Атомный сон (Cборник) - Сергей Лукьяненко

Ночью мне снились кошмары. «Аэлита», где москвичи гневно рассказывают о розыгрыше. Укоризненное лицо Виталия Бугрова.[1] Бессрочное исключение нас с Гришей из числа любителей фантастики и переход на нелегальное положение. Гнев казахского народа, чей герой стал объектом мистификаций.

– Не буду! – закричал я во сне голосом крапивинского мальчика.[2] – Я больше не буду разыгрывать отдельных граждан и серьезные печатные органы!

После чего, успокоенный, уснул.

На «Аэлите-92» я поведал Грише Неверову правду. И мы долго хохотали над всей историей, прежде чем он взял с меня обещание в течение месяца выслать рассказ обо всем случившемся.

Но история еще не закончилась. У нее оказалось достойное логическое завершение.

Конец 1992-го года. Я сижу в гостях у Дениса Новожилова, сына Надежды Черновой, заведовавшей в журнале «ПРОСТОР» отделом фантастики. Денис – «дикий фэн». На коны не ездит, но фантастику знает, а его библиотеке позавидовало бы 99 процентов фэндома.[3] Разговор, естественно, о фантастике. Я рассказываю о Барса-Кельмесе, и Денис оживляется:

– А у меня дед про этот остров писал. Лет сорок назад. Дедушка!

Из соседней комнаты выходит девяностолетний дед. Несмотря на возраст, мгновенно входит в суть разговора, ехидно улыбается и выносит картонную папку. Там – пожелтевшие вырезки из «Ленинской смены» и «Техники – молодежи».

– Ко мне на днях из Академии наук Казахстана приходили, – сообщает дед. – Расспрашивали, где зуб птеранодона и что на острове творится. Я прикинулся, что у меня склероз, и ничего не сказал.

– А что там вообще было-то? – с надеждой спрашиваю я. И журналист Новожилов не обманывает ожиданий.

– Что было? Молодые были, веселые. Решили разыграть народ.

Получилось.

Финал…

История, на которую «Техника – молодежи» позже начала ссылаться как на бесспорный факт существования летающих тарелок и машин времени, оказалась полностью высосана из пальца. Независимо друг от друга в розыгрыш включались все новые и новые поколения. И если не поставить сейчас точку над Барса-Кельмес, то и наши внуки будут организовывать экспедиции на несчастный островок. Так что – каюсь. Грешен. И бодрая картинка из «ТМ», где птеранодон несет в клюве летающую тарелку, увы, лишена оснований.

Иногда я задаю себе вопрос – а есть ли хоть что-то, выходящее за рамки обыденного? Экстрасенсы, тарелки, инопланетяне… Задаю и боюсь ответить себе. Ибо ответ так обиден, тем более для писателя-фантаста! Так несправедливо обиден! Чудес нет. Все они лишь порождения человеческой фантазии, попытка вырваться из рамок обыденности. Я встречал ребят, «бывавших» на моих Сорока Островах. Я знаю массу мастеров Прямого Перехода и прочих чудес из книг Крапивина, про верящих же в толкиновское Средиземье и говорить не приходится. Контактеры, экстрасенсы… Бог ты мой, как нам хочется чуда! Но его все нет и нет, и тогда находятся те, кому нравится обманывать, и те, кому хочется обмануться. Посмотрим друг другу в глаза и шепотом признаемся в этом.

Тихо-тихо, чтобы за стенами фэндома никто не услышал.

Но… если я однажды снова начну врать… пожалуйста…

Сделайте вид, что верите.

Мне нечего добавить. Мораль пусть каждый извлекает сам – по своему вкусу. Я, со своей стороны, хочу поблагодарить всех друзей и знакомых – очных и заочных, которые так или иначе являются соавторами этой фантасмагории. И что из того, что некоторые из них никогда не существовали в реальности? Это, право же, не столь важно – в этой истории вообще очень трудно отделить «на самом деле» от «почти совсем на самом деле».

Я благодарен Г. Новожилову и Нурпеису Байжанову, Григорию Савичу, Сержану Егимбаеву и Тимуру Джолдасбекову, Г. Морозову и Андрею Страхову, сотрудникам кзылординской библиотеки и многим, многим другим, без которых случившееся невероятное было бы невозможным. (Особую благодарность хочется высказать редакции родной «Техники – молодежи» – хотя гонорара за «мою» статью я от нее так и не дождался.)

А всем прочим, до сих пор черпающим достоверную информацию о злосчастном аральском островке из газет, журналов и других средств массовой информации, меня так и подмывает задать один-единственный вопрос. Только один!

Все-таки красиво мы вас всех разыграли, а?!

Приложение:

вот как создавался миф…

1. Г. Новожилов. Тайна острова Барса-Кельмес (отрывок).

«Ленинская смена» (Орган ЦК ЛКСМ Казахстана) № 111 (4799), 7 июня 1959 г.

…Так получилось, что пришлось посидеть в Муйнаке, надо было ждать, пока спадет вода. В дни ожидания я и познакомился с Нурпеисом Байжановым. <…> Мне не терпелось скорее начать свои расспросы, и я с трудом удерживался, понимая, что поспешностью можно испортить все дело. Впрочем, я мало надеялся узнать что-либо, старик за чаем все время молчал и не сказал даже двух слов своей жене, старой Сабире. Наконец с чаем было покончено. Старик немного отодвинулся от стола к стене и, подтянув к себе подушку, оперся на нее локтем. Жена тут же подала ему кисет с табаком. Я поспешил вытащить свой «Казбек» и протянул открытую коробку старику. Он взял папиросу и, помяв ее своими узловатыми, скрюченными ревматизмом пальцами, не спеша закурил. Выпустив дым, он долго смотрел сквозь него на задернутое занавеской окно и вдруг, не дожидаясь моих вопросов, заговорил:

– Зачем пришел – знаю, что спрашивать будешь – знаю, а вот зачем тебе это – не знаю.

Я понял, что со стариком хитрить нельзя, надо говорить прямо. Я решил, что настал подходящий момент, и, глядя на старика в упор, сказал, понизив голос:

– Шевченко был на Барса-Кельмесе и видел там кости.

Старик вздрогнул, но, может быть, мне это только показалось.

– Кости, ты говоришь, кости. – Он потер зачем-то лицо руками, словно стирая паутину, и уже спокойнее спросил: – Про какие кости ты говоришь, какие кости видел Шевченко на Барса-Кельмесе, они бывают разные?

– Шевченко видел на острове необыкновенные кости, – все так же вполголоса ответил я и неожиданно для себя добавил: – Необыкновенные кости – не то зверя, не то птицы.

Старик закрыл глаза и несколько секунд молчал.

– Значит, это правда, – заговорил он, не открывая глаз. – Слушай, добрый человек, а ты не соврал мне про Шевченко, откуда знаешь?

Я рассказал старику о письмах Шевченко. Он опять закрыл глаза и покачал головой.

– Смеяться над стариком будешь, скажешь – байки рассказываю, а это не байки, и я тебе докажу. – Старик поднялся и подошел к стоящему в углу небольшому обитому цветной жестью сундучку. Он было наклонился к нему, но, махнув рукой и сказав «потом», снова вернулся на свое место.