Дракончик Пыхалка и Великий Мымр - Дмитрий Емец

Она закружилась на месте, взмахнула зеленой шалью, подхватила Кваку и исчезла, а Мымр остался ждать в подвале.

Пока он ждал, Куклаваня и Оля опять поссорились из-за пустяка, и Оля закричала на Куклаваню:

– Пупсина несносный, ты когда-нибудь думаешь, что говоришь?

– Не-а, я не могу сразу делать два дела! Я обычно вначале скажу, а потом у меня нет времени подумать, что я сказал, потому что я уже говорю что-нибудь новенькое, – замотал головой Куклаваня.

Машу мама позвала ужинать, и она ушла, пообещав друзьям принести что-нибудь вкусненькое.

Пыхалка выскользнул из-под кровати, уселся возле батареи рядом с Дусей и стал тренироваться превращаться в разных животных: собаку, пантеру, ворону, ягуара. Дуся наблюдала за Пыхалкой, положив мордочку на лапки. Когда Пыхалка превратился в бульдога, шерсть на загривке у кошки встала дыбом.

– Пшш! – зашипела Дуся.

– Испугалась? – спросил бульдог голосом Пыхалки.

– Н-ничего п-подобного! – возмутилась Дуся. – Я вообще собак не боюсь! Подумаешь собаки! Что такое, в сущности, собака? Лаялка на четырех лапах!

– А ты мяукалка на четырех лапах, с усами и хвостом! – засмеялся Пыхалка.

Бульдог исчез. В комнате появилась толстая розовая свинка, которая сказала «хрю» и стала толкать носом ковер. Куклаваня и Оля бросили ссориться и побежали смотреть, как Пыхалка превращается. Они знали, что дракончик начинает играть в превращения тогда, когда у него особенно хорошее настроение.

– А в жирафа слабо превратиться? Спорю: не сможешь! – спросила Дуся.

– Запросто! Я во все могу! – возмутилась свинка.

– В натуральную величину! Нам карликовые жирафы не нужны! – потребовал Куклаваня.

Так как Маши в комнате не было и отговорить проказников было некому, то в комнате возник огромный жираф. Такой огромный, что в комнате он никак не помещался.

– Спасайся кто может! – завопила из окошка Оля, и зайцы послушно полезли спасаться в кроватки-варежки.

Задние ноги жирафа оказались в коридоре, а длинную шею Пыхалка вовремя догадался высунуть в распахнувшееся окно, где она вытянулась, как стрела подъемного крана. Спина подпирала потолок, а коричневато-желтые бока с темными пятнами занимали все пространство комнаты от шкафа до кровати Маши. Просто удачно, что дверь на кухню, где ужинала Маша с родителями, была закрыта и там был включен телевизор – иначе, привлеченные звуками и грохотом, они давно бы увидели гигантский круп жирафа, ноги которого протягивались по всему коридору.

Из шкафа послышался приглушенный вопль – увеличившийся Пыхалка нечаянно прищемил дверцей ногу прятавшейся в шкафу Тоске, и у той даже очки на носу подпрыгнули. Жаба Квака от ужаса забралась своей хозяйке в рукав и мелко дрожала. Даже увиденный в щелочку, жираф ужаснул впечатлительную жабу до глубины души.

Мадам Тоска дергала дверцу и барабанила в нее, но дверца столь плотно была приперта боком Пыхалки, что Тоска была замурована надежно. Вся сила ее нагоняющего уныние взгляда была ни к чему. А Пыхалка понятия не имел, что запер кого-то в шкафу, он и так чувствовал себя в комнате, как пробка в бутылке.

Поняв, что ей не выбраться, Тоска философски пожала плечами и стала вслепую шарить вокруг, ища, чем заняться от скуки. Вначале она отрывала пуговицы от висевших пальто и кормила пуговицами жабу Кваку. Когда пуговицы закончились, Тоска нашарила в одном из карманов зимней шубы какой-то предмет и достала его. Он был твердый, прямоугольный, в обертке. Размышляя, что это может быть, зеленая дама разорвала обертку и понюхала. Пахло привлекательно, душистыми ароматами, и Тоска начала откусывать маленькими кусочками. Это новое неизвестное лакомство оказалось удивительно вкусным, и Тоска получала огромное удовольствие. Забыв обо всем, она откусывала от прямоугольного кусочка и пускала пузыри, откусывала и пускала…

«Почему пускала пузыри?» – спросите вы. Потому что это был кусок душистого мыла, который мама Маши по рассеянности забыла в шубе и который по странному стечению обстоятельств пришелся Тоске по вкусу!

– Пыхалка, превращайся обратно! Там в шкафу кто-то есть! – закричала кукла Оля.

– Я не могу! У меня горчицы не хватает! – донесся с улицы басистый голос дракончика. И ничего удивительного – ведь голова его на длинной шее, высунутая в окно, была в пяти метрах от дома.

– При чем здесь горчица? – не поняла Оля.

– Горчица дает нам, дракончикам, превращательную силу! – грустно объяснил жираф Пыхалка. – Драконы умеют превращаться, когда съедят перед этим достаточно горчицы. Я слишком много превращался – и у меня не осталось превращательной силы.

– Но ты никогда раньше не говорил нам об этом! Мы думали, горчица нужна тебе, чтобы дышать огнем! – всполошилась Дуся.

– Горчица нужна нам, драконам, вообще для всего! – откликнулся Пыхалка. – Срочно достаньте для меня горчицы, или я насовсем останусь жирафом! Застряну у Маши в комнате. На меня будут глазеть туристы и спорить, как удалось затолкать жирафа на седьмой этаж!

– Держись, Пыхалка! Держись, приятель! Я иду к тебе на помощь! – закричал Куклаваня, карабкаясь по хвосту жирафа к нему на спину.

Кукла Оля представила, что будет, если Пыхалка всю жизнь будет торчать в комнате, и ей стало ужасно жалко дракончика и саму себя. Оля бросилась в маленькую кладовую, расположенную у нее под лестницей, и суетливо стала рыться там, разыскивая нужную банку.

– Где-то у меня была горчица! – бормотала она. – Я же готовила ее Пыхалке на день рождения. Да где же, где же она?

Оле попадались самые разные банки – и с вишневым вареньем, и с клубничным сиропом, и с грушевым повидлом, и с красной икрой (самая маленькая баночка), и иностранные баночки с загадочной надписью «BEER», и даже крошечные банки с масляной краской, которые Оля готовила для ремонта, но банка с горчицей никак не находилась.

Под конец, перерыв все, Оля вспомнила, что дала горчицу Ученичкину, который собирался провести ее химический анализ.

Окликнув Ученичкина и помянув его незлым, тихим словом, потому что дорога была каждая секунда, Оля со всех ног бросилась на чердак. Ученичкин сидел за письменным столом и выявлял логическое соответствие между чайником и Дедом Морозом. Удивительно, но гномик ухитрялся сохранять феноменальное спокойствие!

Оля схватила Ученичкина за фалды его ученого пиджачка и стала трясти его с такой силой, что у того свалился его колпак.

– Где Пыхалкина горчица, противный гном? Ты ее не расхимичил? – закричала кукла.

– Попрошу быть корректнее! Все равно я ничего не слышу! – прехладнокровно заметил Ученичкин, вынимая из ушей ватные груши, которыми он часто их затыкал, чтобы ему не мешали работать.

– Вот теперь слышу! Какую справку по научным вопросам ты хотела получить, Оля?

– У Пыхалки нет превращательной силы! Ему нужна горчица!

Надо отдать гному должное, он сообразил мгновенно. Ученичкин бросился к столу и стал рыться в ящиках. Вытряхивал записи, градусники, микроскоп, клей, гербарий, пока в руках у него не оказалась баночка с горчицей.

– Хорошо, что я не успел еще сделать химический анализ!

Оля схватила горчицу и бросилась к окошку. На холке у дракончика уже ждала кошка Дуся, а верхом на ней Куклаваня. Только Дуся с ее ловкостью могла пройти по далеко торчавшей из окна шее жирафа к его голове. Но без помощи пупса ей было не обойтись, потому что руки, чтобы держать банку, у кошки отсутствовали. Поэтому Дуся и вынуждена была терпеть на своей спине «захребетника».

– Лови, Куклаваня! – Оля перебросила пупсу баночку с горчицей, которую он поймал, едва не слетев при этом с кошки.

– Ой, мамочки, какая мне кошка скользкая попалась! – закричал пупс.

– Сиди смирно и не дергайся, если не хочешь упасть с седьмого этажа! – предупредила Дуся и осторожно пошла по желтоватой, пятнистой, с короткой густой гривой шее жирафа.

Пыхалка грустно смотрел на сугробы внизу. «И почему я не превратился в маленького жирафа, тогда превращательной силы хватило бы?» – размышлял он.

С присущим кошкам умением Дуся кралась по шее дракончика. Куклаваня смирно сидел у нее на спине, прижимая, груди баночку с горчицей. Дуся почти дошла до коротких рожек жирафа, как вдруг порывом ветра ее едва не сбросило вниз. Но Дуся успела вцепиться когтями в гриву жирафа. Куклаваня на спине у кошки ойкнул.

– Не упал? – поинтересовалась Дуся.

– И не надейся! – огрызнулся пупс.

– А чего тогда ойкаешь?

– Носом об банку стукнулся, – объяснил Куклаваня.

– Скоро вы там? Хотите, чтобы я простудился? Я уже десять минут на морозе! – поторопил Пыхалка.

– Уже идем! – Пупс перепрыгнул со спины у кошки Дуси на голову дракончику и принялся, пыхтя, откручивать крышку на банке с горчицей.

– Не открывается! И что за мода пошла так туго завинчивать банки? – пыхтел Куклаваня.