Изгой - Андрей Никонов

И только тогда позвал служанку, а потом связался с Патриком.

16 августа 334 года от Разделения, понедельник

Лидия выехала из своего дома в пять часов первой трети. Обычно она водила кабриолет перламутрового цвета, но в этот раз села на мотоцикл. Затянутая в черную кожу фигура мало отличалась от тех, что попадались по дороге, волосы были стянуты в хвост и убраны в шлем, и те, кто специально следил за ней, без аппаратуры могли запросто женщину упустить. Никто не собирался лично отслеживать перемещение Лидии тридцать часов в сутки, как и за остальными важными персонами, входившими в поле зрения Карпова, за ней следили через обычные камеры наблюдения и программу, улавливающую самые незначительные изменения в поведении.

Но не в это утро – женщина выезжала из столицы на мотоцикле регулярно, три-четыре раза в месяц, по одному и тому же маршруту. От Верхнего города через Нижний, на автобан, и, не доезжая до Тампы, уходила к Лахо, большому озеру, из которого вытекала Рио-Флор. По грунтовой дороге Лидия добиралась до водопада, проводила там какое-то время и возвращалась обратно. Как-то раз на прямой вопрос Карпова, куда она едет, женщина сказала, что это помогает ей поддерживать душевное спокойствие, ее отследили несколько раз и на этом успокоились. Маршрут был помечен как не требующий пристального внимания, поэтому никаких оповещений служба безопасности Карпова не получила.

Автобан уходил направо, к Тампе, а налево, к озеру, вела извилистая двухполосная дорога с хорошим покрытием, позволявшая разгоняться до ста. Лидия не торопилась, но уже к восьми часам первой трети была на месте. Озеро находилось на плоскогорье, словно в огромной чаше, питаемое горными источниками, и низвергалось водопадом прямо на каменистую поверхность, продолбив за тысячи лет еще один водоем, с которого и начиналась Цветочная река. Несмотря на романтическое название, Рио-Флор таила в себе множество опасностей – от хищных рыб до гнездовий бразильской выдры, которая не только была способна напасть на человека, но и с удовольствием это делала.

Многие приезжали сюда поохотиться, и не только – вокруг водопада было полно небольших пещер, где любой мог спокойно уединиться и провести время в покое и относительной тишине, если так можно назвать грохот воды. Лидия именно так и поступила: оставила мотоцикл у реки, а сама по каменистой тропе поднялась метров на пятьдесят, забралась в одно из каменных укрытий. Села у входа в позе лотоса и приготовилась ждать.

Тот, с кем она должна была встретиться, появился из глубины пещеры через пять минут и молча уселся рядом. Лидия повернула голову и уперлась взглядом в своего противника по недавней игре. Удивленно вскинула брови.

– Не ожидала? – Жерар мотнул головой, пепельный хвост перепрыгнул с одного плеча на другой. – Гашпар не придет, у него сейчас другие дела, не менее важные. Но не беспокойся, мои связи с нужными тебе людьми куда прочнее.

Лидия выругалась. Потом подумала и сделала это еще раз, только уже изобретательнее. Жерар терпеливо ждал, и только когда она остановилась, чтобы перевести дух, покачал головой.

– Ты ведь не помнишь меня, правда?

Женщина ничего не ответила.

– Двадцать пять лет назад одна юная девушка загадала желание. – Жерар провел ладонью правой руки вдоль кисти левой, и на запястье появился браслет. – Она очень хотела стать не такой, как те, с кем она росла. А другой, особенной. Банальная история, да?

Лидия смутно помнила этот день – ее двадцатый день рождения. Они с друзьями веселились, пили текилу, глотали какие-то таблетки, компания неудачников, смирившихся с этим, а на следующее утро ее жизнь стала другой. Хоть и не сразу, кривая удачи пошла вверх.

– Незнакомец, – напомнил ей Жерар.

Точно, там был кто-то еще, она здорово перебрала стимуляторов и вина, висла у него на шее, а потом с неба упала звезда, и она загадала это желание. Вырваться из привычного круга и стать богатой и независимой.

– Это был ты? – с сомнением спросила она. Высокий мужчина с хищным лицом не очень-то походил на тот расплывчатый образ случайного прохожего, который она кое-как пыталась вспомнить.

Вместо ответа Жерар снял браслет, приблизил свои глаза к лицу Лидии, держа ее за подбородок. В его зрачках пробежали искорки, мир вокруг женщины начал вращаться все быстрее и быстрее, заставляя сознание испуганно съежиться, но внезапно и очень резко остановился.

– Вот примерно так, по крайней мере начало. – Мужчина нацепил браслет обратно. – Помнишь, что ты мне сказала?

Это Лидия отлично помнила.

– Что готова сделать все что угодно, – твердо сказала она, – чтобы это произошло. Чтобы моя жизнь изменилась.

– Да. Все что угодно, мы у тебя пока не потребуем, – Жерар подмигнул женщине, – но кое-что сделать придется, пришла пора отдавать долги. Держи, здесь все подробно изложено, если есть вопросы, задавай их сейчас.

И протянул ей лист бумаги.

* * *

Настя была вне себя от злости. Эксперт, который должен был заниматься вещдоками из гаража Марковица, все еще ничего не выяснил, и зачем репортеру второсортного медиа такое количество пенопластовых шариков, она пока не знала. А когда Волкова чего-то не знала, ее так и тянуло кого-нибудь пристрелить. Лучшей кандидатурой для этого был Павел Веласкес, но и тут в очередной раз судьба повернулась к ней задницей.

– Ты должен отдать мне эту сволочь, – орала она, правда, предварительно закрыв дверь в кабинет Эскобара и опустив жалюзи, – это он прикончил ту девку из «Хайята», неужели непонятно! Сначала поимел ее там, в гостинице, а потом вышвырнул наружу. Ну и что, что на камерах его нет, а камеры отследили мотоцикл. Он наверняка как-то вывернулся. У нас под носом гуляет убийца, взломщик сетей, мошенник и вор, да тут на пожизненное тянет, а тебе все равно.

– Послушай себя, – Марк был совершенно спокоен, – то, как ты на это реагируешь, похоже на паранойю. У нас нет никаких, повторяю, совершенно никаких причин подозревать Веласкеса. Мы восстановили его перемещение по минутам, и когда жертва упала с одиннадцатого этажа, в это самое время он ехал по направлению к Нижнему городу. Единственное, что мы можем сделать, это потребовать объяснений, откуда у него ее украшение. Нет, не то сказал. Вежливо, очень вежливо попросить. Особенно после того, как ты вломилась в его дом и обыскала там все, хотя просто