Суперинтендант и его заботы - Анна Викторовна Дашевская
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Ну что же, монсиньор, благодарю вас за приём и за кофе. За кофе особенно, он был превосходен, как я и сказала синьору Джакомо.
– Прощайте, синьора коммандер.
– До свидания, монсиньор.
Занятая размышлениями, госпожа Редфилд брела, не особо глядя по сторонам, и всё же довольно скоро обнаружила, что вышла на Сан-Марко. Часы показывали половину третьего, отправляться к загадочному знакомцу архиепископа, носящему прозвище «Ящерица», было рано. Кофе не хотелось вовсе. Хотелось сведений, а конкретно – информации о том, где искать Лючиано Корнаро.
– Каннареджо, – пробормотала Лавиния. – Что же, попробуем действовать согласно принципу, изложенному монсиньором…
Быстрым шагом она дошла до ближайшей стоянки гондол; там стояло несколько лодок, на одной из них в традиционной позе дремал гондольер в полосатой майке.
– Эй! – окликнула его Лавиния.
Тот продолжал сладко спать. Тогда, слегка рассердившись, госпожа Редфилд прицелилась и запустила искорку ему в подбородок, видневшийся из-под надвинутой на глаза соломенной шляпы. Молодой человек подпрыгнул, уронил канотье, увидел нетерпеливую пассажирку и выскочил на набережную.
– Прошу, синьора, – склонился он, подавая руку. – Куда желаете? Прогуляться или по делу?
– По делу. Мне нужно найти человека в сестьере Каннареджо.
– Каннареджо большой район, синьора.
– Мне рекомендовали спрашивать возле церкви.
– Это хороший совет, – гондольер скинул причальный канат, ловко пробежал по лодке и оказался у Лавинии за спиной. – Тот, кого вы ищете, живёт в собственном доме или ютится в квартире?
– Полагаю, что у него дом. Точно знаю, что не клановый.
– Тогда лучшее место для расспросов – паперть Chiesa di San Marcuola. Она выходит на Гранд Канал, увидите сами. Тут недалеко, всего минут двадцать.
– Хорошо, годится. Как вас зовут?
– Пьетро, синьора.
– Хорошо, Пьетро, – повторила она. – Поехали.
Гондола довольно ходко шла по Гранд Каналу, лишь чуть-чуть покачиваясь на волнах, поднимаемых встречными тяжёлыми катерами. Выглянувшее солнце осветило слегка полинявшие, но всё ещё прекрасные дворцы, позолотило металлический {ferro} на носу лодки, рассыпалось блёстками по воде. Лавинии пришлось зажмуриться, а когда она открыла глаза, то увидела, что их гондола остановилась и пережидает, пока развернётся неуклюжая барка, гружёная ящиками с салатом и капустой. Рядом точно так же ждали ещё три или четыре лодки, гондольеры перешучивались, пассажиры терпеливо сидели. На рядом стоящей гондоле стояла кабинка, felze, выкрашенная в чёрный цвет, с наглухо задёрнутой шторкой. «Кажется, это означает, что там парочка, которая не желает, чтобы её беспокоили, – лениво подумала госпожа Редфилд. – Не знаю, что за удовольствие встречаться вот так, в крохотной кабинке, качающейся на волнах? Отелей в городе полно…».
Гондольер, стоявший за кабинкой, отличался от всех прочих – он не перебрасывался с ними шутками, на нём не было традиционных полосатой майки и шляпы с красной лентой, зато лицо было закрыто маской, самой простой, из нераскрашенного белого папье-маше. С соседней лодки его окликнули, он молча помотал головой; окликавший снова выкрикнул что-то на непонятном госпоже Редфилд местном диалекте, потом, разозлившись, толкнул гондолу с кабинкой веслом. Та покачнулась, шторка приоткрылась, и за ней Лавиния даже не увидела, а угадала знакомое лицо.
Бледное, без кровинки, с закрытыми глазами, запрокинутое лицо Джан-Франко Ринальди.
В этот момент грузовая барка наконец развернулась, всё пришло в движение, и загадочная гондола с кабинкой скользнула в узкий боковой канал.
– Вы сможете догнать ту лодку? – развернулась Лавиния к своему гондольеру.
– Нет, синьора, увы. Мы уже миновали тот rio, а разворачиваться здесь нельзя. Они вам нужны?
– Да!
– Минуту…
Тут Пьетро сделал вещь, немало её удивившую: он покрутил ладонью, будто наматывая на неё нечто невидимое, потом слепил их этого невидимого комок и, извернувшись в вовсе уж немыслимом повороте туловища, кинул этот комок в исчезающую корму.
– Ну вот, – сказал он весело. – Ближайшие четыре часа мы с вами будем точно знать, где находится этот тип. Между прочим, он не из наших, так что я всё равно должен сдать его городской страже.
– За что?
– Раз он не из наших, значит, не имеет лицензии гондольера. Значит, катер водить может, а вот гондолу – нет.
– Понятно. И как же мы сможем увидеть ту лодку?
– Сейчас причалим, и я вам покажу… Тут недалеко, смотрите по правой стороне, сперва будет Ка’Вендрамин-Калерджи, потом небольшой садик, потом узкая rio, а там уже и нужная нам площадь.
И в самом деле, оказалось недалеко.
Проплыли мимо высокие сдвоенные окна и красно-жёлтые полосатые столбы дворца, мелькнул узенький канал, и гондола мягко ткнулась в доски причала. Пьетро набросил канат на столб, подал пассажирке руку, помогая выйти, и сказал:
– Вот церковь святой Маркуолы, помощницы Великой матери, – он обвёл лицо жестом адептов этой религии. – Перед ней площадь, там сидят старики, пьют вино… Хотя вот что, синьора, я, пожалуй, схожу с вами! Со мной там по-другому будут говорить. Только надо за место заплатить, пять дукатов в час.
Лавиния молча вытащила из кошелька пять двойных дукатов.
– Отлично! А того поганца мы отследим вот так… – тут молодой человек вытащил из кармашка на спинке кресла гондолы обыкновенную бумажную карту и развернул её.
Карта пестрела непонятными пометками, но была вполне читаема. «Таких не существует!» – мысленно передразнила госпожа Редфилд архиепископского секретаря, и внимательно уставилась на то, что делал Пьетро.
А Пьетро провёл над картой ладонью, что-то шепча, и на бумажной поверхности загорелась яркая синяя точка.
– Ага, – ухмыльнулся гондольер. – Вот наш дружок, лодка стоит на Рио-делле-Горне, это рядом со старым арсеналом, в сестьере Кастелло.
– И там где-то поблизости верфи, так?
– Да, синьора.
– Поня-ятно, – протянула Лавиния, внимательно разглядывая синий огонёк. – Потом расскажете, как вы это делаете?
– Посмотрим, – уклончиво ответил Пьетро. – Так что, идём искать вашего знакомца? Как его имя?
– Лючиано Корнаро, – ответила госпожа Редфилд. – Но мы… мало знакомы.
Выглядела она при этом столь безмятежно, что и младенец бы ей не поверил, так что гондольер посмотрел на неё внимательно.
– А вы, синьора, его по каким делам ищете?
– По служебным. А какие ещё могут быть варианты?
– Ну, мало ли…
Видно было, что Пьетро колеблется. «Какого Тёмного, – подумала Лавиния. – Никаких важных секретов я не выдам, и дело у меня касающееся безопасности этого города!». Она достала из кармана куртки визитку и протянула молодому человеку. Тот взял кусочек картона с такой опаской, словно тот мог извернуться и укусить. Прочитал, кивнул своим мыслям и согнулся в низком поклоне.
– Приказывайте, синьора.
– Идём искать.
На небольшой площади умещались только неизменный колодец, раскидистое дерево (яблоня? без листьев не поймёшь) и несколько скамеек. Скамейки были все заняты теми самыми стариками, пьющими вино,