Плохая Мари - Марси Дермански
![Плохая Мари - Марси Дермански](https://cdn.rusbook.su/s20/3/1/0/6/5/6/310656.jpg)
- Категория: Проза / Зарубежная современная проза
- Название: Плохая Мари
- Автор: Марси Дермански
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Марси Дермански
Плохая Мари
Иногда Мари немножко выпивала на работе.
Она сидела с Кейтлин, дочкой своей подруги Эллен Кендалл. Кейтлин едва исполнилось два с половиной, но развита она была не по годам. Мари работала у Эллен полный день – у нее была своя комнатушка в подвале. Платили ей наличными.
Она никогда не пила днем. Только вечером. Что тут такого? Мари не видела в этом никакого вреда – немного виски, немного шоколада. Пока Кейтлин спала, Мари смотрела второсортные фильмы по телевизору. Ей нравилось залезать в холодильник – всегда полный – и брать оттуда все, что хотелось. Еда всегда была восхитительная: французский сыр, стейк, оставшийся от обеда, свежевыжатый апельсиновый сок, спелая малина прямо из Португалии… Три недели назад Мари исполнилось тридцать – и ровно три недели назад она вышла из тюрьмы.
Работу можно было бы считать унизительной, будь у Мари хоть какие-то амбиции. Но к счастью, их не было. Абсолютно. Менять подгузники, кормить Кейтлин обедом, водить ее на прогулку в ближайший парк – Мари вполне могла это делать. Ей нравилось жить на Манхэттене. Она любила слушать, как щебечут друг с другом няни из соседних домов, – большей частью это были черные женщины родом откуда-нибудь из Вест-Индии. Мари даже нравились детские передачи, которые они смотрели вместе с Кейтлин. «Улица Сезам» вполне соответствовала ее уровню. И частенько она сама ложилась вздремнуть, пока Кейтлин спала днем.
Мари, которая вообще мало что чувствовала с тех пор, как шесть лет назад ее бойфренд покончил с собой в тюрьме, обнаружила, что без памяти влюблена в двухлетнюю девочку. Ей было даже немного страшно – так сильно она привязалась к Кейтлин. Из еды они обе больше всего любили шоколадный пудинг и макароны с сыром. А еще они обожали купаться. Кейтлин любила командовать, но Мари не возражала. По жизни ей нужен был начальник. Чтобы кто-то говорил, что надо делать.
Мари была навеселе и в ту ночь, когда Эллен и ее муж-француз вернулись домой из театра и обнаружили, что она заснула в ванной. Она уложила Кейтлин и смотрела телевизор. Очередной дурацкий фильм про сексуально озабоченную няню подросткового возраста. Сначала няня опоила снотворным мать семейства, затем соблазнила отца, и в тот момент, когда Кейтлин закричала, девчонка гонялась по всему дому за дочкой, размахивая кухонным ножом.
– Мари. Мари, Мари, Мари!
Мари со всех ног бросилась в комнату Кейтлин. По дороге она налетела на журнальный столик и разбила керамическую вазу. Что случилось? Грабитель с оружием? Ядовитый паук в кроватке Кейтлин? Чудовище в шкафу? Лихорадка? Няня с кухонным ножом?
А ничего не случилось.
Кейтлин хотела купаться.
– Ты не заболела? – Мари, дрожа с головы до ног, пыталась перевести дух.
– Ты забыла меня искупать. – Кейтлин стояла в кроватке, держась за деревянные прутья, как будто собиралась устроить бунт. – Я липкая. Я хочу купаться.
Ее лицо покраснело от рева. Мари разозлилась, но в то же время ощутила облегчение. Она подняла Кейтлин и почувствовала, что ее лицо и ручки в самом деле липкие. И довольно грязные. Щеки девочки были измазаны шоколадным мороженым – они ели его днем. Мари коснулась пальцем пухленького горячего личика.
– Мы забыли тебя искупать?
Хотя Мари получала деньги за то, чтобы присматривать за Кейтлин, часто выходило так, что Кейтлин присматривала за ней. И Мари чувствовала себя виноватой. Каждый день она совершала какую-нибудь крошечную ошибку. Но пока что все обходилось без последствий. Кейтлин обхватила ее крепенькими ножками, и Мари улыбнулась.
– Прости меня, Кит Кат. Тебе и в самом деле нужно искупаться.
– Хочу купаться, – подтвердила Кейтлин.
– Отлично, – сказала Мари. – Я тоже.
Она понесла Кейтлин в ванную, по дороге завернув в гостиную, чтобы прихватить стакан с виски. Сумасшедшая няня, все еще размахивая ножом, уговаривала девочку выйти из шкафа, обещая не убивать ее. Мари не стала задерживаться перед телевизором. Время купаться. Это гораздо лучше, чем кино. Кейтлин что-то напевала и барабанила по ее спине.
Мари пустила воду. Кейтлин сидела рядом. Они смотрели, как наполняется ванна.
– Пузырики, – потребовала Кейтлин.
– Хорошо. Пузырики. Мари щедро плеснула под кран лавандовой пены для ванны. Это был их с Кейтлин секрет: Эллен считала, что пена вредна для детской кожи. Когда вода почти достигла краев, Мари сняла с Кейтлин влажную ночную рубашку и отхлебнула виски. Потом, держа Кейтлин под мышки, подняла ее вверх и опустила ее ножки в воду.
– Горячо, – сказала Кейтлин.
Мари кивнула. Это тоже было частью ритуала.
Она закрутила кран горячей воды, оставив только холодную. Потом снова дала Кейтлин попробовать ванну.
– Лучше? – спросила Мари.
– Да.
Кейтлин широко улыбнулась. Когда все делалось так, как она хотела, малышка была счастлива. И в большинстве случаев именно так и получалось. Вполне вероятно, она вырастет и станет жуткой железной леди. Уверенной в себе, высокомерной, пробивной. В точности такой же, как Эллен. Может быть, подумала Мари, это не так уж и плохо.
– Давай попробуем еще раз, Кит Кат.
Мари опять опустила Кейтлин в ванну. Теперь уже целиком. Через некоторое время придется добавить горячей воды. Она уже научилась обманывать Кейтлин подобным образом. Кейтлин схватила желтую резиновую утку и со всей силы ударила ее по голове другой уткой. Ванна была наполнена резиновыми игрушками.
– Жестоко, – оценила Мари.
Она сняла с себя одежду и тоже залезла в ванну, устроившись на другом конце. Взяла стакан с виски, сделала большой глоток. Закрыла глаза.
– Кря, – сказала Кейтлин. – Кря-кря-кря.
Мари вдруг подумала, что счастлива. В этот самый момент, здесь и сейчас, она была счастлива. В ее жизни это случалось не так уж и часто. Всего несколько раз. Когда они с Хуаном Хосе плавали в океане в те короткие и прекрасные несколько месяцев в Мексике. Занимались любовью. Гуляли под звездами. Говорили о будущем. О детях, которых хотели родить. Тогда Мари чувствовала, что все в ее жизни происходит именно так, как и должно происходить.
Мари была счастлива. И для этого требовалось совсем немного. Всего-навсего ванна. И Фасолинка.
Она открыла глаза и посмотрела на голенькую Кейтлин.
– Привет, Кейтлин.
– Эта утка такая плохая, Мари, – пожаловалась Кейтлин.
– Разделайся с уткой, – посоветовала Мари. Веки ее отяжелели.
– Плохая утка, – стояла на своем Кейтлин.
– Плохая, – повторила Мари. – Очень плохая.
Должно быть, Мари задремала. Она не слышала, как вошли Эллен и ее муж-француз. Но они стояли здесь, в ванной, полностью одетые, и молча смотрели на нее. Эллен даже приоткрыла рот. Зубы у нее были великолепные; результат многолетней и дорогостоящей работы ортодонтов.
Вместе они выглядели очень стильно. Бенуа Донель был одет в темный костюм в тонкую полоску. Его синий галстук был точно такого же оттенка, что и блестящее платье Эллен. Бенуа Донель смотрел на Мари. На ее обнаженное тело. Бенуа Донель. Мари нравилось повторять про себя его имя. Бенуа Донель. Бенуа Донель. Бенуа Донель. У этого имени был чудесный вкус. Словно шоколад. Шоколад, который обмакнули в виски.
С тех пор как Мари стала работать у Эллен, ей удавалось избегать любых контактов с ее мужем. За три недели она даже ни разу не встретилась с ним взглядом. Бенуа Донель не был красавцем. Но он был довольно милым и сексуальным. И очень забавным. Казалось, он не принимает себя всерьез. Он был невысокого роста, скорее даже маленький. Мари возвышалась над ним, как башня. Светло-каштановые волосы все время лезли ему в глаза. Он написал книгу, которую Мари любила больше всего на свете, – «Вирджини на море»; о девочке-подростке, одержимой мыслью о самоубийстве, которая влюбляется в больного морского льва в зоопарке.
Свою страстную любовь к книге Бенуа Донеля, которая больше не издавалась, Мари хранила в секрете. Она нашла книгу в тюремной библиотеке и зачитала до дыр. Иногда она заставляла себя подождать день, иногда два и потом начинала сначала.
Именно поэтому она оставалась в этом доме. Когда Мари приехала в Нью-Йорк и появилась у Эллен на пороге, она понятия не имела, за кого та вышла замуж. Поэтому она лежала сейчас в ванне, выставляя свое тело напоказ для Бенуа Донеля. Мари была счастлива не из-за Кейтлин, а из-за близости к Бенуа Донелю, французскому писателю.
И сейчас она наконец-то позволила себе посмотреть на него. По-настоящему посмотреть. Она не могла оторвать от него глаз. На щеке у Бенуа Донеля темнела маленькая родинка. Его нижние зубы были неровными. Глаза у него были карие. Мари не знала этого раньше. Фотография автора на обложке была маленькая и черно-белая. Он тоже смотрел на Мари и улыбался – ситуация его явно забавляла. И тоже не мог оторвать от нее глаз. Каким-то чудом Эллен удалось выйти замуж за этого потрясающего человека, но в данную секунду он смотрел только на Мари. Жизнь в конце концов преподнесла ей подарок.