Ночь ворона, рассвет голубя - Рати Мехротра

– Тогда ты сделала единственное, что могла, – сказал Уттам. – Наш отец понял бы. Он сказал какие-нибудь последние слова?

– Он велел мне сдержать свое обещание, – сказала она.

Лицо Уттама смягчилось, и он взглянул на Дакша.

– Что-нибудь еще?

Она поколебалась и сделала шаг вперед.

– Когда он умер, у меня было видение. Я видела, как они с даян исчезли, и на их месте появились стоящие рука об руку мужчина и две женщины, одетые в голубые робы гурукулы. Они стояли ко мне спиной, поэтому я не видела их лиц.

Дакш выдохнул:

– Ты мне этого не говорила.

– Я не знаю, было ли все это на самом деле, – сказала она.

К тому же Дакш тогда был слишком зол и слишком сильно скорбел, и у нее не было возможности поговорить с ним об этом. Возможно, он даже мог решить, что это ложь в утешение. И только теперь, в присутствии его брата, она могла рассказать все как есть.

– Возможно, мне это привиделось. Но теперь они нашли покой – все трое.

Глаза Уттама загорелись.

– Это нужно отпраздновать.

– Прости, брат, но я не собираюсь праздновать то, что стал сиротой, – сказал Дакш ломким голосом.

Его боль пронзила ее до глубины души. Уттам потянулся вперед и сжал его плечо.

– Смерть – это конечная истина тела. Ты думаешь, мы будем жить вечно?

– Он был силой добра в этом мире, – пробормотал Дакш, опуская глаза. – А теперь он ушел.

– Тогда нужно убедиться, что мы достойны называться его потомками, – сказал Уттам с теплотой в голосе. – Но давайте поговорим о более насущных вещах.

– Сколько еще вам нужно оставаться в уединении? – спросила Катьяни.

– Я не знаю, – сказал Уттам. – Некоторые ритуалы просты. Я только что завершил один из них, чтобы все оружие в гурукуле теперь было верно мне. Но другие займут больше времени. Например, отношения с деревьями и духами природы были непростыми даже в лучшие времена. Прямо сейчас в лесу царит хаос. Многие духи ранены или спрятались. Потребуется время, чтобы вернуть их доверие и заставить нас выслушать.

Атрейи наклонила к нему напряженное лицо.

– Стрела, которой был сожжен лес, принадлежала Бхайраву.

Уттам тяжело вздохнул:

– Я подозревал, что она принадлежит одному из наших учеников. Я надеялся, что ошибаюсь.

– Что нам с этим делать? – спросил Дакш.

– Ты уже решил, что тебе следует делать, – тихо сказал Уттам. – Зачем спрашивать меня?

– Мы не будем действовать без твоего разрешения, – запротестовал Дакш. – Но мы должны что-то сделать, иначе нам не удастся сделать задуманного.

– Что ты предлагаешь? – спросил Уттам.

Дакш посмотрел на Катьяни. Он хотел, чтобы она заговорила. Это было справедливо, ведь это она была автором всей этой идеи. Она прочистила горло.

– Я подумала, что мы должны попросить яту помочь нам атаковать крепость Аджайгарх. Не для того, чтобы кого-то убить, а для того, чтобы взять Бхайрава в плен. Дадим всем понять, что Нандована находится под защитой, а его самого заставим вернуть землю, которая когда-то принадлежала яту.

– И больше ты ничего не хочешь от короля Чанделы? – спросил Уттам.

Следовало отдать ему должное, он был проницателен.

– Он не король, по крайней мере, не в моих глазах. Я хочу расспросить его об убийстве королевской семьи. Я нашла двух мужчин, которые были причастны к покушениям и к нападению яту, но они оба умерли прежде, чем я смогла закончить допрос. Полагаю, они работали на него.

Она вкратце рассказала Уттаму о том, что произошло в крепости до появления Дакша.

Уттам окинул Дакша оценивающим взглядом.

– Так вот куда ты пошел. Я так и предполагал.

Катьяни изумленно уставилась на Дакша. Он ничего не сказал своему брату? Он покинул гурукулу, никого не предупредив? Неудивительно, что все испытали такое облегчение при его возвращении.

Дакш опустил голову:

– Прости, если я тебя побеспокоил. Я боялся, что ты скажешь «нет».

– Слишком многое на меня навалилось, – сказал Уттам. – Смерть отца, пожар в лесу, твое исчезновение. Прошу, будь со мной честен. Я хочу знать, где ты находишься.

– Да, брат, – сказал Дакш с раскаянием в голосе.

– Что касается вашего плана атаковать крепость, то я вижу ряд проблем, – сказал Уттам.

– Мы уже продумали маршрут, – сказала Катьяни, стремясь внести свой вклад и отвести внимание от Дакша. Он отправился в Аджайгарх ради нее. Она не хотела, чтобы его за это отчитывали.

– Обереги сломаны, и мы можем взобраться на стены. Чтобы одолеть стражу, хватит и двадцати яту.

– Айрия Уттам говорит об этических проблемах, – пробормотал Варун.

Уттам слегка улыбнулся:

– Да. Мой отец никогда не стал бы действовать такими методами.

– Это потому, что он и в одиночку мог захватить крепость, – указала Катьяни. – У нас нет такой силы, как у него.

– Верно, но он бы позаботился о том, чтобы наказан был только преступник, – сказал Уттам. – Он не позволил бы причинить вред кому-либо еще.

– Тогда мы должны сделать то же самое, – сказал Дакш.

Катьяни бросила на него благодарный взгляд.

– Как? – спросил Уттам. – Вы планируете использовать яту. Думаю, не нужно напоминать вам, что их легко вывести из себя и что они затаили обиду на Чанделов. Нам потребовались годы, чтобы убедить их есть мясо животных вместо человеческого. Они вам неподвластны, а люди не могут использовать оружие, которое не контролируют.

– Шамшер смог, – сказала Катьяни. – Он использовал их ненависть к Чанделе ради убийства. Но мы используем их желание вернуть свою родину и будем контролировать их поведение. И простите меня, Айрия Уттам, но яту – это не оружие. Это люди, пусть и чудовищного вида.

– Я с тобой согласен, – сказал Уттам. – Они люди, и если они участвуют в вашем походе, значит, вы несете ответственность за их безопасность и за их поведение.

– Ты даешь нам свое разрешение? – спросил Дакш, округлив глаза.

– Если я этого не сделаю, то, подозреваю, вы продолжите свое дело без яту, – сухо сказал Уттам. – А я бы предпочел не терять своего брата так скоро после потери отца.

Дакш покраснел. Взгляд Уттама переместился на Катьяни.

– Как вы собираетесь защищать свои силы?

– Яту трудно ранить и гораздо труднее убить, – сказала Катьяни. – Мы нанесем удар ночью, захватим Аджайгарх врасплох.

– Если Бхайрав поджег Нандовану, значит, он тебя ждет, – сказал Уттам. – Возможно, это своего рода приглашение. Будь осторожна, не попадись в ловушку.

– Что ты посоветуешь? – спросила Атрейи.

– Атакуйте в ночь новолуния, через шесть дней, – сказал Уттам.

Дрожь возбуждения пробежала по телу Катьяни.

– Под покровом темноты?

– Самый сильный голод яту испытывают в полнолуние, – сказал Дакш. – А в новолуние