Забытый пантеон. Ушедшие хранители Яви - Антон Костров

— Отлично, Серый, — не скрывая радости, ответил Кирилл. — Я как раз поэтому и звоню тебе, есть работа для тебя, такая, как тебе хотелось бы. Правда, я боялся, что ты женился, стал домашним. Кстати, девушка у тебя-то есть?

— Девушка-то есть, — ответил я, — но на свадьбу денег еще надо заработать. Мы с ней уже год встречаемся, и все никак не решусь предложение сделать, с моей-то зарплатой. Коплю пока. А там свадьбу сыграем, и о ребенке подумать можно. Так что за работа?

— О, работа интересная и хорошо оплачиваемая. Поверь, сразу получишь раза в четыре больше, чем сейчас зарабатываешь. При этом еще на еду и на жилье тратиться не надо. Все деньги будут на карту приходить. Трудоустройство согласно ТК РФ, — продолжал он. — И как раз делать нужно то, что ты любишь: по сути быть егерем или лесником, как тебе всегда хотелось.

— Интересно, — сказал я, — прямо не работа, а мечта. Так что делать-то надо?

— Ничего противозаконного, я же тебе говорил, что наша фирма занимается геологоразведкой. Так вот, как правило, геологоразведка эта проходит в жутких местах: лесах, болотах, в горах, и все в таком духе. Геологи, геофизики, водители вездеходов и прочие, конечно, хорошие специалисты, но всегда нужен человек с опытом как владения оружием, так и выживания в незнакомой местности. В основном все всегда проходит спокойно. Но бывает, что нужно отогнать выстрелом какое-нибудь любопытное или чересчур смелое животное, провести с учеными инструктаж, что можно и чего нельзя делать в лесу.

— А что по времени? — продолжал спрашивать я. — Наверняка это не на пару дней?

— Да, Серега, к сожалению, каждая такая командировка — это месяца на три минимум, — честно ответил Кирилл. — В общем, расклад такой, подумай, друг, номер мой у тебя есть, и не тяни с ответом, да-да, нет-нет. Ответ нужен сегодня к вечеру, а то уже необходимо собирать экспедицию.

— Хорошо, Кирилл, я поговорю со своей, думаю, найду аргументы, — с уверенностью сказал я. — Позвоню часиков в девять вечера. Ты же дома? Значит, часиков в семь, по-вашему.

— Добро, буду ждать звонка, — сказал сослуживец и положил трубку.

Разговор тогда с Еленой состоялся неоднозначный. Конечно, ей хотелось, чтобы я ушел с ночной работы, ей она не нравилась. И ведь переживала не из-за того, что там всегда полно полуголых молодых девушек навеселе, готовых по пьяни сделать что угодно. Скорее боялась из-за обдолбаных подонков, которые могут в случае чего пырнуть ножиком или разбитой бутылкой. И отпускать меня в лес, где полно диких зверей — эта идея тоже не казалась ей очень хорошей. Но с доводами не поспоришь — деньги нужны. Нужны не только на свадьбу, но и на семью.

В этот вечер Елена преподнесла мне сюрприз: она рассказала о своем положении. Боже, какое это счастье, хоть и немного преждевременное, но счастье неописуемое! Эта новость стерла окончательно все сомнения о том, стоит ли принимать предложение. Ведь нас теперь будет трое, а это значит, хоть умри, но обеспечь семью всем, чем необходимо. Так меня учили и воспитали родители.

Первая командировка продлилась почти два месяца, прошла она в лесах Карелии, искали залежи хромового железняка. Прошло всё довольно рутинно и, если бы не красота того края, великолепие и разнообразие природы, то можно было бы сказать, что и скучно. Но работа есть работа, и она сделана. Заплатили тогда по-царски. Сначала сомневался, что за такую работу столько могут платить. Ну, отпугнул пару раз стаю волков, раза три косолапый на километр приблизился. Но ничего страшного, выстрела в воздух из карабина было вполне достаточно, чтоб любопытный гость убрался восвояси. Когда я вернулся домой, мы сыграли скромную, но все же свадьбу, ведь дети должны рождаться в законном браке.

Выбрал поудобнее место, расположился на ветке, улыбнулся, вспомнив пушкинский дуб зеленый, и достал телефон. К моему удивлению, он ожил и зазвонил. В трубке раздался знакомый голос друга:

— Алло, Серега, ты живой? Что случилось?

— Конечно, живой, рано мне еще о другом думать, — попытался я его успокоить. — А что с нами произойти может?

— Мы тут с ума сходим. До вас, как вы лагерь разбили, не дозвониться. А пару часов назад позвонили заказчики, сказали, что при бурении на пустоту какую-то наткнулись, и обвал произошел. Техника взорвалась, короче, мол, все вы погибли, и тела ваши не извлечь из-под завала. Я пытался позвонить тебе, но связь не работала.

— Погоди, Кирилл. Какой провал? Какой взрыв? Ну, просел немного бур, так вытащили, — удивленно сказал я. — Мы нашли пещеру какую-то, там хлам всякий древний. Решили вам позвонить, проконсультироваться, что дальше делать, а так все живы и здоровы. Связь и вправду там не работает, как будто глушит кто специально, я такое впервые вижу, — начал объяснять я ему.

— Ничего не понимаю, — ответил он. — Серега, давай-ка, вы в город выходите. Что-то тут неладное творится. Я, конечно, попробую кое-что узнать. Но, пока не выйдете из леса, ни с кем не связывайтесь. Нечистое тут дело, подобное помню, лет восемь назад одна группа пропала при невыясненных обстоятельствах.

— Договорились, — ответил я и выключил телефон.

Я сидел на толстой ветке дуба, держа спутниковый телефон во вспотевших руках. Разговор с моим другом Кириллом прошел как-то не так, как планировалось. Странные новости о моей смерти и гибели моей группы озадачили меня. Новость шла от заказчиков этого похода, которых тут и в помине нет, разве что водитель вездехода, он единственный не из нашей команды. Тут явно творится какая-то ерунда. Мысли, словно набат, стучали в голове, одна невероятнее другой. Ужас и самые плохие предчувствия медленно наполняли меня, в мозгу вертелась одна мысль — мы с ребятами нашли что-то поистине необыкновенное. «Надо срочно выводить людей, — подумал я, — причем как можно быстрее». Хотя крошечная надежда на то, что это просто недоразумение, все еще теплилась где-то в груди.

Из задумчивости меня вывел далекий стрекочущий звук. Я долго работал в экспедициях, поэтому понял сразу, что это такое. Мы много раз с нетерпением ждали его, этот звук подлетающего вертолета. Он всегда означал только хорошее — нам привозили еду либо эвакуировали раненого, либо самый счастливый момент, когда вертолет увозил нас в