Безликая королева - Отто Диас

никто и никогда не позволял себе дерзкого слова или взгляда в ее адрес. Она была принцессой, завидной невестой Эндагона, так неудачно проданной в этот гиблый край. Иногда Наоми хотелось винить отца. Почему он не распознал тирана и отправил ее на муки? Почему не предупредил о том, как с ней будут обращаться? Не научил, как себя вести. Она одергивала себя, понимая, что отец не виноват… Что он знал о Лонгрене? Не больше, чем она. Король думает о стране, о выгодном союзе, а дети… Дети могут лишь послужить интересам родины. Наоми вдруг вспомнила, как Лонгрен едва не утопил ее в купальне. Она была неоднократно унижена мужем, но чтобы его подчиненными! «Он хотел, чтобы я была сильной… Лонгрен хотел, чтобы я умела за себя постоять. Если сейчас стерплю это, то мне точно конец. Я должна что-то сделать… Обязана».

Наоми поднялась на ноги и взглянула на своего обидчика как можно строже. Нельзя показывать хищнику страх.

– За такую наглость ты должен вспороть себе глотку. Но я буду милосердной: тебе отрежут язык.

– Что ты сказала?

Мужчина с усмешкой уставился на нее, и Наоми едва удалось подавить в себе дрожь.

– Ты? Думаешь, равный мне и имеешь право обращаться на «ты»? Я королева, а не потаскуха. Любой, кто думает иначе, лишится головы. Раз милосердие не ценится, сделаем иначе. Тебе отрежут язык, а потом вскроют глотку.

– Да пошла ты к Шааху, у меня нет королевы. – Он плюнул ей в ноги, и Наоми, охваченная ужасом, едва заметно вздрогнула. – Кто будет исполнять твои приказы? Может, попробуешь самостоятельно?

– Я приказываю казнить этого человека. Любой, кто ослушается, будет считаться предателем короны. Думаете, Лонгрен пощадит хоть одного, когда узнает, что вы сидели и смотрели на то, как какая-то пьяная свинья оскорбляет его жену?

– Да Лонгрену будет плевать, даже если я поимею тебя во все щели. Тебе ведь духу не хватит рассказать. А у него в кровати другая. Есть ли что-то, что подтвердит твой статус? – Обидчик подался вперед, чтобы встать на ноги. Испуганная Наоми, чувствуя, что загнана в ловушку, пнула его каблуком сапога в голову. Мужчина от неожиданности повалился, уткнувшись руками в костер, и тут же вскрикнул от боли.

– Эй, эй… тише…

Другие стражи начали подниматься, и Наоми, охваченная паникой, бросилась прочь в темноту, к деревьям и холмам.

– Поймайте ее! Быстрее!

Не разбирая пути, Наоми бежала в страхе быть пойманной, изнасилованной и убитой. «Как они могли предать меня? Как могли предать Лонгрена? Я же королева Ревердаса! Я все еще королева!» Слезы невольно прыснули из глаз. Цепкие ветки хлестнули по лицу и рукам так, что она зажмурилась от боли.

– Вот сука… – простонал мужчина, выбравшийся из костра и посмотревший на обожженные ладони. – Я убью ее… – только начал он, как вдруг в воздухе просвистело лезвие. Из рассеченной глотки брызнула кровь.

– Хочешь сдохнуть – пожалуйста. Но не нужно тащить за собой всех… – гневно процедил темноволосый мужчина, сжимавший в руке меч. – Поймайте королеву! И смотрите, чтобы она случайно не убилась, а то мы точно покойники! – крикнул он тем, кто бросился в темноту вслед за Наоми. Та в свою очередь, не успев убежать далеко, спряталась за одним из деревьев.

«Только бы не нашли, только бы не нашли».

– Она не могла далеко уйти! Заткнитесь все и слушайте!

Наоми зажала рот ладонью, чтобы порывистое дыхание, вырывающееся вместе с рыданиями, не выдало ее. Место оказалось удачным. Королеву не обнаружили. Прошли часы, прежде чем голоса мужчин стихли, и Наоми, утомившаяся и готовая сдаться, задремала, прислонившись к стволу. Ей снился Эндагон, будто бы она снова дома, проснулась в своей кровати, забыв про случившийся кошмар. Среди родных, в тепле и безопасности, она вновь мечтала о принце и счастливой жизни, тогда как в реальности замерзла в корнях дерева, испуганная и беззащитная.

Спокойствие нарушила хрустнувшая ветка. Наоми вздрогнула, но было поздно. Чьи-то крепкие руки схватили ее и заставили подняться. Она закричала и начала вырываться, однако хрупкое тело ничего не могло противопоставить сильной мужской хватке. Мозолистая рука зажала рот, и Наоми, испытав смесь ужаса и отвращения, слегка поубавила пыл.

– Советую прекратить орать и начать вести себя по-королевски. Может, и отношение станет лучше.

Услышав это, Наоми замолчала. Глаза вновь стали влажными, а тело затряслось. «Я позволила себя схватить. Какой позор… какое унижение». Чужое дыхание обжигало ухо.

– Я сейчас отпущу, – сказал мужчина, – только без глупостей. Никому не нужны проблемы. Мы вернемся в лагерь, оседлаем лошадей и отправимся в Архорд. Я не дурак, и мои товарищи тоже. Никто здесь не хочет умирать, мы здраво оцениваем ситуацию. Получилось неприятно, да… Виновный казнен, конфликт исчерпан. Не нужно бегать и доносить на нас королю. Мы вернем вас в целости и сохранности, хорошо?

Наоми кивнула, и мужчина осторожно разомкнул объятия. Девушка тут же вырвалась, посмотрела на него с презрением, но бежать не кинулась. Мужчина поднял руки, показывая, что безоружен.

– Идите за мной.

Преодолевая отвращение и страх, Наоми нехотя поплелась за стражем. Тело затекло, она продрогла и поежилась. Лесистая местность встречала рассвет тишиной. Наоми бросила взгляд на верхушки елей, где едва скользили слабые лучи. Вскоре они вернулись на поляну, и королева замедлила шаг. Лучше оценить обстановку. Не обманули?

– Эй, я нашел ее, возвращайтесь!

Королева окинула взглядом распластавшееся тело обидчика, что лежал с перерезанной глоткой в той же нелепой позе, в которой его оставили ночью. Кровь уже запеклась. Наоми заставила себя подойти ближе.

– Это вы его убили? – поинтересовалась она, украдкой взглянув на растрепанного темноволосого мужчину. На вид ему было за тридцать. Около глаз появились первые морщины, но из-за смугловатой кожи не так явственно проступали.

– Да, он заслужил.

– Как ваше имя?

– Яр.

– Яр… если вы поклянетесь защищать меня и дальше, я не останусь в долгу.

– Я обязан вас защищать, как и все здесь присутствующие. Но если вас это успокоит, клянусь…

С разных сторон показались силуэты уставших, едва передвигающих ноги мужчин.

– Ночка была кошмарной, – процедил Яр, – чем раньше уедем, тем быстрее вернемся и избавим друг друга от бремени своего присутствия.

Мужчина подвел к Наоми ее лошадь, пока та украдкой осматривала остывший труп.

– Где его меч?

Яр показал на свой пояс, куда оружие крепилось теперь с двух сторон.

– Отдайте его мне.

– Зачем?

Наоми бросила на мужчину недовольный взгляд.

– Так спокойнее.

– А ваше величество умеет обращаться с мечом?

Яр открепил ножны с оружием и протянул Наоми. Та взяла, не колеблясь, и тут же