Наказаны любовью - Наталья Гилева

— Папа, ты действительно так думаешь, — Виктория услышала только последние слова отца. — Ты не против того, чтобы я встречаюсь с Даниэлем?

Робертом сел на диван, откинулся на спинку.

— Встречайся, все равно ты не слушаешь меня. Но раз уж ты столько времени проводишь с ним, пусть уж лучше на виду, чем постоянно у них дома. Хоть ты и взрослая, но это до добра не доведет, — Роберто нужно было, чтобы Кристина чаще оставалась одна.

— Папа, — отец просто удивлял ее. — Спасибо, — она сбежала вниз по лестнице.

— И как там у них дела? — как можно небрежнее спросил Роберто.

— Все хорошо. Сегодня отец Даниэля приехал.

Роберто встал на ноги. Вернулся ее муж. Опять преграда на его пути. Но это добавит остроты его плану. Одна только мысль, что Кристина с другим мужчиной, холодила его сердце, причиняя боль, не мог принять то, что она могла быть с другим.

— Значит муж вернулся, — очень тихо повторил Роб. — Ты уже успела с ним познакомиться?

— Сеньор Рафаэль хороший человек, мне понравился, но он правда намного старше Кристины.

Рамона побледнела.

— Кого? Что ты сказала?

— Муж Кристины намного старше ее. Кристина — это мама Даниэля.

Роберто с интересом наблюдал за матерью. Она все поняла.

— Папа, если я завтра позову Даниэля к нам, меня об этом попросила бабушка, она хочет с ним познакомиться.

— Дорогая, если бабушка просит, как ты можешь ей отказать, — Роб внимательно смотрел за матерью. Она сразу поняла, кто такая Кристина. Только вот легко с этим справляется, так кого же она тогда похоронила?

— Виктория, может в другой раз, — Рамона присела на диван.

— Ну что ты, мама, Виктория уже настроилась. Иди, дочка, отдыхай, завтра познакомишь бабушку со своим новым другом. Пусть придет в этот дом.

Роб наблюдал, как Рамона тяжело дышит, как Виктория с улыбкой на лице побежала наверх.

— Ты знал?

— Знал что?

— Что она? Что она…

— Что она? Так что? Скажи, — Роберто внимательно смотрел на мать. — Его мать не зашла в этот дом, так пусть ее сын переступит порог этого дома.

— Так она жива, — Рамона наконец-то смогла проговорить это вслух. — Ты знал все это время?

— Жива. И мне вот интересно — кого ты все-таки похоронила?

Рамона не могла ответить. Она не верила в то, что слышала, но понимала, что это правда, вот почему ее сын изменился. Только одна женщина могла влиять на него. И эта женщина Кристина.

— Я там, там было тело и не одно, ты же знаешь, — Рамона села на диван, ей стало плохо. — Я видела своими глазами.

— Живее всех живых. У нее семья, дети. У нее все хорошо. И, видишь ли, какая ирония — моя дочь увлеклась ее сыном, — Роберто встал с дивана и подошел к матери. — И я еще раз спрашиваю тебя — что за игру ты со мной ведешь, мама? Может твои глаза тебя подвели? Или вы с ней обо всем договорились?

Рамона качала головой.

— Нет, не может этого быть.

— Может, и завтра в твоем доме будет живое доказательство того, что она жива.

Роберто отступил от матери. Как же он ее ненавидел в этот момент, за ее вмешательство, за то, что она сломала его жизнь.

— И знаешь, — он уже поднимался по лестнице, — теперь и я жив, — только почему-то каждый шаг давался с трудом. Да, он чувствовал огромное желание во всем разобраться, которое наполняло его надеждой. Надежда, казалось, он вообще забыл, что это такое.

Рамоне не хватало воздуха. Она качала головой, не веря услышанному. Палома с бокалом и бутылкой шампанского вышла из тени, покачиваясь.

— А кто жив, — заплетающимся языком проговорила она.

Рамона даже не обратила на нее внимание. Что теперь могла сделать Палома, которая за все эти 25 лет не смогла приблизиться к Роберто, подобрать к нему ниточку, сейчас же просто не было никаких вариантов. Она встала и ушла к себе в комнату. А Паломе было все равно, что она осталась одна. Она все годы была одна, хоть и жила в семье. Когда умер отец, она совсем замкнулась в себе. Палома налила себе еще бокал и выпила за свою горькую жизнь. Радости впереди не было. Как ни просвета, ни надежды на что-то лучшее и хорошее. Мужу она была не нужна. Дочь потеряла давно. Так кто же в этом виноват? Роберто? Нет. Она сама разрушила свою жизнь, поверив когда-то в возможность любить.

Кристина встала рано, Рафаэль уже сидел внизу. Поздоровавшись, каждый стал заниматься своими делами, как всегда, как все эти годы. Они не разговаривали, полностью погрузившись в свои мысли. Даниэль поцеловал Кристину в щеку.

— Ты очень рано встал, сынок, — она с нежностью поправила его волосы.

— Сегодня много работы, сеньор Алехандро требует моего постоянного присутствия. Папа, как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, сегодня лучше. Собираюсь вместе с Сабриной поехать в больницу, — сказал Рафаэль и закашлялся.

— Папа, что я слышу. Какая новость, — Сабрина вбежала на кухню. — Я очень рада, что ты пойдешь со мной, — она поцеловала родителей.

Кристина покачала головой.

— Сабрина, ты пожалуйста присмотри за отцом, — попросила Кристина. — Не нравится мне его вид. Слишком бледен.

— Конечно, мама, даже не переживай, все будет хорошо. А по дороге я расскажу папе о некоторых деталях.

— Сабрина, девочка, — Кристина обняла дочь и на ухо прошептала. — Не рассказывай ему. Он слишком близко все принимает к сердцу, — и уже вслух произнесла. — Не могу на тебя насмотреться. Какая же взрослая ты стала.

Рафаэль снова стал кашлять. Сабрина покачала головой — опять этот кашель. Сердце у отца стало совсем слабым.

— Пап, не надо сегодня, у меня много работы. Давай завтра или в другой день. Отдохни, перелет отнял у тебя много сил, — Сабрина хотела, чтобы отец с ней поехал, но видя его состояние, отступила.

Кристина понимала, что дочь права.

— Рафаэль, послушай Сабрину, не ходи никуда. Отдохни. Мы все успеем, — она посмотрела мужу прямо в глаза. — Успеем.

Сабрину заинтересовали эти слова. Как будто родители говорили о чем-то другом, о том, чего она не знала. Даниэль задумчиво листал свои документы.

— Папа, действительно, ну куда ты пойдешь. Побудь дома. Вечером вместе поужинаем, — он поднял свой взгляд на родителей. — Я уже так отвык от наших совместных ужинов. Мы так давно не собирались вместе.

— Ты прав, сынок, — Кристина подошла к сыну. — Сегодня мы все вместе соберемся за столом.

Кристина проводила детей. Помогла Рафаэлю подняться в комнату. Она старалась