Симбиоз - Макс Вальтер

Где-то вдалеке в ответ раздался тоскливый вой. Наверное, это та самая жизнь, которую и видел Мутный. Девчонки ещё пару раз подкололи его, но было уже не настолько смешно, и веселье быстро сошло на нет. Все дружно засопели, а я немного добавил тепла под куполом, но несильно, потеть на таком морозе – ещё хуже, уж лучше немного замёрзнуть. Главное, чтобы не насмерть, иначе с оживлением и вправду могут возникнуть трудности.

Глава 17. Как тесен мир

– Ну, Гера, бля, чё за хуйня еба?! – меня разбудил крик Мутного.

А буквально через пару мгновений я сам почувствовал неладное. Видимо, что-то напутал с настройками температурных режимов и теперь мы все проснулись в луже.

– Бля, я вначале подумал, что обоссался и как вот теперь понять, так оно, или ни хуя? – продолжил причитать кореш.

– Да тебе не один хер? – спросила Тоня.

– Это с хуя-ля? Я чё, по-твоему, обоссаным люблю ходить?

– Бля, Мутный, захлопни ебало наконец, – прикрикнула Лена. – Гера, сделай что-нибудь. В самом деле, как теперь на мороз выходить?

– Ща, – буркнул я и задумался над способом.

Самый лучший вариант, это испарить воду, но такое происходит только при нагреве. В целом, всё просто, главное – режим подобрать, чтоб самим не обвариться. Правда, на себе что-то испытывать не очень хочется.

– Ай блядь! Жжётся! – запрыгал Мутный. – Гера, ты охуел на мне эксперименты ставить?! Чуть яйца не сварились.

Наркоман потрогал рукой ширинку, затем понюхал ладонь, попытался повторить то же самое с промежностью, нелепо при этом согнувшись, но быстро отмахнулся и забросил пустое занятие.

– Ну как? – уточнила Лена, от которой словно от печки, уже вовсю валил пар.

– Да хуй знает, – с серьёзным видом пожал плечами тот. – Вроде не ссаный.

– Я вот тут подумала, может, ну его на хуй этого Фантома, – примерно через час подняла тему Тоня. – Ну вот кому от его смерти лучше станет?

– Ага, ща! – тут же оживился Мутный. – Я этому гондону рот пердежом порву.

– Ну, вообще-то, он своих людей защищал, – продолжила спорить та.

– Как и мы, попрошу заметить, – ухмыльнулся я.

– Ну а ему это откуда было знать? – рассудительным тоном спросила девушка. – Вот вы, когда впервые с этой хренью столкнулись, разве стали бы разбираться? Пришли новые люди, как вдруг появляются чёрные, а потом оказывается, что и мы такие же. Да я бы пиздец пересрала и тоже всех завалила на хуй.

– Предлагаешь, просто не возвращаться? – уточнил я. – К тому же они знают, где мы живём и это, кстати, вы виноваты.

– Вот иди-ка ты на хуй Гера, – ткнул в мою сторону пальцем Мутный. – Я вот знал, что ты эту ебалу́ начнёшь гнать.

– Ну а чё, не так разве? – вступилась за меня Лена. – Вы там, блядь, покатушки устроили, по следам на нас и вышли.

– А, так ты об этом? – смутился наркоман. – Ну и хули теперь? Ща придём, ёбнем их по-быстрому и всё, проблема решена.

– Бля-а-а! – взвыл Мутный, когда мы очнулись, в очередной раз воскрешённые Леной, не пойми где посреди белоснежной пустыни. – Да как так-то, сука?! Я же его ёбнул, видел даже, как в башке дырка появилась!

– В жопе у тебя дырка, – огрызнулась Тоня. – Я же говорила, ну его на хуй!

– Да, лихо он нас разделал, – почесал макушку я. – Даже понять не успел, как свет выключился.

– Кто же знал-то? – вытирая рот, высказалась Лена. – Фантом и Фантом, я вот ведь даже подумать не могла.

– Ага, и главное – все десять похожи, – ухмыльнулся Мутный. – Из кустов, блядь, выскакивают, хуй разберёшь, где настоящий. Чё, может, ещё разок попробуем?

– Нет уж, на хуй! – вытянула руку вперёд Лена, изображая понятный во всём мире знак «стоп». – Лично мне настопиздело подыхать. Вам-то хули, лежите себе, пока вас не поднимут, а меня по дороге два раза въёбывают ещё.

– Ха, а у тебя штаны обоссаные, – указал ей на ширинку Мутный. – Ай, бля, иди на хуй, ебанашка!

– Съебался, мудила! – крикнула ему вслед Лена после повторного неудачного пинка. – Ещё раз подохнешь, я тебе в рот нассу, прежде чем поднять, козёл!

– Ссаная, – крикнул чуть издали наркоман, продолжая продираться сквозь сугроб, и показал ей средний палец.

– Гер, давай больше не пойдём, а? – тихонько спросила Тоня. – Пусть себе живут спокойно, жалко, что ли? Вернёмся в бункер, я может, ещё какую общину найти попробую.

– Уверена? – с сомнением спросил я. – Сейчас мы его фишку знаем, так что всё может получиться.

– Я не пойду, – помотала головой Лена. – На хуй, хватит с меня.

– Ссыкло, хули с тебя взять, – опять подковырнул её Мутный. – Гера, ну а ты-то чё? Каблук, что ли?!

– Не, Мутный, – поморщился я. – Сейчас опять дня два до бункера пилить будем, а если снова где-нибудь в жопе мира очнёмся? На хуй, мне влом уже.

– Ну пиздец, – плюхнулся тот в сугроб и махнул на нас рукой. – Вот так нас и будут ебать, все кому не лень. И чё делать будем? Опять под землёй спрячемся, как долбоёбы?

– Не, ну такие развлечения я тоже ебал, – покачал я головой. – Вернёмся в бункер, дождёмся весны, а там решим, куда дальше. Хуй его знает, сколько у нас ещё душ осталось.

– Так-то да, – почесал нос кореш. – Э, зассанка, у тебя там чё счётчик показывает?

– Одного пидора, – показала ему средний палец та.

– Ваще ни разу, – ухмыльнулся тот. – У меня очко восемь атмосфер держит, а вот твои ссаные штаны все видели.

– Отъебись, – уже более спокойно отмахнулась та. – Ну, куда идти теперь?

Я осмотрелся, сконцентрировался на бункере и деревне Фантома. Частицы тут же показали мне наше местоположение, а заодно направление. М-да, на этот раз нас отвезли гораздо дальше. Даже не вижу смысла возвращаться, потому как до Нижнего здесь рукой подать.

– Сбылись твои мечты, мудила, – усмехнулся я, глядя на Мутного. – В бункер мы, похоже, не вернёмся.

– Заебись, – упёрла руки в бока Лена. – И с чего такие решения?

– Мы под Нижним, – ответил я. – Вон в ту сторону километров семь.

– А ему разве не пиздец? – задал резонный вопрос Мутный.

– Да вроде цел, – прикинул я то, что показывали частицы.

От них уже рябило в глазах, ведь само изображение я видел словно сквозь белый шум. По большому счёту контуры, да и те периодически плыли, то становились отчётливее, то вдруг размывались. Однако город казался вполне целым, единственный минус, что людей в нём совсем не было. Но в нашем случае, оно, может, и к лучшему.

С другой стороны, их вообще практически не осталось, Гусь точно обезлюдел. Когда мы проходили через него, окрылённые праведным гневом, возникло полное ощущение заброшенности.

А чему собственно удивляться? На улице такой мороз, что, того и гляди, рожа стеклянной станет. Зимой так вообще мрак, что творилось в таких условиях, разве что мутанты выжили, да вот такие хитрые, подготовленные посёлки,