Легенда о Рэндидли Гостхаунде - Puddles
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Это война, — тихо сказал Рэндидли. И когда он произнес это слово, он позволил всему разочарованию из-за собственной слабости улетучиться. Он был не один. У него были союзники, которым он должен был доверять. Вместо того, чтобы позволить своему разуму рыться в нитях беспокойства, которые недавно проявились в его сознании, Рэндидли потянулся к поясу и поднял Философский Ключ.
Он не пытался активировать ни одну из способностей, что почти сразу свело бы на нет все достижения Рэндидли на фронте его ментальной энергии, но Рэндидли внимательно изучил сам ключ.
Его золотая внешность тускло блестела. Два квадратных зубца на конце ключа были освежающе простыми. Он не выглядел дорогим или мощным. Он просто выглядел функциональным. Потому что в конечном итоге ключ — это всего лишь инструмент. Что действительно важно, так это то, как ключ относится к миру. И чтобы выяснить это… проще всего посмотреть на владельца.
Философский ключ, да…
Воспламеняющая эссенция зашевелилась в груди Рэндидли. Он не слишком углублялся в эти мысли, но Рэндидли размышлял о своей роли. Что он мог сделать? Откуда взялась его личная сила?
Каким был Философ?
Назначенный срок до перерыва тикал все ближе. И всего за минуту до окончания четырехчасового перерыва на поле боя кое-что изменилось.
Даже с помощью отдельных лиц с левого фланга правый фланг сил Эфира, наконец, прогнулся. Один из внутренних лагерей был полностью выпотрошен, оставив два лагеря справа от него полностью изолированными и окруженными сезоном злобных зверей Пустоты, смотрящих на него голодными глазами.
Знакомый образ лорда Милна зашевелился над возвышающимся скалистым выступом. Его личные силы пришли в движение.
Леди Иеллайя перестала играть с примерно тридцатью Стражами Пустоты перед ней и бросилась вперед, убив полдюжины всего за пять секунд. Черный ихор Хранительницы врат Пустоты капал на ее вороньи крылья, полностью сливаясь с ней.
В ответ на эти изменения все поле боя осознало одну вещь: над полем битвы в Великой Трещине Король Пустоты наконец открыл глаза. Его тело не было огромным, но эти два глаза горели, как вспышки в Великой Трещине. Не нужно было произносить ни звука, поскольку его ненависть была достаточным признаком того, что состояние поля битвы вот-вот изменится.
Глава 1194.
Когда до перерыва оставалось всего тридцать секунд, Рэндидли оторвал взгляд от движущихся сил двух главных бойцов на поле боя и ненадолго осмотрел свой экран Пути. В конце концов, он неуклонно накапливал PP на протяжении всей этой безумной конфронтации. Несмотря на то, что Рэндидли был активен только одну пятую всего сражения, он многого добился. Его текущее общее количество PP составляет 523.
И его ждало несколько новых Путей.
Повелитель зловещего леса 0/450, Сотрудничество с образами I 0/100, Улучшение тела I 0/?, Борьба химеры II 0/??
Рэнди тихо бормотал себе под нос, пока его глаза по очереди взвешивали каждый из вариантов. Первая была довольно явной ссылкой на его Класс. И тот, который, казалось, будет продолжать фокусироваться на Рэндидли как на лидере. Второй, на первый взгляд, был построен вокруг создания метода смешивания изображений. Что, учитывая индивидуальную силу трех изображений Рэндидли, определенно стоило того, чтобы идти по этому пути.
И Иггдрасиль, и Мрачная Химера работали вместе, чтобы усилить мое тело… Тем не менее, Рэндидли сосредоточился на своих мыслях и продолжил другие варианты.
Возможно, третий вариант был связан с напряжением, которому Рэндидли подвергал свое тело в последнее время. Похоже, Система восприняла его мазохизм как сознательный выбор, направленный на создание более сильного тела. Четвертым и последним вариантом, казалось, была эволюция Проклятия Химеры, которая предоставила Рэндидли злобно нацеленный Навык Заражения Пустоты. Конечно, этот путь дал Рэндидли довольно много характеристик во время завершения, но целевой навык наполнил Рэндидли жаждой мести Системе, которую он намеревался утолить.
Позже, сказал себе Рэндидли. В сочетании с путями, которыми ранее обладал Рэндидли, было, конечно, слишком много вариантов, чтобы их можно было легко выбрать. Особенно, когда бои на передовой были такими хаотичными. Особенно, когда сердце Рэндидли упорно подсказывало ему, что что-то не так в образах леди Иеллайи и Абиодуна. Его разум был занят слишком многими направлениями; не было никакой спешки с выбором единственного варианта.
Словно в поддержку мыслей Рэндидли, его внутренние часы сказали ему, что его перерыв закончится через десять секунд.
Поздравляем! Ваш навык Absolute Timing (Ru) вырос до 110 уровня!
Рандомно хрустнул костяшками пальцев. Наверху открытые глаза Короля Пустоты продолжали гореть добела и осматривать поле битвы. Медленно и отчетливо привратник Пустоты перевел взгляд с лорда Милна на вершине скалистого выступа на леди Иеллайю. Полностью проигнорировав этот взгляд, леди Иеллайя использовала свои крылья, чтобы выпотрошить еще одного привратника Пустоты. Уже количество оставшихся перед ней сократилось до пятнадцати. Не говоря уже об огромной тьме, которую тащил за собой змей с крыльями ворона, которая, казалось, душила среднего Зверя Пустоты в окрестностях своим присутствием.
Хотя восприятие Рэндидли до сих пор было приглушенным на поле боя, он мог чувствовать силы Пустоты, использующие свой новый плацдарм, чтобы атаковать некоторые из лагерей эфира с трех сторон. Потери быстро росли. Тела были свалены в кучу, пока звери Пустоты шли вперед. Почти все подкрепления, отправленные на ту сторону поля боя, были уничтожены, остались только первоначальные силы, застрявшие в своих укреплениях.
Тем не менее, эти последние оплоты также находились под шквальным огнем. Даже с учетом преимуществ базы, с которой можно было действовать, командиры этих сил быстро утомлялись.
И командиры были единственной защитой от Стражей Пустоты.
Моя роль… Случайно взглянул еще раз на Вуаллу, а затем перевел взгляд вверх, на леди Иеллайю.
Перерыв Рэндидли закончился. Он сделал один шаг вперед. Его мана закипела в его венах, когда он сделал глубокий вдох и израсходовал почти пять тысяч из своих девяти тысяч маны за одно мгновение. Ощущение немедленной потери было, конечно, странным. Из-за того, что он занимался гравировкой, Рэндидли был хорошо знаком с поведением Маны. В определенных количествах мана, казалось, слипалась. Выделить отдельные капли маны было непросто.
Тем не менее, Рэндидли не утруждал себя никакими попытками контроля. Вместо этого он позволил огромной массе маны сконденсироваться и взорваться, когда он заставил ее использовать свой навык. Вокруг него задрожали укрепления. При одновременном использовании столько маны стало больше, чем просто пять тысяч капель маны. Это стало настоящей бомбой, готовой взорваться с силой.
