Бескрайний архипелаг. Книга I - Артем Сластин

Я уже было решил направиться на кухню, к Фелиции, как обратил внимание на здоровенный молот и задумался. Именно этим оружием крупный пират выломал ворота в подземелье. Не давал покоя тот факт, что шпага неоднократно оказывалась бесполезной. Против бронированных врагов клинок даже царапин не оставлял. Вспомнились консервные банки, охраняющие горный проход. Так дело не пойдет — самое время обзавестись чем-то поувесистее!

Гигантский боевой молот был обычного качества и требовал сорока единиц силы. Благодаря новому кольцу у меня сейчас было тридцать пять. Оружие весило под половину центнера. Толстая рукоять, заметно превосходящая по обхвату черенок лопаты, неуклюже ложилась в ладони. О ловком владении таким оружием можно было только мечтать. Слишком тяжелое, слишком громоздкое. Но в моем положении даже неудобное оружие лучше, чем никакого. Позже, за ужином, вложу пять очков в силу. Это должно облегчить обращение с молотом. А пока что стальной монстр отправится в рюкзак, ожидая своего часа.

Самое время избавиться от кабана. Скоро вечер, и пора бы заняться готовкой. Прелестная итальянка сейчас промывала овощи с зеленью в тазике. Она и не заметила, как я подкрался и выложил животину на разделочный стол.

— Ух ты! Какой большой! — удивлённо воскликнула Фелиция и протёрла руки о фартук.

Кормилица встала с табуретки и подошла поближе со смущённой улыбкой на лице.

— Ах, спасибо, дорогой! От рыбы все уже устали, так что разнообразие не помешает! Сегодня в меню будет свежий салат и ароматный кебаб из свинины… ммм, ты ведь оценишь моё старание? — спросила она томным голосом, плавно крутя локон волос на пальце. — Ах да, наша дорогая знахарка раздобыла специй — ужин будет просто перфе́тто!

От приятного и чарующего голоса у меня пробежали мурашки по телу. Особый тембр явно был её тайным оружием.

— Ну, если ужин будет такой же аппетитный, как его хозяйка, то срочно объявляю войну голоду! Так что будь добра, вечером поставь поднос ко мне поближе, чтобы я победил с минимальными потерями. Хотя не сомневаюсь, придётся побороться с Луи за кусочек пожирнее!

Она рассмеялась, словно ласковая кошка, мурлыкающая прямо в ухо. Звук окутал меня, проник под кожу и оставил в голове только одну мысль — хочу слышать это чаще! Никогда не ощущал подобных наваждений. Наверняка всё дело в особенных навыках. Но я был не против безобидной манипуляции. Главное — совсем уж голову не потерять.

— Кстати, — воскликнул я интригующим голосом и наклонился ближе. — Это ожерелье досталось мне в битве с монстром, который явно не знал, с кем связывается. Теперь это твоя добыча… но только если согласишься на одно условие. Хочу сам надеть его на тебя.

Ее радостное хлопанье в ладоши было красноречивее любых слов. Я тенью скользнул за спину Фелиции, как опытный ассасин в амурных делах, готовый пронзить сердце, но не кинжалом. Легкий аромат её волос окутал меня нежным облаком. Удивительно, как женщины умудряются сохранять очарование даже в самых суровых условиях.

Нефритовое ожерелье деликатно коснулось кожи и мягко скользнуло по шее. Мои пальцы, внезапно ставшие необычайно чуткими, осторожно застегнули замочек. Время замедлилось, наполняя момент особым смыслом. Маленькое чудо посреди хаоса окружающего мира.

Так растворился в процессе, что даже и не заметил прогуливающегося возле кухни Яниса. Он протянул шмат явно протухшего донного кусача, опасно приблизив его к нашим лицам. Видимо, арестант решил отомстить за потерянный меч.

— Братан, бушь? Последний кусочек остался.

— Иди, куда шёл, — сквозь зубы процедил я.

— Ладно, ладно, — продолжил он путь. — Забота нынче не в цене, походу.

Внезапное появление зэка уничтожило всю романтику. Фелиция сделала шаг вперёд, отдаляясь от меня, и развернулась. Когда фигура латыша скрылась за воротами лагеря, она прошептала:

— От этого Яниса мурашки по коже. Весь день вокруг меня кружил. Жмётся, гадости говорит, руки так и тянутся меня потрогать. Не знает, что такое личное пространство! Не нравится мне это… совсем!

Мои брови нахмурились, а кулаки крепко сжались. Подозрения касательно его персоны, как убийцы, нахлынули новой волной.

— Он угрожал тебе?

— Нет. Мне повезло, что могучий Эстебан оказался рядом. Наш военный так сурово отчитал Яниса, что тот, как побитый пёс побежал нести караул. Эстебан… он такой смелый и грубый!

Последние слова Фелиция произнесла с показным восхищением и, закусив губу.

Так вот, значит, в чём дело! Чувствую, что этот… жужжерианец Эстебан завербовал себе помощника, чтобы добиться симпатии Фелиции. С трудом верилось, что Янис молча сглотнул унижение и убежал.

Навык «Интуиция» повышен до 8 уровня.

Твою ж медь! Янис, после такого мы точно не скорешимся!

— Не боись, никто тебя не тронет, — перешёл я на строгий тон. — Жрать хочу. Поторопись!

Я развернулся и направился на пляж, чтобы освежиться в прохладной морской воде. В спину мне донеслось:

— Макс? Я что-то не так сказала?

Ответа не последовало.

Улыбнулся про себя, наблюдая за наивными играми. Некоторые личности пытаются хитрить и манипулировать, не подозревая, что я преподавал эту науку там, где они только учились азам. Перехитрить лиса? Могу лишь пожелать удачи.

Фелиция нарочно продемонстрировала интерес к Экстебану, явно рассчитывая, что я начну из кожи вон лезть, добиваясь её внимания. Но поддаться на такую примитивную уловку — значит признать себя рабом женских чар и оказаться в аутсайдерах. Нет уж, у меня свой план. Безразличие и холодность довершат начатое. Пусть накручивает себя и думает о том, что она не так сказала. В итоге прибежит сама, забыв о существовании других мужчин. А если нет… Что ж, переживу как-нибудь. В конце концов, в этом жутком мире есть заботы поважнее любовных игр.

* * *

Ночь медленно опускала чёрный занавес на остров. Сбор у костра для ужина стал нашей негласной традицией. Конечно, можно было бы организовать что-то более цивилизованное: вытащить из базовых построек столы, расставить пеньки и табуретки. Но после изматывающего дня никто не горел желанием заниматься обустройством.

Ганс, наш мастеровитый кузнец, уже достиг девятого уровня. Он обеспечил всех металлической утварью. Теперь каждому достались собственные вилки, ложки, кружки и тарелки. Уровень комфорта стремительно рос, что не могло не радовать. Более того, выжившие обзавелись железяками покрупнее. Теперь все имели под рукой холодное оружие — от малого до великого размера. Судя по расправленным плечам и гордо поднятым подбородкам, общий боевой дух явно стремился к пиковым значениям. Имея под рукой меч или пику, соплеменники чувствовали