Научи меня - Хелен Гуда

— Понимаю. И не тебе, мальчишке, мне указывать: с кем работать, а кому отказывать. Если я сказал нет, значит, не вижу перспектив в твоем проекте! — тон отца изменился, и я понимал, что разговариваю сейчас не с отцом, а с акулой бизнеса.

— Я вас услышал, Матвей Александрович, на этом все? — глаза отца стали как льдинки, как только он услышал к себе обращение по имени-отчеству. Это был сигнал того, что я на пределе.

— Да, Никита Матвеевич, и приберите у себя к комнате, — отец пренебрежительно провел пальцем по столу, указывая на пыль, оставшуюся на руке, после чего развернулся и вышел.

Я сел на кровать, спрятав лицо в руках. Хотелось кричать и бить все от рухнувших надежд. Как оказалось, я все же надеялся на помощь отца и сейчас было вдвойне больнее.

Месяцем ранее

Екатерина.

Стягиваю с парня рубашку, следом футболку. Залипаю на татухе у него на плече. Не могу рассмотреть, Никита передвигает меня на коленках и приподнимается, стягивает с себя джинсы вместе с трусами. Теперь я залипла на вид эрогированного члена парня. Первая мысль: “как он у него в штанах поместился?”. Вторая: “Что я, блять, творю, дура старая?”. Решила трахнуть мальчишку? Третью мысль мне не дал подумать Никита.

Он взял меня за руку и опустил мою ладошку на свой орган. Придерживая меня за кисть, он начал водить моей рукой по стволу члена, периодически сжимая, чтобы усилить обхват. Вторая его рука оказалась у меня в трусиках. Отодвинув ткань, он ловко кружил вокруг клитора, размазывая по половым губам мою собственную смазку. Стенки влагалища сжимались, в животе скручивался узел, а я готова уже кончить. А это только прелюдия. Парень отпустил мою руку, и я уже без его помощи дрочу ему член, который, как мне кажется, стал ещё больше. Матерь божья! Или я забыла, как выглядит мужской орган, или у отца Валерки он был в два раза меньше. Пока я думаю о члене бывшего, пытаясь вспомнить его размеры, ощущаю, что два пальца Никиты трахают меня с хлюпающим звуком и с моими гортанными стонами. Большим пальцем парень периодически придавливает клитор, а у меня от удовольствия пальцы на ногах поджимаются. А ещё стоны. Я не могу их контролировать. Я вообще не могу себя контролировать. Хочу большего. Хочу почувствовать в себе член и хочу кончить. Возбуждение становится болезненным.

— Подожди, малышка, сейчас, — парень тянется к карману джинс и достаёт оттуда презерватив. Разрывает фольгу, извлекает резиновое изделие, растягивает его на члене. А я смотрю, как заворожённая. Не могу больше ждать! Хочу! Прям сейчас, немедленно! Как только парень заканчивает, я приподнимаюсь и беру член в руку, направляю его в себя. Медленно опускаюсь, чувствуя, как стенки растягивает, как меня наполняет до упора, до конца. Немного есть дискомфорт, но спустя мгновение он уходит. Его сменяет непередаваемый кайф. Охрененный кайф! Парень приподнимает меня и насаживает на себя, а я кричу и прошу ещё. Хотя куда уж больше и куда уж глубже! Всего пара толчков, а я чувствую, как меня накрывает оргазм. Тело живет своей жизнью, сотрясаясь и разливая негу по конечностям.

— Что же ты меня не подождала? Значит, повторим ещё разок, — слышу голос парня, как сквозь толщу воды. Я дезориентирована и немного не в себе. О чем он? Что я не подождала? Но когда парень ускорил темп и с ожесточением начал насаживать меня на свой член, до меня дошёл смысл его слов. Новая волна удовольствия и вот я подмахиваю, ускоряя и так бешеный ритм. Никита порыкивает и стонет в унисон со мной. А я чувствую себя невероятно красивой и молодой, охрененно желанной, смотря на упругое тело парня подо мной. — Сейчас, сейчас. Черт! — не понимаю, что не так? И удивленно смотрю, как парень снимает меня со своего члена. Он ставит меня на колени на сиденье дивана, праву ногу сгибает сильнее и опускает коленкой на спинку, и я слышу треск ткани. — Малыш, я тебе новые трусики куплю, эти меня уже бесят, — как только мое разорванное белье упало на пол, в меня на всю длину вошёл эрегированный орган парня. Однозначно это была более удачная поза. Схватив меня за бедра, Никита вколачивается в меня. Звонкий, хлесткий шлепок обжег ягодицу. Из меня вырвался удивленный то ли стон, то ли вздох. А нервные окончания на всем теле были как оголенные провода. Парень создал невероятный ритм, от которого сбилось дыхание и у меня, и у него. Его толчки стали резче и сильнее. Меня как кипятком в животе обжигает, настолько острые ощущения. Вся обстановка дала возможность раскрепоститься, забыться, не думать о завтрашнем дне. И я отдалась. Толчки, хлесткие шлепки по ягодицам, рука Никиты на клиторе и мой мир погас. Он раскололся на миллион частиц и осыпался. Начали возвращаться звуки и ощущения. Накрыло осознание, что меня сейчас отодрали, как уличную девку в клубе, хоть не в туалете. И на том спасибо!

— Отдыхай, я принесу нам что-нибудь попить, — парень поправляет мне платье, напоследок проведя рукой у меня между ног, отчего по телу снова пошли судороги возбуждения. Слышу шорох одежды и звук молнии на джинсах. — Вернусь и мы повторим, — уже в дверях добавил Никита. Он вышел, а я села на диван. Зад горел, там, наверно, живого места не осталось. Что делать? Но не успел мой затуманенный алкоголем мозг обработать информацию, как слух уловил звук телефонного звонка.

— Да, Даш, — прочищаю горло. Я, кажется, голос сорвала от стонов.

— Кать, ты куда пропала? Ты где? Я тебе уже раз пять звонила, — голос подруги звенит от беспокойства.

— Даш, я тут такое натворила. Ты где? — план побега созрел в голове моментально.

— Около гардероба. Там так музыка громко орет, ничего не слышно,— отвечает Даша.

— Вызывай такси, я через пять минут буду, — хватаю сумку и бегу на выход. Все, покуролесили и хватит! Пусть парнишка вечер продолжает без меня.

Настоящее время.

Екатерина.

— Валерка, я дома! — кричу сыну, закрывая дверь, и опускаю тяжелый пакет. Из кухни выныривает озадаченная моська сына.

— Мам, а ты что так