Фрейя. Ведущая волков - Аля Файпари

– Ты выглядишь очень грозно в этой броне и с таким нахмуренным видом, – произнес он грудным рокочущим голосом.

У меня в животе защекотало, но я нахмурилась лишь сильнее, сосредоточенно проводя лезвием по его щеке.

– Не разговаривай, – одернула я.

Ник издал какой-то веселый звук, но замолчал. Не шевелясь, он из-под полуприкрытых век наблюдал за мной, пока я избавляла правую сторону лица от жестких щетинок. Когда снова опустила лезвие в воду, я вдруг почувствовала, как шеи коснулись теплые губы, а затем горячий язык, и по телу прокатилась сладкая дрожь.

– Перестань, ты мешаешь, – возмутившись, я попыталась было отстраниться, но успеха не добилась. С трудом давя в себе искушение, я старалась не отвлекаться и продолжала аккуратно водить острым лезвием по его щеке.

Ник скользнул ладонями по моим бедрам, погладил их и притянул меня ближе, чтобы я ощутила его желание. Со слегка сбившимся дыханием он прикусил кожу у меня под ухом, посылая вдоль позвоночника волну мурашек.

Поначалу я инстинктивно прижалась к нему, но потом с мрачным удовольствием надавила лезвием и оставила на коже небольшую царапину. Ник испустил такой тяжелый вздох, что мне пришлось сжать губы, чтобы не улыбнуться. Сцепив руки за моей спиной, он выпрямил спину, закрыл глаза и позволил мне, наконец, закончить начатое.

– Готово.

Я сполоснула лезвие в воде, завернула в сухую тряпку и нежно похлопала Николаса по щекам, наслаждаясь ощущением мягкой кожи. Наклонилась и подарила ему медленный поцелуй, на который он моментально ответил.

– Не отходи от меня во время сражения, – сурово наказал он, убирая волосы с моего лица.

– Я буду рядом, – пообещала я.

Я снова подалась вперед, но тут дверь распахнулась, и в дом вошла Делия. Сердце подлетело к горлу. Я резко попыталась встать, но Николас удержал меня и, заставляя пылать от смущения, спокойно повернулся к матери.

– Хорошо, что вы оба здесь. – Делия улыбнулась, будто не в первый раз застала нас наедине. – Аян собирает всех снаружи, поторопитесь.

– Разве мы не планировали выступать позже? – нахмурился Ник.

Я тем временем старалась незаметно отцепить его пальцы, но это все равно, что биться головой о камень, пытаясь его расколоть.

– Так и есть, но твой отец хочет обратиться к клану.

– Мы сейчас выйдем, – кивнул он, и Делия быстро скрылась за дверью, но я успела заметить, как нервно она вытерла о платье влажные ладони.

Николас наконец-то отпустил меня. Я смотрела, как он уверенными, слаженными движениями закрепляет у себя на спине крест-накрест мечи, распределяет по телу с десяток кинжалов так, что видно было лишь парочку, прикрепляет к поясу черный топор и поднимает тяжелый щит – тот самый, на котором поблескивала серебром голова волчицы. Я встала рядом и молча взялась за свое оружие. Он приблизился ко мне и пробежался руками по моему телу, проверяя ремни.

Мы одновременно вскинули головы и посмотрели друг другу в глаза. Сердце колотилось так сильно, что я слышала его удары у себя в ушах, а ладони стали ледяными.

– Ты готова?

– Да, – ответила я ровным голосом, спокойно встречая его взгляд, в котором горела гордость.

– Тогда идем. – Николас прижался губами к холодным костяшкам моих пальцев и вывел меня под дождь.

Сотни Этна и Шэлдо стекались к просторной поляне, в центре которой был расположен небольшой помост. Посреди него величественно стояли, широко расставив ноги и скрестив руки на мощной груди, два вождя в боевом облачении.

Капли дождя барабанили по деревянному настилу и падали в небольшую чашу, которую держала в руках Сахаар, неподвижно застыв в дальнем углу. По ее лицу ничего нельзя было прочитать.

Николас не стал подходить к подножию помоста. Вместо этого мы остановились едва ли не позади всех, пристроившись рядом с Делией и Лети, которая морщила нос, пытаясь спрятаться от дождя под рукой матери.

Я повертела головой в поисках темной кудрявой макушки и, к собственному неудовольствию, увидела Арью рядом с отцом – слишком далеко, чтобы пытаться к ним протолкнуться. Но, утешившись тем, что Гарт совершенно не обращает внимания на дочь, я вновь повернулась к вождям.

Как раз вовремя. Все были в сборе.

Аян шагнул к краю помоста, и его громкий рокочущий голос разнесся над поляной, перебивая шум дождя.

– Совсем скоро мы отправимся в дорогу, а в полдень наши клинки скрестятся с клинками Кезро и Хири в смертельной битве. Для Этна честь сражаться плечом к плечу с Шэлдо. – Аян и Атли обменялись уважительными кивками, и по рядам прокатился возбужденный гул. – Это ответственный день, – уже тише сказал он и сделал паузу, прежде чем снова повысить голос. – Я с самого рождения знал, в чем заключается мой долг. И нес этот груз с почтением. Я стою во главе клана вот уже более тридцати лет. Я принимал сотни решений, от которых зависели жизни, вел вас в битвы и каждый раз возвращал обратно. Домой.

Отовсюду донеслись одобрительные возгласы.

– Но я собрал вас здесь не для того, чтобы произнести очередную вдохновляющую речь. – Аян медленно обвел взглядом всех мужчин, женщин и детей, замерших перед ним и внимавших каждому слову. Он вздохнул. Прищурил светлые глаза. И приподнял заросший густой темной бородой подбородок. – Это больше не мой долг. В эту битву Этна поведу не я.

По толпе пробежался ропот. Этна и Шэлдо косились друг на друга, нахмурив брови. Наклонялись, обмениваясь тихими словами, пока Аян не поднял руку, призывая всех к молчанию. Делия стояла рядом и, задержав дыхание, смотрела на мужа.

– Сегодня я передаю бремя власти своему сыну. Сегодня у Этна будет новый вождь.

Я так резко повернулась к Николасу, что со взметнувшихся волос во все стороны полетели капли. Он неподвижно застыл справа от меня. Его лицо было непривычно бледно, а в глазах проносился рой всевозможных эмоций: удивление, недоверие, гнев, растерянность. Я сжала его руку, заметив, как на мускулистой шее дернулся кадык, и ободряюще улыбнулась ему, когда он мельком на меня посмотрел.

Толпа перед нами зашевелилась, выстраивая широкий проход, и мне пришлось отпустить его скованные пальцы. Оставить сына вождя в одиночестве гордо стоять под сотнями направленных на него взглядов.

– Подойди, Николас, сын Аяна, – торжественно прогремел вождь.

Я заметила, как Ник коротко вздохнул, а потом с безучастным выражением лица медленно зашагал к помосту. Его плечи были расправлены, с приподнятого волевого подбородка стекали капли дождя.

В то же мгновение к шуму ливня присоединился одинокий грудной голос. Его подхватил второй, третий, и вскоре уверенная