Троян - Ольга Трифоновна Полтаранина

– Жаль, очень жаль! – с сожалением воскликнул Николас.

– Ничего не поделаешь. Мы возвращаемся домой. Вам незачем больше терять время из-за нас. Желаю приятного вечера, друзья, до свидания! – произнёс Бернард и отправился к телефонному автомату, чтобы вызвать такси.

***

«…Есть три вещи, которые нельзя предугадать: любовь, предательство и смерть».47

Враг несёт вред. Это ясно, как день и не требует доказательств. Получить худшее от врага – это норма.

Предательство имеет другую природу. Подлую, как нож в спину. Потому что исходит оно от родных, любимых, друзей, знакомых. Чтобы максимально оградить от него разведчиков-нелегалов, строгие инструкции Центра обязывали их избегать любых контактов с соотечественниками.

В целях безопасности рабочие имена бойцов невидимого фронта знали только их кураторы в Центре. В случае, если бы встреча с Гордиевским состоялась, американские имена Звонцовых, считались бы засвеченным. Фокс и Ренарда оказались бы в зоне повышенного риска (на случай, окажись Гордиевский предателем), что являлось недопустимым и были бы немедленно отозваны в Москву.

И лишь по прошествии многих месяцев, возможно и лет, которые должны были сыграть роль «чистки», их перебросили бы в другие страны, где вероятность встречи с людьми, с которыми они познакомились во время первого внедрения, была бы сведена к нулю. Звонцовым предстояло бы начинать с начала свой зарубежный путь, под другими псевдонимами, с иными биографиями. Или оставаться дома на «тыловой» работе.

Приём в посольстве Королевства Дании

Звездой приёма была Сьюзан Кристен. За полчаса она успела пообщаться не менее чем с полусотней гостей. Щедро раздавала свои визитки и автографы. Улыбалась. Мужчины неотступно толпились вокруг неё.

Николас хотел пробиться поближе, но ему мешала Кларис. Ткнувшись пару раз в плотное кольцо собеседников актрисы, Николас признал безуспешность своих попыток и отошёл в сторону, выжидая удачного момента, чтобы занять выгодное положение рядом со своей подопечной.

Участники мероприятия, от секретарей посольств до министров, подходили к длинному столу, уставленному яствами, набирали еду в тарелки, ели, разговаривали. Суетились официанты. Приносили блюда, убирали использованную посуду.

В плане общения не было преград: поговорить можно было с любым из присутствующих – хоть с президентом, если бы он заглянул сюда.

Люди на этом высоком собрании не были бедняками. Могли позволить себе многое. У них не было проблем ни с выпивкой, ни с закуской ни здесь, ни дома, ни в ресторанах и в том количестве и того качества, которое бы они только захотели. Изысканный вкус собравшихся удивить чем-то особенным было сложно. Алкоголь, представленный здесь в широком ассортименте, рассматривался чем-то вроде небольшого разогрева. Люди собрались здесь ради встреч, новых знакомств и возобновления старых связей.

Общение, общение, общение.

Николас, в первые минуты, озабоченный, как ему казалось, своими утраченными продюсерскими позициями, немедленно пришёл в себя, увидев прямо перед собой, с фужером шампанского, главу Всемирного банка Роберта Макнамару. Оба случайно встретились взглядами и Николас, воспользовавшись моментом, немедленно склонил голову перед известным банкиром и представил себя, в качестве владельца трейдингового агентства Лондонской биржи.

Макнамара с интересом остановился возле него и предложил тост за процветание Королевства Дании. Николас, в свою очередь, поднял бокал за мировой фондовый рынок. Начался профессиональный диалог.

Когда разговаривают финансисты, остальным лучше помолчать, по крайней мере, чтобы не ударить в грязь лицом – одно не верное слово и ты рискуешь прослыть профаном.

С первых минут беседы стало ясно, что встретились коллеги. «На разминку» была затронута тема тенденций валютного регулирования. Затем беседа плавно перетекла в русло стратегии развития валют. И, наконец, Николасу удалось подвести статусного собеседника к вопросам венчурного инвестирования стартапов Кремниевой долины.

Макнамара, за свою бытность в Пентагоне, был изрядно пресыщен масштабными военными проектами и, оказавшись во главе Всемирного банка, считал своим долгом перевести фокус кредитования на целевые программы сокращения бедности. Новые, растущие и борющиеся за рынок предприятия представляли для него теперь особый интерес.

– Почему бы и нет? – произнёс он, после короткой паузы, – Вложение свободных капиталов в высокие технологии приведёт к созданию дополнительных рабочих мест. Всемирный банк располагает ресурсами и готов вкладываться в привлекательные проекты. Вопрос в убыточности, с которым сопряжены стартапы…

– Согласен. Но риск компенсируется высокими процентами, в которых мы учтём возможные потери. Прибыльность достигается за счёт отдачи от наиболее удачных проектов. Рентабельность можно отрегулировать долями участия в эффективных компаниях, – парировал Николас, – со своей стороны, могу гарантировать непредвзятую оценку окупаемости инвестиций.

Макнамара задумался.

– Коллега, приходите ко мне в офис, в среду, на следующей неделе. Обсудим Ваше предложение более детально, – назначил встречу Макнамара. Протянул собеседнику свою визитку и сказал, – Это телефон моего секретаря, с которым заранее надлежит созвониться и уточнить время. Всего хорошего, сэр!

Разговор был окончен. Глава Всемирного банка переключился на следующего собеседника.

Тем временем, Сьюзан давно не спускала глаз с Николаса, а он делал вид, что не замечает её. Время от времени, актриса торопливо подавала знаки продюсеру, в ожидании, когда он освободиться. Наконец, он обратил на неё внимание, но решил не спешить: «Пусть ждёт своей очереди!» Ему ужасно хотелось проучить эту дерзкую девчонку, с пухлыми губками!

Сьюзан едва дождалась, когда Макнамара покинул общество Рюэффов, и немедленно заняла его место. Вместе с ней подошла женщина азиатской внешности: с короткой стрижкой, напоминавшая японского подростка из старого американского фильма, маленькая и худенькая.

– Позвольте представить английскую писательницу, автора знаменитого романа «Эммануэль». Майя Бибид, – пролепетала Сьюзан.

Азиатка рассыпалась в комплиментах и приветствиях, затем, словно из воздуха, извлекла книгу, на глянцевой обложке которой, сияла картинка полуобнажённой прелестницы.

– Как только я увидела Сьюзан в фильме «Обнажённая за забором», сразу поняла, что она и есть моя Эммануэль! – воодушевлённо пояснила Майя, – Я бесконечно счастлива познакомиться с вами!

Николас не знал радоваться такому повороту дел или нет. Он давно ждал момента, поскорее найти повод и покинуть стезю «продюсера порнографических фильмов», как величала его Кларис. Но глядя на радостных Сьюзан и Майи, которые весело щебетали, в предчувствии исполнения мечты, он решил не торопить события и счёл происходящее закономерным стечением обстоятельств, вызванных его стараниями и кропотливыми усилиями.

«Столько времени и средств потрачено на рекламу! Итог – встреча с автором романа. Не плохо, Николас!» – удовлетворённо думал господин Рюэфф, представляя свой отчёт куратору ФБР о списании денег на «раскрутку» нидерландской актрисы.

Вечеринка была в самом разгаре, чудеса только начинались.

Майя, совершенно освоившись на приёме, потащила новых знакомых к французской делегации.

– Режиссёр, фотограф и мой хороший друг – Жюст Жакен! – отрекомендовала она невысокого голубоглазого шатена в очках, – Он, как военный корреспондент,