Хулиган. Его тихоня - Эла Герс

Таня откинула голову назад и ее лицо исказилось от боли.

— Ксюша, пожалуйста, — голос Данила в одно мгновение стал мягким и умоляющим. — Одну минуту. Это все, о чем я прошу. Дай мне поговорить с тобой хотя бы одну минуту. Пожалуйста. Ты должна услышать то, что я хочу сказать.

— Нет, Данил, прости, — тихо ответила я, не встречаясь с ним взглядом. — Но я не хочу ничего слушать. Я лишь хочу, чтобы меня оставили в покое.

— Пожалуйста, Ксюша. Ты должна знать, почему Орлов…

— Она сказала “нет”, ты разве не слышал? — перебила его Таня. — Так что проваливай отсюда.

Данил бросил на нее сердитый, жесткий взгляд и я увидела, как он крепко сжал свои кулаки. Меня охватил ужас.

“А ты же знаешь, что с нами нельзя связываться. Если не хочешь, чтобы тебе было чертовски больно, не связывайся с нами.”

Сердце бешено забилось в груди.

Таня была в опасности. Она могла оказаться на том проклятом складе за то, что дерзила Громову.

Из-за меня.

О, нет…

Нет, нет, нет!

— Прости. Прости нас, Данил, — я начала всхлипывать, встав перед Таней и закрыв ее собой. Градова вцепилась в мое плечо, пытаясь оттащить меня назад, но я не поддалась. — Она просто пытается защитить меня. Она не имела в виду то, что сказала.

— О чем, блять, ты говоришь, Ксюша? — недоуменно спросил Данил.

— Не трогай ее, — пробормотала я, смотря на него взглядом, размытым из-за слез. — Пожалуйста, не делай ей больно. Просто уходи. Пожалуйста, прошу тебя, уходи.

Боль, отразившаяся на лице Данила, заставила меня закрыть рот.

— Я никогда не причиню ей вреда, — прохрипел он, посмотрев за мое плечо. — И я никогда не причиню вреда тебе!

Таня крепче вцепилась в мое плечо и задрожала. Данил выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но решил не делать этого. Покачав головой, он стремительно ушел.

Не знаю почему, но на меня вдруг нахлынуло чувство вины. Смущенная смесью чувств внутри себя, я повернулась и увидела Таню со слезами на глазах.

— Тань, что случилось? — спросила я в тревоге.

— Ничего, — она сглотнула и отвела взгляд, смаргивая слезы. — Я… Я просто тронута твоей защитой, — ее глаза вернулись ко мне и она вытерла слезы с моего лица ладонями. — Но я могу защитить себя, Ксюша. Ты должна думать только о себе, слышишь?

Я кивнула. Таня выпустила дрожащий вздох и опустилась на скамейку.

— Я… Я пойду в туалет, — сказала я, все еще дрожа от неожиданной встречи.

— Я с тобой, — Таня тут же начала подниматься.

Я быстро покачала головой.

— Не надо. Я скоро вернусь.

Она пристально посмотрела на меня, словно решая, можно меня отпускать или нет, а затем села назад и ответила:

— Ладно.

Прежде чем она успела передумать, я повернулась и стремительно покинула кафетерий, благо студенты не увидели нашей стычки с Громовым и не обращали на меня никакого внимания.

Мне нужно было пространство и время, чтобы собраться с мыслями. Потому что я уверенно сходила с ума.

Часть меня знала, что Данил не желал мне зла, он доказал это, когда пытался помочь мне прошлым вечером, но, после увиденного, я стала подсознательно бояться его.

Я медленно плелась по коридору, ощущая на себе тяжелый груз боли. В голове проносилось множество мыслей, но в основном о том, как все быстро развалилось. Подобно карточному домику.

Что мне теперь делать?

Я села на нижнюю ступеньку лестницы, уперлась локтями в колени и закрыла лицо руками.

Что мне делать?

Вовлекать в это кого-то другого определенно не стоило. Я хотела рассказать Тане о случившемся или спросить, что ей известно о прошлом вечере, но не могла. Я помнила его предупреждение держать язык за зубами.

И я была слишком напугана и труслива, чтобы узнать, что он сделает со мной, если я расскажу об увиденном.

Между нами все было кончено. Леша четко дал мне понять, что все будет кончено, как только я уйду, нет, убегу от него. Но я все еще любила его.

Каким бы ужасным ни был его поступок прошлым вечером, как бы я ни была напугана тем, каким он оказался на самом деле, я все равно любила его.

Как самонадеянно с моей стороны было думать, что когда-нибудь я перестану его любить.

Значит, между нами действительно все кончено.

Внезапная агония отчаяния охватила меня.

Неужели между нами и правда все кончено?

— Это привычка или вам действительно нравится сидеть на ступеньках?

Испугавшись, я подскочила на ноги и слишком быстро повернулась, потеряв равновесие. Пошатываясь, я начала заваливаться назад, но кто-то схватил меня за руку, потянув обратно. Я задохнулась, когда увидела, кто это был.

Это был ректор.

— Простите, — он отпустил мою руку и сверкнул улыбкой. — Я не хотел вас напугать.

— Н-нет, — заикаясь ответила я, чувствуя, как мое лицо залилось краской. — Это моя вина. Мне не следовало здесь сидеть.

Он спустился с последней ступеньки и посмотрел на меня. Застыв на месте, я могла только таращиться на ректора, как последняя идиотка.

Он действительно был красив и достаточно элегантен в своем костюме. Чем с легкостью сводил с ума.

— У вас все хорошо? — с любопытством спросил он.

Я уставилась в его голубые глаза, остолбенев от того, какими гипнотическими они казались, и выложила всю правду:

— Нет, — призналась я.

Он казался смущенным моим ответом и я тут же пожалела о своей откровенности. Но его лицо было слишком ослепительным, слишком открытым и дружелюбным. Знал ли он, что так влиял на людей?

— Могу ли я чем-нибудь вам помочь? — предложил он.

Я поморщилась, покачав головой.

— Нет, Леонид Арсеньевич. Это… личное.

Его взгляд стал оценивающим.

— Но вы будете, не так ли?

— Что я буду? — спросила я нахмурившись.

— Вы будете в порядке?

От доброты в его глазах мне снова захотелось разрыдаться. Я сглотнула и отвела взгляд. А когда я вернула глаза обратно к ректору, его брови были сведены вместе, как будто он был излишне расстроен тем, что не мог мне помочь. Это заставило меня улыбнуться.

— Да, конечно, — тихо ответила я.

Его лицо прояснилось и он снова одарил меня одной из своих ослепительных улыбок.

— Хорошо, — он похлопал меня по плечу. — Оставайтесь позитивной, Ксения. Пока что просто делайте то, что можете делать. А со временем все наладится.

Он в последний раз похлопал меня по плечу, улыбнулся и ушел по своим делам. Я смотрела ему вслед, думая о том, какой он классный и как повезло нашему университету с таким