Голод. Одержимые - Любовь Попова

— Я беременна, любимый! — кричу сквозь слезы радости, но вместо ожидаемой улыбки на жестком, красивом лице вижу презрение и гнев. — А причем здесь я? - чеканит он слова, меня отталкивает. Не сильно, но до кома в горле обидно. — Не говори ерунды, мы столько занимались сексом, не мудрено… — Я стерилен, Василиса! Я не могу иметь детей!