Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

– Какая именно версия? – заинтересовался Лауринь.

– Давайте попробуем взглянуть на ситуацию с другой стороны, – предложила я. – Предположим, в тот день вы ехали к себе домой, но – один. В смысле без меня. Что происходит дальше?

Я вынула трубку. На улице морозило, но не сильно.

– Думаю, то же самое, что произошло на самом деле, – усмехнулся капитан.

– Ну да. Вы бросаетесь спасать мирных горожан. Ловите этого злосчастного жеребца, пытаетесь найти хозяина. Никто не отзывается, конечно. Вы забираете его с собой, как и были намерены сделать изначально, так?

– Так, – кивнул Лауринь. Кажется, он понял, к чему я клоню. – О магии я бы не подумал, если вы это имеете в виду.

– Да, вы уже упоминали, – сказала я. – На то и мог быть расчет. Далее… Вы не слишком хорошо разбираетесь в лошадиных статях. Знаете, как говорится: если что-то выглядит как кошка, мяукает, как кошка, то, скорее всего, это и есть кошка. А если лошадь выглядит как вейрен, то…

– На самом ли деле это вейрен?

– Именно. Но вам это в голову не пришло. – Я выдохнула дым. – Скажите, Лауринь, что бы вы стали делать, если бы хозяин коня так и не объявился?

– Послал бы Зибо опросить людей на Кузнечной и прилежащих улицах, – ответил капитан. – Возможно, кто-то знал владельца.

– А если бы он не отыскался?

– Скорее всего, оставил бы у себя, – спокойно сказал Лауринь. – Разумеется, вернул бы хозяину по первому требованию, если бы тот доказал, что именно он – владелец.

– И стали бы ездить на нем? – допытывалась я.

– Пожалуй, да, чтобы не застоялся, – кивнул Лауринь и снова нахмурился. Темные брови углом сошлись на переносице. – Ах вот к чему вы клоните…

– Вы не удержались бы от соблазна показаться верхом на таком красавце, – усмехнулась я.

– Возможно, – ответил мне кривой улыбкой Лауринь. – Да, если считать, что целью действительно выбрали меня, то получается весьма складная версия. Но отчего вы назвали ее неправдоподобной?

– Да потому что все это очень ненадежно, – вздохнула я. – Судите сами: сколько времени нужно было следить за вами? И скольким людям? А вы ведь наверняка бы заметили слежку, не так ли? Киваете? Ну вот… А полагаться на случай – это уж чересчур для подобного рода преступника! – Я перевела дыхание. – Допустим, за вами все-таки следили, успели предупредить хозяина лошади, что вы приближаетесь к Кузнечной, коня напугали и выпустили… Вас ничто не смущает?

– Еще как, – ответил Лауринь. – Во-первых, если за мной действительно следили, то не могли не заметить вас. А вы – персона известная. Связываться с магией в вашем присутствии… преступник не может быть настолько неосторожен!

– При условии что он знает, кто я такая, – заметила я. – А следивший мог и не знать, меня давно не было в Арастене.

– Но если он описал вас хозяину, – произнес Лауринь, – тот мог бы и догадаться.

– Опять же при условии, что мое лицо ему знакомо, – хмыкнула я. – Но ход ваших мыслей мне нравится. Я тоже думала об этом. Вы хотели сказать что-то еще?

– Да, – кивнул он. – Вы уже говорили о ненадежности. Думаю, вы правы. Будь я, к примеру, с кем-то из сослуживцев, уверен, любой из них… хорошо, почти любой бросился бы усмирять взбесившуюся лошадь. А кроме того, остановить коня мог любой храбрый лавочник…

– Совершенно верно, – серьезно ответила я. – Здесь слишком много всяких «если». Человек, приготовивший для кого-то этого коня, вряд ли стал бы полагаться на волю случая. Не представляю пока, каким образом он подсунул бы жертве лошадь, но вряд ли подобным.

– Думаете, конь просто сбежал? – приподнял брови Лауринь.

– Скорее всего, – ответила я. – Видимо, бедолагу привязали, но ненадежно, и он сумел сорваться. Хотя недоуздок цел, повод тоже, значит, привязь он не обрывал… Гадать можно долго.

– Сорвался с привязи, выбил дверь конюшни… – скептически произнес Лауринь.

– Не думаю, – ответила я. – Остались бы соответствующие следы. Скорее всего, его вывели на улицу, уж не знаю, зачем. Может, хотели рассмотреть при дневном свете как следует, может, собирались увести в другое место… Тогда, кстати, ясно, почему он не был надежно привязан. Мог и повод из рук вырвать, если чего-то вдруг напугался. Так или иначе, но он удрал и попался нам.

Лауринь помолчал, потом задал резонный вопрос:

– И как тогда быть с визитом того неизвестного? Он чуть не убил Зибо… Мы полагали, что хозяин во что бы то ни стало хочет вернуть коня, верно? Отчего было не увести его?

– Вспомните, Лауринь, – я выдохнула дым, – я ведь сумела кое-что узнать. Зибо сказал, что коня нет, неизвестный извинился… Но почему-то не спросил, куда подевался жеребец. Как вы думаете, почему?

– Он уже знал, где конь, – уверенно ответил капитан.

– Верно. Возможно, видел, как вы отвели его ко мне домой, возможно, ему доложили. Мог он и узнать о моих похождениях на Кузнечной. Если он человек умный – а это несомненно, глупец не придумал бы такой замысловатый ход, – то сообразил, что я увижу раны коня, пойму, что он пугается магии, и, вполне вероятно, приду к определенным выводам. Я ведь неплохо знаю приемы преступников, все-таки ловлю их не первый год, а чего не знаю я, о том мне расскажут осведомленные люди. Что, собственно, и произошло.

– Значит, он понял, что затея его провалилась… – сказал Лауринь задумчиво. – Все равно не понимаю, зачем было разыгрывать эту комедию.

– Я тоже пока не понимаю, – утешила я.

– Ложный след?

– Какой именно? – хмыкнула я. – Тут два варианта, Лауринь. Или преступник действительно не знал, где конь, а Зибо ударил, чтобы тот его не опознал, и банально не добил, или… Или он хитрее, чем мы думаем, и меняет планы на ходу.

– Кажется, я вас понимаю. – Лауринь поправил шапку. – Пусть лошадь досталась не тому. Пусть вы, скорее всего, обнаружите следы магического воздействия и поймете, для чего предназначен конь… Тогда вы начнете искать возможного преступника, не так ли? А как его найти?

– Вот именно. – Я задумчиво выбивала пепел из трубки. – Допустим, я отыщу место, где держали лошадь. Вряд ли тамошние хозяева что-то знают. А если и знают, поди докажи, что это их рук дело или их знакомых… Да и к тому же, Лауринь, мы с вами упускаем из виду самый очевидный вариант!

– Какой?

– Представьте, что лошадь предназначалась не для покушения, а для скачек, – улыбнулась я. – Это ведь первая версия, которая пришла бы в голову обывателю, расскажи ему папаша Власий то же, что и мне!

– И правда… – Лауринь усмехнулся. – Выходит, наш с вами злоумышленник не может быть уверен, что мы пришли к нужным выводам?

– Точно. – Я собрала с перил крыльца горсть снега, слепила снежок, бездумно покатала в ладонях. – Но то, что произошло дальше, мне пока не вполне ясно. Демонстративно прийти, поинтересоваться, у вас ли конь, а когда Зибо сказал, что не у вас, ударить его по голове, будто бы желая замести следы…

– Таким образом он пытался привлечь внимание к этой несчастной лошади, – сказал Лауринь. – Мошенничество на скачках – это интересно, конечно, но не то…

– Возможно… А Зибо он не добил по двум причинам: во-первых, искать убийцу гвардейца будут со всем тщанием, не то что потенциального преступника, во-вторых, полагаю, ему нужно было, чтобы Зибо мог рассказать об увиденном.

– Описание внешности вряд ли нам что-то даст, – заметил Лауринь, – Зибо плохо запоминает детали, я уже говорил.

– А акцент? – Я усмехнулась. – Этого даже такой недотепа, как ваш ординарец, не мог не заметить. Кстати, Лауринь, это азольский акцент.

– Азольский? – Лауринь задумался. – Но это еще ни о чем не говорит. Мало ли в Арастене выходцев из Азоли!

– Немало, – согласилась я. – Но уж больно заметная черта, согласитесь?

Лауринь кивнул. Вид у него был сосредоточенный и мрачный.

– Думаете, фальшивая примета? – спросил он.

– Может, так, может, нет… – Я вздохнула. – Какие у нас сейчас отношения с Азолью?

– Ничего особенного не припоминаю, – пожал плечами Лауринь. – Мирное княжество, есть договор с Арастеном о защите и вспомоществовании… Больше ничего. Начнись там какие-то волнения, я бы знал. Но я уточню.