День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Офицер в форме морской пехоты кивнул:

— Так точно, генерал, сэр! Мы удерживаем несколько ключевых точек, выбив террористов с заранее подготовленных позиций, но и наши потери велики. Уничтожено девять «Абрамсов» и двадцать пять единиц другой техники. У русских оказалось неожиданно много противотанковых средств — управляемые ракеты и «базуки», которыми они умело пользуются. И среди них есть немало парней, умеющих пользоваться взрывчаткой. Отступая, террористы минируют дороги и здания. К тому же в ближнем бою снижается эффективность воздушных ударов. Вы знаете, что непосредственную поддержку оказывает исключительно авиация Морской пехоты, удары истребителей ВВС, совершающих вылеты с европейской части России, слишком редкие и неточные. Пилоты наших «птичек» вынуждены слишком близко подбираться к целям, действуя над городскими кварталами, и часто становятся жертвами ПВО противника. Мы уже лишились над городом двух штурмовиков «Харриер» и четырех вертолетов, и это не считая трех «вертушек» и штурмовика, уничтоженных диверсионной группой на одной из наших передовых баз. У русских много ПЗРК типа SA-14 или SA-18 и их аналогов китайского производства. Пилотам приходится сбрасывать бомбы с больших высот, а от этого снижается точность ударов. Нам нужна поддержка артиллерии!

— Все батареи готовы поддержать вас огнем, полковник. Мы едва успеваем подвозить снаряды на позиции. К тому же есть трудности на южном направлении. Там наступает Четвертая механизированная «страйкерная» бригада и парашютно-десантный батальон Восемьдесят второй дивизии. У них нет тяжелой техники, и там русские сопротивляются более успешно. К сожалению, кое в чем разведка недооценила противника, верно. Русские раздобыли где-то множество зенитных ракет и противотанковых гранатометов, да и численность их, оцененная изначально в две-три тысячи человек, явно выше. К тому же они отлично знают город. Тем не менее, мы добились многого, в том числе полностью заблокировали радиосвязь, так что враг действует отдельными разрозненными отрядами от нескольких человек до нескольких десятков человек.

— Я думаю, генерал, сэр, разведка ошиблась во многом, — кивнул командир морских пехотинцев, и, обернувшись к входу, где маячили двое солдат в полной экипировке, с карабинами наперевес, приказал: — Сержант, сюда!

Еще один морпех, пробравшись сквозь плотные ряды офицеров, опустил на раскладной стол черную винтовку с длинным толстым стволом и массивным прицелом.

— Вот это — снайперская винтовка пятидесятого калибра, произведенная в Китае, — пояснил офицер-морпех. — Оснащена компьютеризированным ночным прицелом с лазерным дальномером и баллистическим вычислителем. Бронебойная пуля с керамическим сердечником с расстояния в тысячу ярдов пробивает борт LAV. Один русский снайпер может удачным выстрелом вывести из строя бронемашину или уничтожить приборы наблюдения танка, ослепив его и сделав легкой добычей для гранатометчиков. И таких винтовок у русских, судя по всему, десятки, а также хватает подготовленных стрелков. А вот это — ручной гранатомет, — офицер указал на короткий цилиндр, разрисованный пятнами камуфляжа. — Тоже китайского производства. Он весит всего девять фунтов и может пробивать броню толщиной тринадцать дюймов. У каждого русского таких по две-три штуки.

— Не только нам с вами интересно, полковник, откуда все это взялось у террористов, да еще в таких количествах. В Пентагоне, и не только там, тоже многих терзает любопытство. Поэтому пришла пора поохотиться на главарей террористов. Данные разведки и информация, полученная от взятых в плен русских, говорят, что один из их командных пунктов расположен на территории промышленной зоны, в цехах заброшенного завода электроники. Возможно, там же находятся и наши пленные солдаты, захваченные террористами на атакованной авиабазе, но в этом командование не уверено. Завод должна была штурмовать морская пехота, но я решил поступить иначе. Пусть моряки продолжают отвлекать на себя основные силы русских, двигаясь по земле, а в это время мы высадим им в тыл парней из Сто первой дивизии. Террористы окажутся в клещах и либо вынуждены будут бежать, либо мы их раздавив, навалившись с двух сторон. Но для прикрытия высадки нам понадобится подавить противовоздушную оборону террористов, задействовав всю имеющуюся авиацию, так что наземный эшелон какое-то время должен будет обходиться своими силами.

— Наши «Кобры» и «Харриеры» в вашем распоряжении, генерал! Морской пехоте не в новинку вытаскивать армейские задницы из дерьма!

Офицеры, представлявшие здесь Армию США, в том числе и сам Клементс, поморщились от досады, понимая, что если бы не спешно доставлены из-под Владивостока и с китайской границы подразделения морпехов, особенно их танки и БТР, русскую оборону удалось бы взломать, лишь завалив их позиции телами простых американских парней, которых и так уже погибло слишком много за считанные часы сражения.

— Что ж, действуем, джентльмены, — с удовлетворением кивнул командующий Восемьдесят второй десантной дивизией. — И да поможет нам Бог!

Штурмовой батальон Сто первой дивизии с самого начала не участвовал в наступлении, оставаясь резервом генерала. Парашютисты только скрежетали зубами, провожая мрачными взглядами очередной транспорт с ранеными или трупами, прибывавший из охваченного боями Нижнеуральска. И теперь, получив приказ атаковать, бойцы спешили занять свои места в вертолетах, чтобы первыми оказаться там, где каждую минуту умирали американцы, и схлестнуться лицом к лицу с врагом.

Полковник Эндрю Макгуайр, оказавшийся в зоне кризиса одним из первых, бежал к готовому к взлету UH-60A, винт которого уже вращался на максимальных оборотах, готовый оторвать машину от земли. Вместе с полковником были и офицеры его штаба, решившие не отсиживаться в тылу. Придерживая висевший на плече карабин М4 с подствольным гранатометом, Макгуайр запрыгнул в десантный отсек, усаживаясь на жестком сидении. Десантники, тяжело нагруженные боеприпасами и амуницией, поспешно занимали места, и пилот в глубоком шлеме, на который крепились поднятые пока вверх очки ночного видения, обернувшись к пассажирам, крикнул сквозь гул ревевших над головами турбин:

— Взлетаем, сэр!

Девятитонный «Черный ястреб» легко оторвался от земли, набирая высоту и взяв курс на город. В воздухе оказались сразу несколько десятков вертолетов, перевозивших полнокровный батальон. Выстроившись цепью, окрашенные в темно-серый цвет UH-60, сливавшиеся с ночным небом, мчались к цели на предельно малой высоте, чудом избегая столкновения с крышами высотных домов. Наблюдатели партизан едва успевали заметить непрошеных гостей, и, прежде чем расчеты ПЗРК открывали огонь, грохочущая волна «воздушных колесниц» оказывалась за пределами зоны поражения.