Кубанская Конфедерация - Василий Сахаров

— Да, у нас тоже не всё ладно. Подробности тебе шифром к вечеру сбросят. Мне говорили, что и так нормально, дикари наш разговор прослушать не смогут, но всё же лучше в чём‑то остеречься. Скажу так: эти Внуки Зари и к нам добрались. Обстреляли столичный замок Симакова, и мне приказано тебе всячески содействовать и помогать. Что тебе нужно для весеннего похода?

— Боеприпасов побольше, мины и гранаты. Всё как обычно. Это по снабжению, и подробный список у ваших гэбистов лежит. Главное, Саня, люди нужны. Чем скорее, тем лучше.

— Сколько?

— Тысячу стволов, — выпалил Кара, — и качество бойцов меня не сильно интересует. Сможешь организовать поднаём воинов?

Теперь уже задумался я. Набрать за месяц‑полтора тысячу наёмников — это проблема. Но опыт в этих делах у меня уже есть, и связи среди вольного люда, шатающегося по нашему пограничью, тоже имеются. И, прикинув что и как, я решил, что вопрос решаем, и ответил Бурову согласием…

Прошли две недели, а вражеских диверсантов полностью так и не смогли уничтожить. Пятеро сектантов оторвались от погони и ушли в сторону бывшего Кавказского государственного заповедника. Конечно, поиски этих недобитков продолжались, и работали по ним самые лучшие специалисты. Однако в том, что их смогут изловить, я сомневался. Да и не на них надо было лучших следователей и офицеров кидать, а на то, чтобы вскрыть тех, кто им помогал. Не диверсанты основная проблема, а шпионская сеть, окопавшаяся у нас под боком. Именно она наиболее опасна, так как поставляла и продолжает поставлять противнику информацию, и именно шпионы обеспечивали проникновение вражеских бойцов на территорию страны. Впрочем, этим занимаются иные службы, а моё дело иное.

Всё это время я был занят тем, что собирал караван для Кары. Кажется, чепуха: закупи за государственный счёт боеприпасы и амуницию, тем более что везде полное содействие. Но список был слишком большим, и не всё, что Буров просил, имелось на армейских складах, так что четырнадцать дней — это я ещё быстро сработал. Наконец заказ тестя был полностью готов и груз отправился на Ейск. Оттуда оружие и боеприпасы переправят в Таганрог, который вновь, как и встарь, стал важным стратегическим пунктом. Там всё это добро будет ожидать наемников, которые сопроводят груз к Дебальцеву.

Дальше предстояло навербовать людей. В сопровождении трёх джипов и всех пяти грузовиков я вновь отправился на окраину Конфедерации в город Невинномысск, где находился Игнач с пятёркой своих пластунов. Казаки там уже десять дней, агитируют съехавшихся в поселение на зимовку вольных бродяг вступать в армию Кары. Как сообщал Игнач, люди есть, а потому я еду туда с грузовиками, дабы можно было сразу забрать рекрутов.

Джип шёл с трудом. Дорога плохая, хорошо ещё, что недавно трассу расчищали. А то бы пришлось к Невинномысску на поезде ехать. Мой водитель, Тугарин, чуть раскосый широкоскулый мужик лет тридцати, включил радио и начал крутить ручку настройки.

— Думаешь, что‑то будет? — спросил я его.

— В прошлый раз, когда мы с вами приезжали, вышку ставили и говорили, что местное вещание восстановят. Оно у них только года три как прекратилось, а до того от самой чумы всё время работало.

— Ну, поищи, тем более что ехать километров десять осталось.

Да, кому чего. Кому заботы, а кому и радио. Вспомнился мой предыдущий приезд в Невинномысск, когда я набирал бойцов в свой отряд. Не совсем вовремя я тогда приехал. Повольники из Ставрополья только начинали сходиться в этот город с населением в восемнадцать тысяч жителей летом и около двадцати пяти — по зиме. Почему такой разброс? Я тоже поначалу удивлялся, а потом узнал, что и как, и всё стало более‑менее понятно. После того как у нас было объявлено о создании Конфедерации и появилось государство, в это поселение, до чумы бывшее крупным узловым центром, к которому сходились дороги на Кавказ, Кубань и Ставрополь, собрались все, кому новая власть была не по нутру. Не враги и не друзья, а так, опасающиеся.

Поначалу ничего, беглецы и эмигранты жили как и все люди в одичавших районах России. Однако позже, лет двадцать назад, когда у нас промышленность восстанавливаться стала, а КОФ боеприпасы начал выпускать, в этот анклав пришли изменения. И Невинномысск превратился в место сбора и отдыха вольных бродяг, которых в Конфедерацию не пускали, но которые желали с выгодой продать свою добычу и прикупить патронов. Ещё позже здесь даже что‑то вроде наёмной гильдии основали, через которую любой вольный стрелок или просто лихой парень, желающий подзаработать деньжат, мог получить заказ. А теперь это поселение в составе нашего государства, которому оставлен статус вольного города, так что в жизни местного общества практически ничего не изменилось. Летом это обычный пограничный городок. А чуть мороз ударил — курорт и база отдыха для людей кочевого образа жизни, мародёров, наемников, а порой и промышляющих на территории слабозаселённого Ставрополья разбойников.

Один из моих бойцов как‑то сказал, что это кусочек Дикого Запада. Но я вестерны смотрел и скажу прямо: куда там этому самому Западу до наших реалий! Думаю, что любой суперковбой, пройдись он по одному из посёлков нашего фронтира, уже через полчаса был бы босой, с вывернутыми карманами или вообще раздетый и, возможно, с толстой дубовой колодкой на шее. У нас не Запад, а Восток, так что все бывает гораздо быстрее, круче и жёстче.

— Есть, поймал! — раздался радостный крик Тугарина. — Ай, молодцы! Всё же наладили вещание, теперь не так скучно будет.

В динамике раздался треск, и приятный женский голосок сообщил, что для своих друзей, настоящих крутых мужиков из Невинки, сержант Игнач из станицы Кавказской заказывает песню. И этот же голос добавил, что Игнач ждёт всех желающих пострелять и повоевать за деньги сегодня вечером возле трактира «Стрижамент», где и будет производиться подписание контрактов на службу в наёмном отряде знаменитого Кары.

Заиграла одна из старых мелодий. Тугарин, услышавший рекламу наших пластунов, хмыкнул. А я подумал о том, что будет интересно посмотреть, сколько людей соберётся вечером возле трактира «Стрижамент», в котором до прихода в город воинских частей Конфедерации заседала местная Гильдия наёмников.

Вскоре моё любопытство было удовлетворено, поскольку наша автоколонна подъехала к городским воротам. Я предъявил охранявшим въезд территориалам сопроводительные бумаги, и мы направились в город. Около десяти минут автоколонна петляла по кривым улочкам, и наконец машины остановились на стоянке рядом с широким и приземистым двухэтажным зданием. Это и был тот самый знаменитый трактир для наёмников и повольников, и именно здесь нас уже ожидал Игнач со своими пластунами.