Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Подошедший к нему Ильхар положил парню ладонь на плечо и негромко сказал:

— Ты хорошо дрался, парень, просто враг оказался сильнее. Будет тебе уроком — всегда есть гора покруче и облако повыше! Но сейчас отбрось все мысли из головы и наблюдай, как будет драться твой учитель. Наблюдай и запоминай, парень!

— А он точно победит? — осторожно поинтересовался Петя, заставив меня поморщиться. Я ж всё слышу, мелкий поганец! — Нет, он сильный маг, но вот так, с ограничениями…

— Видимо, ты недостаточно хорошо знаешь своего наставника, — хмыкнула стоящая рядом со своим мужчиной Феркия. — Смотри внимательно, дитя — сейчас ты увидишь бой единственного человека, сумевшего одолеть моего Ильхара в битве на мечах!

Удивление на лице парня меня даже немного задело, если честно… Так-то ты веришь в наставника, паршивец⁈ Ладно, сейчас исправим…

— Учитывая, что вы Глава Рода и герой штурма Магадана, я постараюсь быть помягче со столь значимой персоной, — с абсолютно серьёзным лицом обратился ко мне мой оппонент. — Советую признать поражение как только поймете, что не справляетесь — меньше позору будет…

— Начинайте! — прервал словоохотливого дурака мой дядя.

Сабля, выхваченная из ножен, стремительным соколом рванула вперед, метя мне в плечо. Быстро, резко, сильно и зло — а мой оппонент, оказывается, не показывал своей настоящей скорости в схватке с Петей! Это было бы опасно… Будь на моем месте кто-то другой, а не проживший три века сражаясь Великий Маг.

Сталь звякнула о сталь, и в следующий миг пришлось уворачиваться уже моему противнику. Колющий выпад в плечо, шаг в сторону, принять размашистый удар саблей, приподнять правую ногу, пропуская подсечку от пацана, обмен ударами — сталь сталкивалась со сталью, разбрасывая искры, а мы кружили в схватке, выжидая удобный момент для атаки, которая должна была закончить схватку.

Он был хорош. Не как Ильхар или я, да и в целом я в этом мире скрещивал клинки с нолдийцами, что бились в ближней схватке искусней — но для своего возраста и куцего опыта реальных, не учебных схваток он был весьма неплох. У него определенно был талант бойца — вот только до меня ему было очень, очень далеко. Нет, дай пареньку век-другой — и всё возможно, но и то сомнительно… Не так уж много магов связывают своё магическое искусство с даром к ближнему бою — я не то, что бы уником, но в этом плане довольно редкий типаж. Большинство чародеев полагают, что раз магия позволяет решить исход схватки на расстоянии, то нечего и городить огород, сильно привязывая своё мастерство в боевой магии к фехтованию и прочим глупостям. И не сказать, что я их не понимаю — с одной стороны, мой подход давал определенные преимущества, но с другой стороны выработать под него подходящий стиль боя и отточить до совершенства было слишком тяжело… На десяток чародеев высших рангов лишь трое могли похвастать способностью дать хороший бой грудь в грудь.

Но вернемся к нашей схватке. На пятнадцатой секунде, полностью изучив своего оппонента, я начал взвинчивать темп схватки. Поддетая ногой грязь полетела парню в лицо не возымела эффекта — к подобным уловкам он был готов, и просто отклонил голову. К чему он был не готов — это к тому, что когда наши клинки столкнуться, я чуть ослаблю хватку, позволяя сабле продавить протестующе заскрежетавший Меч Простолюдина, и, чуть оттянувшись, залеплю знатную оплеуху не ожидавшему подобного Нарышкину. Он попробовал заблокировать это рукой — и ему даже удалось. Вот только я на то и рассчитывал — и уже моя подсечка заставила парня плюхнуться на задницу.

— Споткнулся, малохольный? — участливо поинтересовался я.

Я мог бы воспользоваться достигнутым успехом. Просто добил бы, не давая подняться — как бы он не вертелся ужом, как бы не дергался и не боролся, всё закончилось бы за три-четыре удара, максимум за семь. Но я не стал, нарочито позволив парню подняться под смешки наблюдающих за происходящим. Парень, покраснев от унижения, медленно встал на ноги и зло сплюнул, готовясь ко второму раунду.

Надо признать, Нарышкин оказался не так горяч и глуп, как можно было бы ожидать. Он не кинулся очертя голову в атаку, стремясь поквитаться за унижение, не стал произносить громких речей — просто встал в защитной позиции, полностью отдавая инициативу в мои руки. Подождав несколько секунд и убедившись, что он не собирается бить первым, я начал сам.

Клинок Простолюдина поймал луч яркого солнца, отправляя его в глаза напряженного боярина, заставляя его на краткий миг прищуриться — и мое оружие рухнуло в страшном рубящем ударе. Полуторник был длиннее и тяжелее — Меч Простолюдина весил килограмм девять, будучи выкован из различных дорогостоящих магических металлов, образующих уникальный сплав. При моей силе и скорости удара, а я впервые за схватку ударил по настоящему, в полную мощь и без оглядки, тяжесть атаки заставила саблю в руке Нарышкина чуть дрогнуть.

А затем ещё и ещё, раз за разом. Верхний цветок, мельница, ласточкин хвост, воронье крыло — сложные элементы искусства фехтования, приемы, на оттачивание которых у многих уходили годы упорных тренировок, я выполнял легко и непринужденно, словно бы разминаясь. И исходящий потом боярин с трудом отражал эти атаки — причем зачастую его сабля откровенно не успевала за полуторником, и я нарочно придерживал удар…

И он это понял, судя по яростному блеску в глазах. Что ж, мельком брошенный взгляд на его родичей и союзников дал мне понять — я их распалил недостаточно. Пора бы ещё разок пощекотать им нервы…

Очередной удар, лишь чудом отбитый Нарышкиным, заставил того чуть дрогнуть, открывая брешь в его с трудом удерживаемой защите… А, нет — пацан, понявший, что победы ему не видать, нарочно открылся, решив зацепить меня напоследок, хоть и ценой поражения. И я его даже понимаю — проигрывать в сухую ему, привыкшему гордиться своим талантом бойца, вовсе не хотелось. Особенно учитывая четыре года разницы меж нами…

Вот только вместо очевидного и предсказуемого колющего выпада я крутанулся вокруг своей оси на триста шестьдесят градусов, пропуская взвившуюся в контратаке саблю, что ударила туда, где я, по идее, должен был бы находиться… Вот только меня там не было — я оказался за его спиной, и Меч Простолюдина отвесил звучный