Цветочек. История о заигравшемся лицедее. Том 1 - Екатерина Гичко

— Ладно, — наагалей раздражённо поморщился, но яриться не стал. — Ума не пускать её сюда у него должно хватить.

— Сил тоже, — с намёком заметил Шширар.

На господина Ссадаши сил порой не хватало.

Дейна заметила перемены в лице господина и прошептала:

— Кажется, что-то произошло. Посмотрите. Наагалей перестал улыбаться, его явно что-то обеспокоило.

Вааш мельком глянул в окошко и широко зевнул.

— Наверное, нас почуяли.

— А вы не скрыли запах? — изумилась женщина.

— Зачем? — наг почесал грудь. — Пусть знает, поганец, что мы его любим и бережём. Да и ты свои амулетики проверь.

Женщина невольно вцепилась в ворот. На шее среди вороха амулетов висел артефакт, скрывающий запах, и она активировала его сразу, как вышла из дворца.

— Ссадаши совершенно точно, пока ты болела, перебрал их все и кое-что наверняка заменил похожими, но бесполезными безделушками.

Хранительница с досадой тряхнула головой. Помощники хозяина таверны вернулись и вскоре покатили из подвала второй бочонок. Господин Вааш недовольно засопел.

— Взрывным порошком пахнет.

— Где?

— Похоже, в бочках. Чё-то мне это совсем не нравится… Похоже на незаконную сделку по продаже взрывного порошка. Или на умышленный подрыв одного не в меру любопытного наагалея.

Из подвала выкатили третий бочонок, и Дейна, согнувшись, пробралась к углу таверны и выглянула. У входа стояла телега водовоза. На козлах степенно курил трубку тощий старик с вислыми усами, в оглоблях сонно покачивалась старушка-лошадка светлой масти. Табачный дым тонкой струйкой возносился в тёмное небо, и Дейне казалось, что она чует его запах. Пахло курево, правда, странно. Гарью, словно не терпкий табак тлел, а угли в костре заново занялись. Хранительница подозрительно принюхалась. Ветер вообще дул не со стороны возницы, а с севера. Обернувшись, женщина посмотрела на виднеющуюся вдали крышу театра, конёк которой вздымался горбом. «Горб» шевелился, мялся, ему явно было скучно на одном месте.

Глаз зацепился за оранжевый всполох, и Дейна, присмотревшись, различила в пустой оконной раме дальнего погоревшего дома огонёк. Наверное, бродяги развели и пекут картошку. Женщина не сразу обратила внимание, что от полуразрушенной крыши поднимается белёсый дымок.

— Господин Вааш, — она вернулась и торопливо пихнула наагалея в бок, — кажется, он горит.

— Не кажется, — наг мрачно кивнул в сторону, и хранительница увидела туманный дымок ещё над несколькими крышами по северной и западной сторонам.

Холодок прошёлся по спине.

— Пора вмешаться?

— Рано, — поморщился господин Вааш, — Ссадаши нам потом мозг недели две жрать будет, если всё испортим.

— Если вмешаемся слишком поздно, то он его так и не попробует, — Дейна нервничала. Она предпочитала увести господина в безопасное место до того, как начнётся что-то нехорошее.

Дымок стал явнее и на взгляд, и на нюх. До слуха донеслось обеспокоенное ржание лошадки, залаяли собаки.

— Нарочно подожгли, — без тени сомнения заявил господин Вааш. — Видишь, выбрали те дома, где ещё есть чему гореть. Полыхать будут ярко, дым на всю округу, жар весь нюх и глаза выест. А в суматохе можно и украсть, и прирезать. То-то Оршош не хотел тебя отпускать. Знал бы, на выходе этого бледного поганца перехватил.

— Так давайте сейчас, пока не поздно.

— Да сейчас вон представление в разгаре, — наг кивнул на дымящиеся крыши, — жалко портить, столько сил потрачено…

В этот момент Дейна поняла, почему господин Ссадаши и господин Вааш дружат.

Одна из крыш совершенно неожиданно полыхнула ярким пламенем. До этого дом стоял совершенно тёмный, а тут резко вспыхнула крыша, будто с неё пожар и начался.

Крепко заругался возница, дымом потянуло со всех сторон. Где-то в городе встревоженно загудел пожарный колокол. В купеческой части города, которая располагалась рядом, зазвенел набат: торговцы отстроили свою колокольную башню, а то пока городские огнеборцы соберутся, огонь успеет разбежаться по домам. А так челядь сгонят и задавят беду, пока мала.

Дейна обеспокоенно посмотрела в окно. Посетители таверны встревожились, но пока не спешили уходить. Наагалей с Шшираром тоже выглядели озабоченными, но спешили ещё меньше остальных.

— Именем императора, всем сдаться!!! — неожиданно прогремел громогласный рык.

Дейна невольно присела ещё ниже, а господин Вааш глубокомысленно изрёк:

— Дел нас грохнет.

Крыша на таверне вспыхнула факелом.

Меньше всего Ссадаши ожидал требования сдаться на милость императора. Он даже на секунду замер, а затем неуверенно усмехнулся.

— В исполнении наших поганцев это было забавнее.

— Меня наняли перевезти вино… — по-стариковски забрюзжал голос снаружи.

— Обыскать!

— Окружа-а-а-а-ай!!!

Посетители таверны переглянулись. Хозяин нервно отёр вспотевший лоб и злобно процедил в сторону выглянувших из подвала ребят:

— Вы сказали, что всё чисто?!

— Нас кто-то сдал, — разъярился один из крепышей.

— Сухлядый выскребыш! — выругался второй.

Наверху хрустнуло, и помещение стремительно начало заполняться дымом.

— Подожгли, твари!!!

— У-у-у-у… — на одной ноте завыл хозяин, словно здание было выстроено на кровные денежки.

Впрочем, спустя секунду его горе стало понятно. Наверху что-то жахнуло, громыхнуло и сквозь щели в досках хлынуло вино. Дорогое, закарийское. Явно контрабандное.

— А-а-а-а-а…

Снаружи донеслись крики боли, слюдяные окна выбили арбалетные болты, и Ссадаши с Шшираром бросились на пол.

— Они в огне! Стреляйте по развалинам!

К крикам и свисту арбалетных болтов добавился дребезжащий звон несущихся по разбитой мостовой пожарных повозок. Завыл и затрещал взметнувшийся над крышей огонь, дым повалил сильнее, заволакивая помещение. Неприметная дверь за стойкой с хрустом распахнулась, но внутрь ворвалась не стража, пятеро мужиков звероватого вида. Они торопливо осмотрелись, один сплюнул от досады, но из-под стола подал голос русоволосый вольный, вызвавший столько внимания у Ссадаши и Шширара.

— Вон он! — и ткнул пальцем на распластавшегося на полу наагалея.

— Вот хабрений, — почти по-доброму усмехнулся Ссадаши и пнул валяющуюся рядом бутылку так, что она влетела в лоб русоволосого. Вольный охнул, закатил глаза и обмяк.

Мужчины метнулись к наагалею, но вскочивший