Подпольные миллионеры: вся правда о частном бизнесе в СССР - Михаил Козырев

Основы нового предпринимательского сословия из цеховиков не вышло.

И ладно бы исчезли спекулянты, фарцовщики, толкачи и все, кто кормился, паразитируя на неэффективности советской системы распределения благ. Процветание обошло стороной и тех, кто действительно что-то производил. Мог заместить выпуском своей продукции рухнувшие советские заводы и фабрики. История Марка и Ольги – нечастое исключение. Таких, кто был готов работать своими руками, производить полезные для людей вещи, было немного среди подпольных советских предпринимателей. Еще меньше их «выжило», сохранило бизнес в бурные 90-е и в последующий период стабильности.

Бизнес, как и при старом (или теперь не таком уж и старом?) режиме, ведет себя соответственно – решает проблемы с помощью подношений, встраивается в коррупционные схемы, ищет «крышу».

Однако больше удручает другое – среди бизнесменов следующего поколения они также в меньшинстве. То ли десятилетия советской власти, то ли столетия крепостного государства виноваты, но дух предпринимательства, жажда самостоятельного дела по-прежнему остаются уделом жалких 5-10 % населения. И еще меньше тех, кто готов предлагать востребованные на конкурентном рынке товары и услуги. Чаще современный успешный бизнесмен – это человек, отладивший схему откачки государственных денег.

И чем он отличается от старых цеховиков? При этом государство, чиновники сегодня, как и тридцать, пятьдесят лет назад, воспринимают предпринимателей либо как чуждый элемент, либо как дойное стадо. А бизнес, как и при старом (или теперь не таком уж и старом?) режиме, ведет себя соответственно – решает проблемы с помощью подношений, встраивается в коррупционные схемы, ищет «крышу». Готов, если что, к «посадке». И мечтает, сколотив капитал, выехать в страны с более дружелюбным деловым климатом.

Изменится ли ситуация в будущем? Кто знает. Но больших оснований для оптимизма нет.

Осудили, дали 13 лет. Из тюрьмы увезли в ИТК 35 Семипалатинска. Оттуда через два месяца – в Кзыл-Орду. А потом на Мангышлак. В зону 64, что в Новом Узене, в песках пустыни. А дальше страшная 23-я зона переработки. Об этом как-нибудь в следующий раз. Продолжу эту рукопись. И тогда ее вторую часть назову «МЕРТВАЯ ЗОНА».

«Записки советского брокера», Марк Шерман