Повеса из Пуэрто-Бануса - Кэрол Маринелли

– Конечно, – сказала Эстель. – Анхела считает, что, если я люблю тебя, мне следует убедить тебя помириться с отцом, пока еще есть время. Она хочет, чтобы мы поехали повидать их в Сан-Себастьяне.

– Слишком поздно разыгрывать из себя счастливое семейство.

– Анхела сказала, что она не хочет, чтобы ты страдал от чувства вины, как было после смерти твоей мамы…

– Это здесь ни при чем. – Рауль не стал развивать тему.

Они сели на песок и посмотрели на яхту. Эстель видела, как члены экипажа сновали по палубе. Трудно было поверить в то, что подобная роскошь существует на земле, и именно ей посчастливилось оказаться в сказке. Но это ее мало интересовало. Рауль сам по себе был той роскошью, о которой грезила Эстель.

– Я не знала, что отвечать ей, – призналась Эстель. – Ты обещал рассказать мне больше. Я совершенно ничего не знаю ни о тебе, ни о твоей семье.

– Хорошо, я расскажу все, что тебе нужно знать. – Рауль помедлил, размышляя о том, как бы получше все объяснить. – У моего деда, отца моей матери, была небольшая гостиница. Она приносила хороший доход, и дед построил еще одну и купил землю на севере.

– В Сан-Себастьяне?

Рауль кивнул:

– После его смерти дело перешло к его детям. Мои родители поженились, и отец вошел в семейное дело, но ему не везло или он сам так считал, хотя именно он занимался постройкой гостиницы в Сан-Себастьяне. После моего рождения мамино здоровье ухудшилось. Как я понимаю, у нее была депрессия. Тогда отец начал спать с Анхелой, а та, видимо, чувствуя себя виноватой, уволилась и уехала к своей семье, но они с отцом опять стали встречаться…

– Откуда ты все это знаешь?

– Отец все мне рассказал в день, когда мы с тобой познакомились.

Только теперь Эстель поняла, что для него эта ситуация была такой же новой, как и для нее.

– Анхела забеременела, отца мучила совесть, и он рассказал все матери. Он хотел знать, сможет ли она его простить. Она устроила сцену, рыдала, кричала на него, велела ему убираться, и отец уехал к Анхеле, которая была на сносях. Он думал, что мама все расскажет своим родственникам, обратится за поддержкой к ним, но она не сделала этого. Когда она разбилась в аварии, отец вернулся из Сан-Себастьяна, и оказалось, что мама ничего никому не рассказала о его другом ребенке. Ее семья радушно приняла его назад. – Рауль помолчал. – Но скоро они обо всем узнают.

– Анхела сказала, ты винишь себя в смерти матери. Почему?

– Это все, что тебе нужно знать. – Рауль посмотрел на нее. – Теперь твоя очередь. Рассказывай.

– О чем?

– Почему ты солгала?

– Я не лгала.

– И отец тоже не лгал, умолчав о том, что у него есть еще один ребенок? И Анхела не лгала, не сказав мне о том, что ее сын Лука приходится мне братом? Хорошо, может, ты и не солгала, но ты ввела меня в заблуждение.

Рауль пристально смотрел в лицо Эстель. Она отвернулась и уставилась на море.

– Мне была нужна опытная женщина.

– Прости, я пока не знаю всех способов доставить тебе удовольствие в постели.

– Да я не о сексе! – взорвался Рауль. – Мне была нужна женщина, способная держать все под контролем, женщина, которая следовала бы договору, которая бы не стала в меня влюбляться…

– Ты такой высокомерный! – вспыхнула Эстель. – Неужели ты думаешь, что я могу влюбиться в бесчувственного подлеца, который думает только о деньгах? Которому не нужны глубокие чувства, который указывает мне, что надевать и когда загорать? – Ее глаза сверкали. Она выпустила на волю весь гнев, который скопился в ней за прошедшие пару дней. – Рауль, я не позволю мужчине решать, во что мне одеваться, рассказывать моему парикмахеру, как меня подстричь, и объяснять маникюрше, каким цветом накрасить мне ногти. Ты получаешь то, за что заплатил, то, чего ты хотел и чего требовал. Считай то, что я досталась тебе, приятным дополнением к сделке.

Эстель и сама почти верила в то, что говорила. Она гнала прочь глупые мысли, которые закрались ей в голову, пока она засыпала в его объятиях накануне ночью. Похоже, Рауль не напрасно сомневался в том, сможет ли она выполнить свою часть сделки, потому что было практически невозможно не влюбиться в него.

– Я делаю это ради денег, Рауль, я с тобой по той же самой причине, по какой была с Гордоном.

Раулю была отвратительна мысль о том, что Эстель была в одной постели с Гордоном, он не мог даже думать об этом, но, представив себе их вдвоем, он нахмурился.

– Я не спала с Гордоном, я подменяла Джинни, – добавила Эстель.

– Вы спали в одной кровати, – возразил Рауль. – А о его репутации ходят легенды…

– В отличие от тебя, Гордон не хотел ехать на свадьбу один, – деликатно ответила Эстель.

– Значит, он заплатил тебе за то, чтобы ты притворилась его содержанкой? – спросил Рауль. – А бар «У Дарио»… – Рауль умолк и нахмурился, осо зна вая, как далеко Гордон был готов зайти, но тут еще более глубокая морщина пролегла между его бровями, когда он все осознал. – Неужели Гордон… – Он не договорил, ему не было до этого никакого дела. – Деньги нужны тебе, чтобы помочь брату?

Девушка молча кивнула.

– Эстель, я не стану ставить под сомнение твои мотивы…

– Вот и не ставь.

Ее предостережение не остановило его.

– Эндрю бы не хотелось, чтобы ты так поступала.

– Поэтому он никогда не узнает об этом.

– Уверен, будь у меня сестра, я бы не хотел, чтобы она…

– Не сравнивай себя с моим братом. Сестры у тебя нет, зато есть брат, которого ты и знать не хочешь.

– А это тут при чем?

– Мы с тобой очень разные, Рауль. Если бы я узнала, что у меня есть где-то брат или сестра, я бы сделала все, чтобы разузнать о них, встретиться, а не строила заговоры.

– Ничего я не строю. Я просто не хочу, чтобы ему досталось то, что по праву принадлежит мне. Да и работать с ним бок о бок мне не хочется.

– Зря ты так.

– Нет, не зря, – ответил Рауль. – У меня уже есть все, что мне нужно.

– У тебя есть все то, что можно купить за деньги, – возразила Эстель. – В том числе и я.

Чтобы закончить неприятный разговор, Рауль поцеловал ее, но она не ответила ему. Вчера ночью она целовала его совсем иначе. Рауль хотел снова ощутить близость с Эстель, это трепетное желание заботиться о ней.

Они могли бы приятно провести время. Раулю совсем не хотелось, чтобы Эстель была напряженной, грустной, чтобы она чувствовала себя незащищенной.

Он заметил, какой у Эстель упрямый характер, его восхищало то, как далеко она может пойти из любви к своей семье, и теперь он действительно поверил в то, что его любовь ей не нужна.

Рауль помог Эстель надеть купальник. Ее застенчивость вовсе не вывела его из себя, а, наоборот, показалась ему милой, и он улыбнулся.