После недолгих раздумий Кира решила спросить, куда делся шеф, у Натальи Михайловны. Сказано — сделано.
Секретарь Трубачёвых встретила Киру как всегда неприветливо.
— Кирилла Александровича нет, — ехидно сообщила она.
— Когда будет?
— Он в длительной командировке. Когда вернется, мне не докладывал. Но не раньше осени, — не без удовольствия ответила та.
— То есть как не раньше осени?
— Синичкина, иди уже восвояси. Не звали тебя. Работать мешаешь.
Кира смерила мегеру долгим взглядом. Постояла минутку и неожиданно выпалила:
— А Александр Демьянович на месте?
— Зачем он тебе? — удивилась Наталья Михайловна. — Тебя точно не примет.
— Я не спрашивала, примет ли он меня. Я спрашивала, на месте ли он!
Та ее ответом не удостоила. Лишь отвернулась к монитору и сделала вид, что Кира растворилась в воздухе.
— Да что с тобой говорить, как будто не женщина, — Кира махнула рукой и поспешила в сторону кабинета генерального.
— Стой, Александр Демьянович сейчас очень занят!
Кира проигнорировала возмущенный тон и прибавила шагу.
Она всегда побаивалась отца Кирилла. Было за что. При каждой встрече он смотрел на нее так, словно она была какой-нибудь букашкой. Причем не просто букашкой, а тараканом или клопом. В общем, чем-то мелким и крайне неприятным. Эта неприязнь была взаимной.
Кира зашла внутрь и огляделась.
Александр Демьянович действительно был занят… поеданием булочки с кремом. Кабинет его был огромен. Он сидел в большом кожаном кресле за столом т-образной формы. При желании за таким столом можно было вместить человек двадцать, не меньше. На взгляд Киры обитель генерального была чересчур мрачной. Впрочем, мрачным был не только кабинет, но и его хозяин.
При виде нее Трубачёв поперхнулся.
— Барышня, вас стучать не учили? — проговорил он, откашлявшись.
Кира вспомнила о приличиях.
— Извините, не хотела вас беспокоить, — с этими словами она подошла к столу. — Но Наталья Михайловна не хотела меня впускать. А мне очень нужна ваша помощь!
— И какая же помощь могла тебе понадобиться? — удивился Александр Демьянович. Сесть ей он не предложил.
— Дело в том, что я не могу связаться с Кириллом, а мне очень нужно с ним поговорить, — начала Кира.
Трубачёв остановил ее речь рукой.
— Девочка, — сказал он снисходительным тоном. — Если ты не можешь связаться с моим сыном, значит, он не хочет, чтобы ты с ним связывалась. Я понятно выражаюсь?
— Но мне очень нужно с ним поговорить, — продолжала настаивать она. — Не могли бы вы попросить его…
— Что же такого важного ты хочешь ему сообщить? — перебил он ее.
Кира запнулась, думая, стоит ли выдавать информацию. Потом решилась:
— Я беременна, и я думаю, ему нужно об этом знать.
Александр Демьянович хмыкнул.
— Милая барышня, а каким же образом твоя беременность связана с моим сыном? Позволь полюбопытствовать.
Кира растерялась и по-своему поняла слова Трубачёва-старшего.
— Вы сомневаетесь, беременна ли я? В таком случае я могу принести вам справку!
— О нет. В то, что ты беременна, я как раз готов поверить. Иначе прийти сюда не решилась бы. А вот в том, что Кирилл имеет какое-то отношение к ребенку, я сильно сомневаюсь. Точнее, я точно знаю, что ты мне врешь! Не он отец!
Кира опешила окончательно. Не знала, что еще может сказать или сделать, чтобы убедить этого упрямца ей помочь.
— Ну, что глазами лупаешь? Думаешь, я не знаю, сколько Кирилл на тебя потратил? — тон Трубачёва резко повысился. — Я его счета отлеживаю. Одни твои дизайнерские курсы обошлись ему в полмиллиона! Уж молчу о том, сколько он спустил на тебя после.
Услышав последнее, Кира покраснела до корней волос, но Александр Демьянович и не думал останавливаться:
— Поимела ты с моего сынка достаточно. Больше не позволю! Денег мне не жалко, но противно, что ты могла даже подумать, что мой сын будет содержать твоего ублюдка. Мой тебе совет, девочка, делай аборт! А про моего сына забудь. Если посмеешь хоть кому-нибудь ляпнуть, что беременна от Кирилла, то в Краснодаре даже в «Макдоналдсе» работы не найдешь! Понятно?
Всё внутри Киры сжалось от обиды и унижения. Она неосознанно прикрыла ладошками живот и горько сглотнула:
— Понятно... — с этими словами и выскочила из кабинета.
Больше с Александром Демьяновичем она не общалась.
