!

ОСВОИМ ТРИНАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ ГА СТЕПЕЙ ЗАВОЛЖЬЯ, КАЗАХСТАНА И АЛТАЯ!"

Тринадцать миллионов... Что за цифра! Какая даль за нею! Может быть, Испания? Нет, больше! Вся Канада! Тринадцать... М?

И вновь заныли раны, По старой памяти просясь на фронт. Пахнуло ветром Арктики! Что делать?

Гм... Успокоиться, во-первых. Вспомнить, Что это ведь воззванье к молодежи, А я? Моя-то молодость тово... Я грубо в горсть ухватываю печень. Черт... ни малейшей боли. Я за почки: Дубасю кулаками по закоркам Но хоть бы что! Молчат себе. А сердце?

Тут входит оживленная жена: "Какая новость! Слышал?"

- "Да. Ужасно. Прожить полвека, так желать покоя И вдруг опять укладывать в рюкзак Свое солдатство. А?"

- "Не понимаю". - "А что тут, собственно, не понимать? Ну, еду... Ну, туда, бишь... в это... как там? (Я сунул пальцем в карту наугад.) Пишите, дорогие, в этот город! Зовется он, как видите, "Кок...", "Кок..." (Что за петушье имя?) "Кокчетав". Вот именно. Туда. Вопросы будут?" 1954 Илья Сельвинский. Избранные произведения. Библиотека поэта (Большая серия). Ленинград: Советский писатель, 1972.

КОКЧЕТАВ Республику свою мы знаем плохо. Кто, например, слыхал про Кокчетав? А в нем сейчас дыхание пролога! Внимательно газету прочитав, Вы можете немало подивиться: И здесь его название... И вот. Оно уже вошло в передовицы И, может быть, в историю войдет. Здесь травка, словно тронутая хной, Асфальт приподымает над собою, Здесь грязи отливают синевою: Копнешь - и задымится перегной; Всё реже тут известнячок да глинка, И хоть в кафе пиликают "тустеп", Отсюда

начинается

глубинка, Великая

нехоженая

степь.

Что знали мы о степях? Даль, безбрежье, Ковыль уснувший, сонные орлы, Легенда неподвижная забрезжит Из марева такой дремотной мглы... Про сон степной, Азовщину проехав, Пленительно писал когда-то Чехов; Исколесив казачий Дон и Сал, Про ту же дрему Шолохов писал,А степь от беркута до краснотала Неистовою жилкой трепетала!

Степь - это битва сорняков друг с другом. Сначала появляется пырей. Он мелковат, но прочих побыстрей И занимает оборону кругом. Но вот полыни серебристый звон... Ордою сизой хлынув на свободу, Из-под пырея выпивая воду, Полынь его выталкивает вон! А там типец, трава эркек, грудница... И, наконец, за этими тремя Летит ковыль, султанами гремя, Когтями вцепится и воцарится.

Степь - это битва сорняков. Но степь Есть также гнездование пеструшки, А в этой мышке - тысяча судеб! Пеструшкою бывает сыт бирюк, Пеструшку бьет и коршун и канюк, Поймать ее - совсем простая штука, А душу вынуть - проще п 1000 устяка: Ее на дно утаскивает щука, Гадюка льется в норку пестряка, И, наконец, все горести изведав, Он кормит муравьишек-трупоедов. Ковыльники пушные шевеля, Пеструшкой степь посвистывает тонко, Пеструшка в ней подобье ковыля, И - да простит мне критик Тарасенков Научный стиль поэзии моей Пеструшка - экономика степей.

И вдруг пошло, завыло, застучало Какое-то железное начало. Степь обомлела - и над богом трав Вознесся городишко Кокчетав. В обкоме заседают почвоведы, Зоологи, политинструктора, Мостовики, дорожники - и едут Длиннющим эшелоном трактора. Где древле был киргиз-кайсацкий Жуз, Где хан скакал, жируя на угодьях, Теперь in corpore* московский вуз И прыгает по кочкам "вездеходик", В нем бороды великие сидят, И яростно идет на стенку стенка Испытанных в сражениях цитат Из Дарвина, Мичурина, Лысенко, И, как бывает в нашей стороне, Спервоначалу всё как по струне,

Но вот пошли просчеты, неполадки, Врывается и вовсе анекдот: Ввозя людей, забыли про палатки. А дело... Дело все-таки идет.

Вонзился пятиплужный агрегат И царственный ковыль под гильотины! Но с этой же эпической годины Пеструшка отступает наугад. Увы, настали времена крутые: Перебегают мышьи косяки. За ними волки, лисы, корсаки. Как за кормильцем аристократия,А Кокчетаву грезятся в степи На чистом поле горы урожая! Он цифрами республику слепит, Самой столице ростом угрожая.. Да, он растет с такого-то числа Недаром среди новых пятиплужий У побережья гоголевской лужи Античная гостиница взошла! Недаром город обретает нрав, И пусть перед родильным домом - яма, Но паренек в четыре килограмма, Родившись, назван гордо: "Кокчетав"!

Вы улыбнулись. Думаете, шутка, Но чем же лучше, например, "Мишутка"?

* В полном составе (лат.). - Ред. 1954 Илья Сельвинский. Избранные произведения. Библиотека поэта (Большая серия). Ленинград: Советский писатель, 1972.

ШУМЫ Кто не знает музыки степей? Это ветер позвонит бурьяном, Это заскрежещет скарабей, Перепел пройдется с барабаном, Это змейка вьется и скользит, Шебаршит полевка-экономка, Где-то суслик суслику свистит, Где-то лебедь умирает громко.

1 2 3
Перейти на страницу:
На этой странице вы можете бесплатно скачать Стихи - Илья Сельвинский торрент бесплатно.
Комментарии
Открыть боковую панель
Комментарии
Юлия
Юлия 24.05.2024 - 08:34
Здраствуй ,я б хатела стабой абщаца 
Сергій
Сергій 25.01.2024 - 17:17
"Убийство миссис Спэнлоу" от Агаты Кристи – это великолепный детектив, который завораживает с первой страницы и держит в напряжении до последнего момента. Кристи, как всегда, мастерски строит