Дзержинский на фронтах Гражданской - Андрей Александрович Плеханов

В ночь на 2 июня 1920 г. Дзержинский с небольшой группой сотрудников ВЧК и управления тыла выехал в районы Правобережной Украины. Главным пунктом и целью поездки была Одесса, где сложилась опасная обстановка. Побережье города блокировали белогвардейские военные суда, в недалеких водах крейсировала «союзная» эскадра. Корабли белых били тяжелыми снарядами по мирным приморским селам. С севера не оставляли попыток наступления белополяки. Активизировалось белогвардейское подполье.

Дзержинский в течение нескольких дней инспектировал чрезвычайные комиссии, особые отделы, войска охраны тыла и части пограничной охраны, военкоматы и военные комендатуры городов правобережной зоны тыла. 6 июня РВС Юго-Западного фронта и высшие органы власти Советской Украины объявили Одессу и ее окрестности на осадном положении и образовали ревком. Благодаря принятым мерам обстановка в городе постепенно стабилизировалась.

В июне 1920 г. общее положение на Юго-Западном фронте существенно изменилось. В результате наступления Красной армии против войск противника 1-я Конная армии 5 июня 1920 г. нанесла удар по войскам Пилсудского, через два дня освободила Житомир, для Красной армии открылся путь к общему контрнаступлению. 6-я армия противника, потеряв свыше 9 тысяч убитыми, ранеными и пленными, фактически перестала существовать.

9 июня Первая Конная армия начала наступление на Киев, а в тыл противника вышла кавалерийская бригада Г. Котовского. Угроза окружения вынудила польское командование 10 июня отдать приказ 3-й армии оставить столицу Украины и начать отход к Коростеню. 11 июля освобожден Минск, 19 июля – Гродно, 23 июля – Пинск. Войска Тухачевского быстро приближались к Варшаве. Ее покинули иностранные дипломаты. Поляки запаниковали, а генерал Станислав Шептицкий говорил, что «мы должны большевиков на коленях молить о мире». Польское военное министерство ввело чрезвычайные и полевые суды для борьбы с дезертирством.

После изгнания поляков из Киева польское правительство обратилось с просьбой о посредничестве в бельгийский город Спа, где заседал Верховный совет Антанты. По поручению британского премьер-министра Д.Л. Джорджа министр иностранных дел Великобритании лорд Д. Керзон отправил 11 июля в Москву наркому иностранных дел Г. Чичерину ноту с предложением заключить перемирие между Польшей и Советской Россией. Но Москва отказалась от посредничества Антанты.

1 июля 1920 г. Дзержинский писал Ксенофонтову, что, по имеющимся у него данным, «ксендзы в деле организации шпионажа и заговоров играют крупную роль. Необходимо их обезвредить. Для этого предлагаю издать циркуляр по всем губчека, чтобы все ксендзы были взяты на учет и под наблюдение. Кроме того, так как ксендзы обделывают свои дела на исповеди, фанатизируя католиков, то надо иметь своих женщин католичек (но не верующих), которых надо посылать на исповедь, и таким путем проникнуть в ксендзовскую конспирацию. Надо подумать об организации такой разведки. Необходимо по этому вопросу снестись с Особым отделом[711].

4 июля 1920 г. началось успешное наступление Красной армии на варшавском направлении. По предложению В.И. Ленина Политбюро ЦК решило мобилизовать Ф.Э. Дзержинского на Западный фронт. В связи с этим он принял решение об усилении кадрового состав охраны тыла действующей армии, в частности о назначении начальником Харьковского сектора войск ВОХР П.К. Мармузова: «Соглашение с тов. Сталиным и Реввоенсоветом Юго-Западного фронта о передаче его нам достигнуто. Тов. Мармузов блестящий организатор, хотя недавний коммунист, но за него можно вполне поручиться… Мармузов сейчас – начальник штаба тыла фронта, был командиром. Военное дело знает превосходно. Одновременно принимается Реввоенсовета Юго-Западного фронта приказ об объединении штаба тыла фронта со штабом сектора ВОХРа. Это даст нам людей. Я останусь тут начальником тыла фронта на правах помощ. командующего фронта. На местах, там, где комбриги не на высоте, назначаются начальники губтыла вместо военкомов»[712].

12 июля 1920 г. Дзержинский подписал последний приказ в качестве начальника тыла Юго-Западного фронта. К этому времени войска фронта отбросили белополяков на позиции, с которых они два с половиной месяца назад напали на Советскую Украину. Красные части по пятам преследовали противника. За 70 дней пребывания Дзержинского на Украине были выполнены задачи, поставленные перед ним ЦК РКП(б) и СНК.

21 июля 1920 г. в письме к В.Н. Манцеву председатель ВЧК дал оценку обстановки и изложил свои планы на предстоящие дни: «Судьба играет человеком. Я Ильичем, а значит, и ЦК мобилизован для Польши. Думали послать сначала меня туда через армию Буденного, но сейчас это изменяется, так как Западный фронт уже подошел к Польше. Следовательно, не придется мне быть у Вас. Надо уезжать сейчас же. Думаю уехать дня через 2—3». Он обратил внимание Манцева на то, что «Украина теперь важнее, чем когда-либо» в связи с новой кампанией против Советской России, «противник хочет при помощи Румынии и других стран создать фронт на юге от Румынии до Грузии включительно, на Кубани ведется бешеная белогвардейская работа по подготовке восстания». Дзержинский поручил Манцеву заняться организацией тыла, связаться с фронтом и поддерживать постоянную связь с Москвой – с Главкомом, ВОХР, Лениным, а по линии ВЧК – с его секретарем В.Л. Герсоном. Он сообщил, что в распоряжение Украинской ЧК и на Кубань в течение недели прибудет 20—30 батальонов и эскадронов из других губерний[713].

Перед отъездом на фронт 23 июля 1920 г. Дзержинский обязал В.Л. Герсона оставаться в Москве в качестве секретаря для выполнения здесь поручений по связи с ним Москвы и Харькова и для наблюдения за выполнением всех обязательств перед Украиной, руководствуясь не его, а Ксенофонтова указаниями. Он просил также держать связь с остающимся здесь временно членом Польского Бюро ЦК РКП(б) Прухняком и информировать его о всех интересующих Дзержинского вопросах. «Если по обстоятельствам необходимо будет Ваша поездка в Харьков или ко мне, на Запад – писал он, – то поезжайте только с ведома Манцева (в Харьков) и моего (ко мне). Держите также связи с т. Владимирским, который теперь будет нести полную ответственность за весь комиссариат, т.е. и за ВОХР. Поэтому Вы должны по делам ВОХРа ему докладывать и руководствоваться его указаниями в этих делах»