Аквамарин (часть 2): по моим правилам - Наталия Матвеева

– Стойте. – тихо, но весомо проговорил он, и все удивленно посмотрели на него. – Тут что-то не так.

Лив кивнула и посмотрела на отца, который пристально оглядывал зал внимательным взглядом.

В этот момент из-за дальнего столика у самого окна вдруг поднялась знакомая угловатая фигура с кудрявыми, белобрысыми волосами, обрамлявшими женоподобное лицо.

Лив удивленно уставилась на Эрнесто, который в этот раз был одет в серый, тонкий пуловер, черную кожаную куртку и темные обыкновенные брюки. Он мягко улыбался, туманно глядя на вошедшую компанию, но в его серых, заоблачных глазах мелькал самодовольный триумф.

– А вот и тот самый враг. – хмуро констатировал Эйден и сунул руку под пиджак.

Лив вздрогнула, ощущая прилив страха: она догадалась о том, что сейчас случится…

– О, господин Эйден Мартинес собственной персоной! Рад встрече, Эйден! – вкрадчиво и тихо, но жутко довольно произнес Эрнесто. – А мы уже хотели уходить… Оливия! – воскликнул он, посмотрев на Лив, которая разве что только светиться красным светом не начала от переполнявшего ее гнева. – А вот и обещанная месть номер один… Это тебе за неожиданный поворот с мистером Максом Вератти.

– Засада! – крикнул Брайан, и Макс, Джонни и отец одновременно толкнули ногами ближайшие столы, опрокинув их на бок и спрятавшись за ними, потянув за собой остальных, как раз в тот момент, когда все посетители ресторана в представительных костюмах повскакивали с мест и, вытащив автоматы, устроили невероятный, громкий дождь из свинца, поливая им спрятавшихся за столы ошарашенных противников.

От выстрелов, бьющейся посуды, ломающих препятствия пуль и выкриков Лив ничего не понимала и практически глохла, сидя за одним из заваленных столов рядом с Джонни, у которого был с собой пистолет, равно, как и у всех остальных представителей мужского пола, исключая вконец испуганного Майкла, сжавшегося в комок за широкой мраморной колонной.

– Нужно увести Майкла! – крикнул откуда-то слева Эйден одному из шестерых секьюрити, приехавшим со своим кандидатом. Лив попыталась найти глазами отца, но увидела в дыму только темно-серый силуэт и услышала его гневный крик:

– Эрнесто уходит! Макс, прикрой меня!

И серая тень рванула вперед, в самую гущу событий. Лив ощутила прилив бешеного страха, в сочетании с неимоверной злостью. Куда, куда унесся ее отец?? Там же, кроме шевеливших воздух пуль, дыма и черной женской фигуры в капюшоне с блестящей, начищенной по такому случаю косой, танцующей на столе посреди зала, и себя не разглядишь! Заметавшись от нестерпимого, гложущего ее желудок или какие-то иные органы в районе живота, ужаса, Лив резко развернулась к Джонни и отчаянно закричала:

– Джонни!! У тебя есть еще?!?

Джонни, стрелявший куда-то, а может, даже и в кого-то, резко обернулся, удивленно и недовольно посмотрев на нее:

– Лив!! Сиди здесь, даже не думай…

– Джонни скотина дай пистолет или я прямо сейчас отправлюсь вон туда в самый центр на его поиски живо!!! – проорала без каких-либо пауз на взятие воздуха в легкие Лив, и Джонни, кажется, догадался, что лучше всего сделать так, как просит его упертая миниатюрная женушка, огромными, бешеными голубыми глазами смотрящая на него в нетерпеливом ожидании, иначе последствия могут быть необратимыми. Он сунул ей пистолет и снова вылез из укрытия, но, увидев что-то, злобно ругнулся и, приказав Лив ждать его здесь, исчез вслед за отцом в вонючем, с металлическим привкусом, тумане бойни.

Лив сняла предохранитель и выглянула из-за своей засады: несколько незнакомых ей мужчин уже никогда больше не смогут представиться ей – они лежали в разных позах, но были одинаково мертвы. Ближе к середине зала она заметила Брайана, ловко дерущегося с двумя здоровяками, но, в силу опыта и хороших бойцовских навыков, явно одерживающего победу; дальше, у панорамного окна, шла перестрелка оставшихся охранников Майкла с людьми Эрнесто, и было сложно сказать, кто побеждал; а вот правее Лив, наконец, заметила то, что искала: двое мужчин куда-то тащили за волосы жутко испуганную и верещащую от боли и ужаса Аврору, а Джонни, прикрываемый весело скачущим за ним по пятам Марти, чью зеленую шевелюру можно было и в темноте без труда разглядеть, бежал ей на подмогу.

Лив видела, как он увернулся от пули, ее сердце запротестовало против дальнейшего движения, но девушка глубоким вздохом заставила себя дышать дальше; видела, как он пристрелил пуляющего в него ублюдка прямо в лоб и налетел на этих мерзавцев… А дальше она не видела… Потому что ее организм разом пронзили тысячи осколков боли и отчаяния… Она услышала крик отца.

Вне себя от ужаса и дикой дрожи, ударившей по ее телу, все еще слыша внутри головы его крик, разрывающий нежную оболочку ее души, она быстрее пули (которая, кстати, пролетела при этом в сантиметре от ее виска) выскочила из своего укрытия, бешено выискивая его глазами…

– Нет, Макс, Эдди! Защитите Оливию! Уходите!!! Уходите!!!

Лив затрясло еще сильнее, и ее глаза в приступе паники перестали фокусировать картинку.

– Ну же, ну же, ну же… – приказывала она себе, судорожно заставляя собственный разум возобладать над чувствами, и, наконец, за одной из дальних колонн зала мелькнуло что-то красное.

Не мешкая ни секунды и спотыкаясь об осколки посуды, обломки разбитой мебели и тела, Лив помчалась туда.

За колонной она увидела двоих людей Эрнесто, держащих в крепком захвате обессиленного и окровавленного Эйдена, прижимая к его виску пистолет. Они отступали к какой-то двери, за которой девушка увидела лестницу наверх. На них грозно надвигались Макс и Эдди, не спуская с них прицелов и что-то крича… Лив не могла разобрать слов среди шума стрельбы и драк…

Отец!!! Они куда-то утаскивают его!!! Нет, нет, только не это!!! Не пригибаясь от пуль, не обращая внимания на происходящее вокруг, Лив рванула через весь зал к ним, чтобы освободить, спасти, забрать его любой ценой… Она должна сделать хоть что-нибудь, быстрее, быстрее!

И, как выяснилось, зря она не смотрела по сторонам. В середине зала чья-то сильная и грубая рука поймала ее на бегу и, резко остановив, словно пушинку, развернула к себе. Лив оказалась в захвате огромного светловолосого мужчины с побитым лицом и шрамом на губе, возвышающегося над ней на добрых сантиметров тридцать.

Он мерзко ухмыльнулся и проговорил:

– Не так быстро, крошка…

– Отпусти. – выдохнула Лив, дрожа от гнева и еле сдерживая себя. Секунды… секунды… драгоценные мгновения, нужные для того, чтобы выцарапать отца из лап людей чертового кузнечика, ускользали, пока она стояла тут и разбиралась с каким-то, невесть откуда взявшимся, кретином на ее пути. – Или убью. Я не шучу, здоровяк!