Рыцарь из ниоткуда - Александр Александрович Бушков

– И чем же вы отличаетесь? – спокойно спросил Сварог.

Напрягся внутренне, пытаясь ее понять. Что-то с ней было не так. Подобное со Сварогом случалось не впервые – когда он не понимал, что именно видит. Нечто. Вот именно, она не была обычным человеком – но Сварог не обнаружил и следа какой бы то ни было черной магии, равно как и знакомого ему белого волшебства. Она попросту была другая. Неяркое сияние, зеленовато-золотистое, окутывавшее ее причудливым ореолом, ему никогда прежде не встречалось – хорошо хоть, не несло в себе никакой угрозы, опасности.

– Вы понимаете, что я такое? – спросила она безмятежно.

– Нет, – сказал Сварог. – Я вижу, что есть в вас нечто, отличающее от обычных людей, но не понимаю сути. Я не маг, не волшебник – понахватался кое-каких вершков… Присядете?

Она кивнула и гибко опустилась на соседний стул. Те же нехитрые способности, что помогли ему увидеть ореол, позволили ощутить запах, точнее то, что за неимением более подходящего в человеческом языке слова, приходилось приближенно именовать запахом. Некий незнакомый, но приятный аромат, почему-то вызывавший ассоциации с морскими волнами, с прозрачной, чистой водой.

– Это, надобно вам знать… русалка, – хрипло сказал капитан Зо.

– Так нас называют на суше, – спокойно сказала девушка. – Сами себя мы, уж простите, называем совершенно иначе, но суть, если подумать, передана верно. Разве что несколько неточно. «Русалка» – слово исключительно женского рода, а у нас не меньше мужчин, чем на суше приходится на одну женщину… Рада с вами познакомиться, король Сварог. Мы о вас немного слышали. Почему вы смотрите на меня так странно?

– Потому что не знаю, о чем спросить, – искренне сказал Сварог. – Не знаю, что в этой ситуации считается серьезным вопросом. В голову лезут всякие глупости, навеянные моряцкими россказнями… Значит, все правда – то, что болтали про тюленей, способных оборачиваться людьми?

Она чуть заметно улыбнулась:

– Правда. Но это – не мы. Люди-тюлени – это совсем другой народ.

– Простите на глупом слове… – сказал Сварог. –

А когда вы в море, у вас есть рыбий хвост?

– Нет. Мы и в море такие, как я сейчас… Давайте я сама, предупреждая вопросы, кое-что расскажу, хотите? Чтобы вы получили некоторое представление… Мы, такие – дети Шторма. Как получилось, что получились мы, никто толком не знает. Шторм случился так давно и был такой дикой загадкой, что слишком многому нет объяснения даже теперь. Мы однажды появились, вот и все. И стали быть. У нас есть свои… способности. И самую чуточку магии. У нас есть свои города и поля. Есть свой король – один-единственный, потому что нас слишком мало для того, чтобы создавать разные державы… вообще, нам достаточно одного короля. Другое мышление, быть может. У нас слишком много места, а державы возникают, когда места для жизни не так уж много, и приходится его делить… И оттого, что нас мало по сравнению с вами, мы не воюем… Я так подробно этого касаюсь…

– Чтобы внушить мне: я не должен вас опасаться, вы мне не конкуренты… Так?

– Да, – сказала она, открыто глядя ему в глаза. – Мы ведь знаем: вы, на суше, во всем неизвестном и во всех неизвестных тут же начинаете видеть соперника и конкурента…

Сварог усмехнулся:

– Ну, не рубите сплеча… Вы преувеличиваете.

– Возможно, – согласилась она. – Мы ведь знаем вас не так уж и хорошо. Бываем у вас на суше… по самым разным поводам, но надолго не задерживаемся. Нам здесь неуютно. Нам хорошо в море.

– Вы меня убедили, – сказал Сварог, все еще сохраняя на лице чуточку напряженную ухмылку. – Вы мне не соперники, отлично… Я готов верить, что все россказни про русалок, топящих и пожирающих неосторожных моряков – бред собачий…

– Но ведь это и в самом деле вранье!

– Приятно слышать, – сказал Сварог. – А как насчет любовны х легенд?

– Ну, это-то большей частью как раз не легенды… Это случается – она покосилась на капитана. – Порой именно так, как это изображено на татуировке Зо, все зависит от девушки…

Капитан крякнул, уставясь в стол с виноватым видом, налил себе рому.

– Вы меня убедили, – повторил Сварог. – Я отношусь к вам без особых подозрений… и дело тут не в моей доверчивости. Где вы видели излишне доверчивого короля? Просто-напросто я равняюсь по капитану Зо. Он великолепно разбирается в морских делах и, смею думать, мне не враг. Вряд ли бы он привел ко мне какое-нибудь злокозненное существо… Кстати, у вас есть имя?

– Меня зовут Аулина. Между прочим, я дворянка. У нас есть нечто соответствующее вашему дворянству…

– Красивое имя, – сказал Сварог. – Лауретта Аулина, а? Я подозреваю у вас ко мне дело? Вы ведь до сих пор, насколько мне известно, как-то не стремились к общению с сушей… Верно?

– Да, все правильно. Меня послал к вам король. Если хотите, в качестве посла.

– И что же мне хочет сообщить мой венценосный брат?

– Что в море неспокойно. Более того, Великий Кракен просыпается.

– И это – все?

– Вам этого мало? – подняла она брови. Сварог сохранил непроницаемое выражение лица, как и подобает опытному королю, принимающему иностранного посла. Но в глубине души чувствовал разочарование. Стоило ей тащиться в Латерану ради таких банальностей…

– Я знаю, что такое Великий Кракен, – сказал он спокойно. – Знаю, чье это воплощение… Воплощение Воды. Что вы мне еще расскажете, Аулина? Что глубоководные рыбы бегут из глубин, а морские птицы спасаются на суше? Что змей Ермундгад поднялся к поверхности?

– К поверхности поднялась Мтигард. Ермундгад еще где-то спит.

– Ах, так их двое? – поморщился Сварог. – Час от часу не легче, а меня устроило бы, окажись змеюка всего одна… а то и вовсе ни одной. Простите, лауретта Аулина, я вовсе не намерен быть с вами резким, неприветливым, враждебным… просто-напросто я король, а вы – посол. А ситуация сложилась… гм, не самая приятная. Поэтому меня в первую очередь интересует что-то конкретное. Конкретное, приземленное, рациональное… способное принести выгоду. Представляю, как любой книжник на моем месте плясал бы от радости – взаправдашняя русалка, способная обогатить науку новыми откровениями… Я же, увы, король. Говоря прозаически – управитель всего этого, за окном, – он сделал рукой широкий жест. – И в таковом качестве мне нужны не приятные собеседники, проливающие свет на тайны морского дна, а серьезные союзники… Я так понимаю, Великий Кракен представляет для вас угрозу?

– Да.