Божественные женщины. Елена Прекрасная, Анна Павлова, Фаина Раневская, Коко Шанель, Софи Лорен, Катрин Денев и другие - Серафима Чеботарь

Весной 1958 года Джон и Жаклин были приглашены на яхту «Кристина», принадлежавшую греческому миллионеру Аристотелю Онассису. Джона Онассис практически не заметил; а вот его жена запала впечатлительному греку в душу. «В этой леди есть что-то вызывающее», – сказал он одному из своих друзей. Однако после первой встречи пути Жаклин и Онассиса надолго разошлись…

В президентской кампании Джона Жаклин практически не участвовала. Мало кто верил, что Кеннеди удастся пройти в Белый дом: он были слишком молод, слишком легкомыслен и к тому же католик; по негласной традиции президентом США мог стать только протестант. Его противником был республиканец Ричард Никсон – сильно проигрывавший Джеку в обаянии, но гораздо талантливее как политик. Однако Джон выиграл выборы – с перевесом примерно в один голос на каждом избирательном участке страны. Он стал самым молодым президентом в истории США и единственным президентом-католиком.

Через две недели после победы на выборах, 25 ноября 1960 года, Жаклин родила сына, которого назвали Джон Ф. Кеннеди-младший.

Жаклин и раньше страдала от излишнего внимания журналистов, но теперь она почувствовала себя просто выставленной на всеобщее обозрение. Все в ней подвергалось тщательному обсуждению прессы, и Жаклин почувствовала необходимость в личном стилисте. Кеннеди заявили ей, что Первая леди должна проявлять патриотизм и не пользоваться услугами иностранцев; и Жаклин выбрала себе в помощь голливудского дизайнера Олега Кассини. Можно сказать, что Кассини был давно связан с Кеннеди: в 1946 году Джо отбил у Олега кинозвезду Джин Тирни. Впервые Кассини предложил свои услуги Жаклин еще в бытность ее женой сенатора, но тогда она вернула его эскизы как «слишком цыганские». Теперь Олег стал умнее. Он прекрасно помнил слова Жаклин: «Я не хочу, чтобы администрации Джека мешали истории из мира моды сенсационного характера; не хочу быть и Марией Антуанеттой 60-х годов». Он приехал к Жаклин прямо в больницу, чтобы обсудить ее наряд к инаугурации. Церемония должна была проходить 20 января 1961 года, и все дамы ожидались в мехах. В противовес им для Жаклин придумали гениально простой наряд: элегантное бежевое пальто и шляпка-таблетка от Хэлстона. Так родился ее стиль: изысканность, рафинированная элегантность и непохожесть на других. Жаклин посылала Кассини придуманные ею эскизы и тщательно следила за тем, чтобы ее наряды не шли в тираж: «Позаботьтесь о том, чтобы никто не носил такой одежды, как я. Никому не следует заранее говорить о моих нарядах».

Вся Америка стала стремиться выглядеть, как она. Пастельные пальто А-силуэта, платья-футляры и платья-бюстье, брюки-капри и короткие жакеты, шляпы-таблетки и очки в толстой оправе – все это было навеки освящено именем Джекки Кеннеди. В то время, когда все женщины стремились, по примеру голливудских секс-богинь, быть белокурыми и пышногрудыми, Жаклин с гордостью продемонстрировала свою плоскую фигуру и короткие темные кудри. В 1960 году Жаклин назвали самой модной женщиной года, и с тех пор она навсегда стала образцом для подражания. В домах мод по всему миру манекенщицы стали перекрашиваться в черный цвет и делать прическу «а-ля Джекки», а она только удивлялась: «Какое отношение к моему мужу имеет стиль моей прически?»

Надо честно признать, что Жаклин не стремилась к роли жены Президента США и не была к ней готова. Она хотела заниматься только детьми и мужем, а ей приходилось посещать светские рауты и политические приемы. Ее привела в ужас мысль о переезде в Белый дом – он напоминал ей «подвалы Лубянки, обставленные мебелью с распродаж». Чтобы успокоить жену, Джек разрешил ей «перекрасить этот сарай» – и Жаклин с энтузиазмом занялась ремонтом Белого дома. Она полностью сменила все интерьеры, наполнив здание подлинным антиквариатом; с расходами Жаклин не считалась. Драпировки в ее спальне стоили 50 долларов за метр, шторы в комнате для приемов – 12 500 долларов, шелковые шторы из Франции – 25 тысяч, пара канделябров – 5 тысяч. За одну неделю Жаклин потратила весь годовой бюджет на ремонт Белого дома, но останавливаться не собиралась. Она убедила в необходимости реставрации не только Конгресс, но и многих частных лиц, которые стали жертвовать президентской резиденции ковры, посуду и картины. Из подарков, которым не хватило места в комнатах, был организован Национальный музей современного искусства. Всего за год Жаклин удалось превратить Белый дом в здание, достойное его великой истории, наполненное ценностями на 10 миллионов долларов, что она с гордостью и продемонстрировала всей стране в телевизионной экскурсии. После нее все американские хозяйки застелили столы в столовых цветными скатертями, как это сделала Джекки в Белом доме, и поставили в кухнях бамбуковые стулья, как у нее. По ее примеру жители США стали интересоваться историей и культурой, гораздо чаще посещать выставки и театры, больше читать и слушать классическую музыку. Когда стало известно, что Жаклин познакомилась с Джоном, будучи фоторепортером, число женщин, увлекающихся фотографией, увеличилось в США в четыре раза!

Они стали настоящим символом новой Америки. Красивые, обаятельные, уверенные в себе президент и его супруга воплощали все мечты нации. Однако в их семье любви становилось все меньше и меньше. Жаклин по-прежнему занималась детьми и скупала километры парижских туалетов – большинство из них она так и не наденет. На наряды она тратила больше, чем получал ее муж в качестве президента. Четыре дня в неделю она обязательно проводила с детьми в загородном доме. За это Джекки обвиняли в пренебрежении ее обязанностями, но она говорила, что семья для нее важнее: «Стоит только начать заниматься политикой, и она захлестнет меня с головой. А тогда я не смогу уделять детям и мужу достаточно внимания». Джон был только рад: пока жены не было дома, он мог спокойно развлекаться. Жаклин была равнодушна к тому, что Джон изменял ей направо и налево; самым громким из его романов был с голливудской «звездой» Мэрилин Монро, с которой он познакомился еще в 1954 году. Одному из журналистов, проводя его по Белому дому, Жаклин заметила: «А вон там – две любовницы моего мужа». Обнаружив в своей постели чужое белье, она попросила вернуть его владелице: «Это не мой размер». И все же Джон был очень привязан к жене. При виде Жаклин у него загорались глаза. Когда президента попросили одним словом охарактеризовать свою жену, он не задумываясь выдохнул: «Фея!» Он безмерно гордился ее популярностью, ее вкусом, ее образованностью. Во время триумфального визита Кеннеди в Париж в 1962 году Шарль де Голль сказал: «Единственное, что я бы привез из США, – это миссис Кеннеди. Она слишком большая драгоценность даже для президента США», и Джон заметил: «Позвольте представиться. Я тот мужчина, что сопровождает Жаклин Кеннеди в Париже, и мне это очень нравится».