День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Исмаил бин-Зубейд не видел, как уносили тела, как расходилась напряженно гудевшая толпа — никто не осмеливался почему-то говорить в полный голос. Командир Первой бригады специального назначения не стал задерживаться на площади дольше, чем было нужно — его уже ждали.

Они собрались на окраине Эр-Рияда, на чьей-то квартире, в тихом спокойном районе. Когда появился генерал, все остальные уже были на месте. Десяток офицеров из его бригады, те, с кем Исмаил бин-Зубейд нес службу плечо к плечу много лет, кого знал, как самого себя — и кому мог доверять больше, чем себе.

— Король расплатился с неверными кровью своих самых преданных слуг, — произнес генерал, обведя взглядом своих братьев, товарищей по оружию, тех, кого он выбрал из многих сотен, в ком был уверен. — Те, кто хотел блага для нашей страны, закончились свой путь на плахе. Ахмед Аль-Шаури искренне верил, что спасает королевство от войны с Америкой, и именно для того, чтобы сохранить мир, он, обманутый хитрыми интриганами, повернул оружие против того, кому присягал на верность. Его обманом заставили совершить предательство, а потом назвали преступником, опозорив его имя на всю страну. И это лишь начало. Неверные, сами и создавшие заговор, явились вовремя, как будто бы спасая нашего короля — еще бы, они точно знали, что и когда должно произойти, и ждали в полной готовности! И теперь они хотят хозяйничать на нашей земле, а король Абдалла им верно служит, возвращая долг, оплачивая его кровью своих братьев! Этого не должно быть!

Слова рвались из груди, а в ней клокотала ярость. Перед глазами генерала еще стояла жуткая картина — оседающее на выщербленные доски эшафота обезглавленное тело того, кому он до сих пор остался должен самое ценное, свою жизнь. Никто не смел прерывать бин-Зубейда, слушавшие его, кажется, даже старались не дышать.

— Я собрал вас, тех, кому верю, как себе, на кого могу полагаться в любом деле даже больше, чем на себя, чтобы сказать — я желаю отомстить королю, который так легко отправляет на смерть своих слуг, предаваясь неверным, явившимся из-за океана. и с вами, или без вас, но я сделаю это!

— Мы с тобой, господин, — произнесли разом несколько офицеров. — Ты верил нам прежде, можешь верить и сейчас!

— Неверные пришли сюда, чтобы получить нашу нефть, то, что приносит богатство нам и будет приносить нашим детям и детям наших детей — если американцы и их прихвостни не выкачают из наших недр черное золото все до капли. Пока у них есть наша нефть — король Абдалла будет их другом и союзником. Но если поток нефти иссякнет… Я заставлю короля понять, почувствовать, что значит, быть преданным тем, кому ты веришь. Мы — элита королевской армии, и нам по силам сделать то, что я хочу. Мы уничтожим нефтяные промыслы, лишим неверных нашего сокровища, и рассорим их с королем. И тогда он поймет, кто настоящий его друг!

— Если сделать то, что ты предлагаешь, господин, американцы явятся сюда в полной силе, и в королевстве начнется война, — покачал головой с явным сомнением один из офицеров — командир батальона «коммандос». — А неверные могут нас победить!

— Войны не будет! Американцам нужна наша нефть, а если они будут бомбить все подряд, то промыслы окажутся уничтожены окончательно, ни о какой добыче не будет и речи тогда — так получилось в Ираке, так будет и здесь. Они не смогут разгуляться в полную силу. Да и вообще вторжения не будет — если они ступят на нашу землю, если приблизятся хотя бы к святыням Медины и Мекки, все правоверные поднимутся против американцев по всему миру, начнется джихад, которого так боятся в самой Америке. Нет, войны не будет — эти неверные не дураки рисковать всем. Но наказать короля они попытаются, а мы будем готовы к этому, и, позволив ему вдоволь натерпеться страха, вмешаемся, вышвырнув американских собак прочь из королевства!

Ахмед Аль-Шаури продумал все до мелочей — у приговоренного к казни смертника было достаточно времени для этого. И пусть его тело скоро уложат в могилу, Исмаил бин-Зубейд выполнит посмертную волю своего брата, и план, рожденный в тиши одиночной камеры, воплотится в реальность. Но прежде следует решить несколько проблем.

— Для предстоящей акции нам потребуется много людей, не десять и не двадцать, — сообщил бин-Зубейд. — Нужны и опытные бойцы, и «пушечное мясо», возможно, даже смертники — иначе оборону нефтяных месторождений не прорвать. Пока этот план известен только вам, тем, кому я доверяю. Я прошу каждого из вас подобрать по несколько человек, три-четыре, не больше, из тех, что лично преданы вам самим. Если хоть несколько слов из сказанного достигнут ушей контрразведки, палач придет уже за нами. Но люди нам нужны — ударить нужно одновременно всюду, чтобы король и его неверные покровители испытали настоящий ужас! Ступайте, и помните — мы делаем то, что угодно Аллаху!

Офицеры расходились по одному, возвращаясь к месту службы разными путями, чтобы никто и ничего не смог сейчас заподозрить. Исмаил бин-Зубейд был намерен покинуть место встречи последним. Но прежде, чем он переступил через порог, к нему подошел юный лейтенант Ибрагим Аль-Джуни, один из тех, кого генерал считал самыми многообещающими своими людьми, оказывая им заметное покровительство.

— Господин, прошу простить меня, — молодой офицер говорил неуверенно, словно в чем-то сомневаясь. — Наших сил может не хватить для того, что вы задумали. Но я знаю, кто может помочь нам. Король Абдалла предал не только вашего друга, но и многих за пределами королевства. И есть те, кто готов на все, чтобы отомстить нечестивому правителю. Такие же мусульмане, как мы, они помогут, если будут знать, что мы делаем общее дело.

Что-то шевельнулось в сознании бин-Зубейда. Не надо гадать слишком долго, что понять, кого своей сделкой с американцами предал их король. И потому генерал спросил, почти наверняка зная ответ:

— Иран?

— Они наши братья, правоверные, а ссорят нас политики в угоды неверным собакам! Но нам нечего делить на самом деле!

Новость о том, что один из самых перспективных молоды офицеров его подразделения связан с иностранной разведкой — а с кем же еще! — фактически с врагами государства, была не из числа приятных. И все же это шанс сделать грязную работу чужими руками — отомстить королю и уцелеть, ведь на месте преступления найдут иранцев, а не саудовских солдат из элитной бригады.

О том, что спецслужбы соседней страны ведут работу среди военных, Исмаил бин-Зубейд знал и раньше, он хорошо помнил историю, в том числе и случаи, когда контрразведка раскрывала целые заговоры, ниточка от которых неизменно тянулась через вод Персидского залива на восток. Просто осознавать, что один из тех, кого обычно называют предателями, был с тобой рядом столь долго время, и ты сам благоволил ему, это… неприятно, наверное. Но терпимо, особенно сейчас.