Одаренная девочка и яркое безобразие - Мальвина Гайворонская

Если странный малый ищет Пандору, значит, самое время позвонить сыну.

Той же многострадальной ночью, но чуть ранее – словно автор не в курсе существования других дат, зачем же все так лепить! – самопознания искал и далекий от птичье-ведьминских взаимоотношений молодой богатырь. Лохматыч, на голубом глазу пообещавший минотавру, что Димка сам по-быстрому научится использовать чуйку, помогать особо не спешил, стараясь свалить задачу на Лолу. Спящая Красавица, в свою очередь, последние сутки пребывала в глубокой задумчивости, даже не отвлекаясь на игры, и это, с одной стороны, вселяло в ДТП оптимизм – значит, ищет решение! – но с другой удручало: долговато ищет, а есть ли оно вообще? В любом случае зарплата сама по себе капать на карточку отказывалась, и день вновь прошел познавательно: в промзонах между шиномонтажами, детейлингами, приемом металлолома с поддонами и потрясающим заведением, в котором одновременно торговали цветами, раками, фейерверками, незамерзайкой и гадали на Таро. Возможно, владельцы последней точки и могли бы дать Дмитрию пару-тройку уроков по дальновидности, но после крайне показательного и до обидного короткого гадания («Вижу дом казенный» – «А, это в котором я работаю?») к игре в молчанку перешли и они. Хоть раков продали, и на том спасибо – ими богатырь нынче и ужинал под задумчивое парение Лолы туда-сюда. Выглядели раки, как водится, элитнее, чем ощущались: на пакете значилось «варено-мороженые мелкие», и особых отличий от обычного фастфуда, кроме конской цены, Димка не нашел. В довесок ему упорно пытались предложить еще и специальный нож, но богатырь счел – а природа-матушка подтвердила, – что его когти вскрывают панцири быстрее и бесплатнее. Отогревшийся до комнатной температуры и чуть потусовавшийся в микроволновке ракообразный продукт заставлял с грустью вспомнить аромат стейка из «Всей королевской рати» и жестоко возвращал обратно в реальность: давай, учись пользоваться чуйкой со скоростью освоения пайтона курьерами. Жаль только, что нужных курсов даже в «Скиллбоксе» так никто и не завел…

– Смотри, Максим довольно четко сказал – с его стороны только место. Время и конкретику должен сам каким-то макаром понять, – продолжал Дима прорабатывать варианты с Лохматычем. – Еще и с кофе отстойным надо разобраться. Я на всякий заехал туда сегодня снова – да, все такую же дрянь варят, если не хуже. С фирменным из «Королевской рати» и в сравнение не идет! Но и не русалочий точно: на порезе проверил. Просто невкусный.

– И никаких звоночков не учуял? – задумчиво переспросил домовенок.

– Только острое желание вылить эту гадость в ближайшем туалете, – развел руками ДТП. – Это в сознании прям молотком стучало.

– Так, мож, и попробовал бы? – с надеждой предложил Лохматыч.

– Ну я вылил.

– И че?

– И получил пустой стаканчик, который потом выбросил, – пожал плечами Димка, потянувшись за следующим раком. – В общем, пока разведка на местности результатов не принесла, у нас тупик. А еще получается, что ты минотавру наобещал с три короба – и сам не знаешь, чего теперь делать.

– Ну, обещал-то, положим, ты, а я токмо идею подал, – начал было домовенок, но, заметив взгляд богатыря, поспешно исправился. – Однако суть претензии уловить могу и логики она не лишена, согласен. Да только странно складывается. Матушка ж твоя чуйкой жила буквально, без нее не слыхала, не видала мира, неужто тебе вообще ничего не передала-объяснила?

ДТП задумчиво повертел в руках тощие клешни.

– Слушай, мне ж и шести не было. Может, и пробовала, но я тогда совсем соплей был, мало что помню. Даже лицо ее и то… – Тишин смолк, отложил рака и продолжил как ни в чем не бывало: – В общем, тут без шансов. Еще идеи будут?

– Архивы вашенские? – не сдавался Лохматыч. – Вы ж даже друг на друга папочки ведете, наверняка там шо-нить да понашкрябано и про дар ее, и как с ним сживалась.

– Мысль хорошая, но фиговая, – хмыкнул Димка. – Доступа к личным делам друг дружки у рядовых сотрудников нет, тут я чином не вышел. И, кстати, не уверен, может ли даже Сергей Полканович их просматривать. Плюс не забывай, о полученных способностях у богатырей было не принято распространяться даже в кругу коллег, тем более в подробностях. Сейчас, насколько слышал, некоторые этим пренебрегают и как есть выкладывают, но во времена моих родителей направо-налево точно не трепались. Все, что известно про маму, знаю от Кирилла: во время учебы была обычной богатыршей, звезд с неба не хватала, а после зелий вообще резко зрение и слух терять начала. Хотели даже инвалидность дать, а она возьми и уделай всех на выпускном экзамене: первая прошла полосу препятствий, еще и без единой царапинки. Правда, про это Бляблин рассказывал в куда меньших красках, чем про письменную часть.

– А чего так? – нахмурился Кулибин.

– Ну, у бати с практикой в разы лучше теории дела обстояли, – пожал плечами ДТП и решил дать шанс еще одному раку. – Так что наслепо и наглухо в одиночку проскакать полигон и освободить условных заложников в его представлении меньшее чудо, чем накатать все ответы на экзамен прям на парте – причем за час до выдачи заданий.

– Знаешь, очень жаль, что ты не в мамку, – грустно подытожил домовенок. – Но сам-то же хоть раз этим чутьем пользовался, не? Иначе откуда слушок пошел?

– Бывало, – согласился Дима, вскрывая следующего тощего рака. – В детстве я порой четко знал, что сейчас будет, какой ответ правильный и все такое, но постепенно это словно…

– Притупилось? – попытался подсказать Лохматыч, но богатырь покачал головой.

– Наоборот. Скорее, заверещало, как все сигналки во дворе разом во время грозы, фиг сориентируешься. И окружающие наседать начали: мол, слушай чуйку. Да я ее постоянно слышу! Только разобрать ничегошеньки не могу.

Внезапно перед ним зависла задумчивая Лола и, проведя рукой перед лицом, высветила надпись:

«СО СКОЛЬКИ?»

– В смысле, когда орать начало? – переспросил Димка. Спящая Красавица кивнула, и богатырь попытался вспомнить. – Наверное, как Кирилл пропал, так и сломалось. Точно помню невыносимое одиночество, пока сидел в квартире и ждал его, и чувство, будто кто-то радио все громче и громче делает. Бр-р-р, аж мурашки побежали.

Напарница нахмурилась и, внимательно вглядевшись в его глаза, высветила следующую