Клетка для лжецов - Сия Кейс

— Не могу, — Выдавил Вэйл, — Прямо сейчас не могу. Надо взять с собой кое-кого.

— Гляжу, не ценишь ты мою доброту… — Кейн с презрением сплюнул в сторону.

Вэйл чувствовал, как из свежего пореза сочится кровь, но судя по боли, он был совсем неглубокий. Ерунда — затянется через пару дней. Но в то, что на этом с механизмом покончено, как-то не верилось.

С другой стороны — вот же он, в руке у каторжника, отдельно от Вэйла. Что еще нужно?

— Я никому тебя не сдам, — Поклялся пилот, заглядывая в холодные двуцветные глаза, — Я знаю, что такое хотеть мести. А ты знаешь, что такое пообещать покойнику? Другу.

Именно сейчас, в тот момент, когда Вэйл уже перестал на что-то надеяться, Кейн вдруг взял и сдался. Пилот аж опешил — неужели такой мрази было известно такое слово, как “друг”?

Впрочем, мало ли кем он был до Шестого кольца…

Вытерев нож о штанину, Кейн поднялся на ноги и посмотрел на Вэйла сверху вниз:

— Пшел вон. Хоть кому пикнешь — церемониться не стану.

* * *

Лорента не могла думать обо всем сразу. Склонившись над записями Ная, она снова и снова мысленно возвращалась к бабушке, что сидела в кресле и не издавала ни звука с тех самых пор, как Лорента принесла ей воды и получила в ответ неубедительное сообщение о том, что ей полегчало.

— Ба, все в порядке? — Не выдержав, девушка вновь оторвала глаза от почерка Ная и посмотрела на бабушку.

— Ты спрашиваешь уже в пятый раз за последние полчаса, — Слегка ворчливо отозвалась она, — Не отвлекайся, мне намного лучше.

— Спрошу и в шестой, если пойму, что ты меня обманываешь, — Строго сообщила Лорента.

И все же на ближайшие две минуты она была спокойна.

Девушка вернулась к изысканиям ученого. В общем и целом информация отсюда ей была ясна, но выстраиваться во что-то стройное она все равно не желала. От злости на саму себя и на весь мир Лоренте хотелось разорвать эти бумаги в клочья.

Най оставался там, в зале, окаменевший, одинокий, пока Триада выкачивала из него силы и медленно лишала жизни. Если уж Лорента успела за несколько минут превратиться в усталого тугодума с тяжелой головой, страшно было представить, что станет с ним за столько времени. Еще и эта рана…

Бабушка заметила, что она снова заплакала, быстрее, чем сама Лорента. Поднявшись со своего кресла, она подошла к девушке и мягко опустила руку ей на плечо:

— Милая моя, успокойся. Подумай — может, тот охранник был прав? Я видела, с какой решимостью этот юноша спас тебя.

Охранником она назвала Вэйла. Кто бы мог подумать, что бабушка станет солидарна с уголовником!

— Конечно! — Девушка резко подняла на нее заплаканные глаза, — Потому что он всегда так делал. Он просто… не умеет по-другому. Но это не значит, что его не надо спасать! Он еще жив!

У Лоренты на глазах рушился весь ее мир, все надежды, все воспоминания — всё обратится прахом и чувством вины, которое не даст ей нормальной жизни. Как бабушка не могла этого понять?

— Это был его выбор. Не знаю, что успело между вами произойти, но он поступил так, потому что любит тебя, — Продолжила бабушка, — Ты должна ценить это его решение.

— Я ценю не его решение, — Покачала головой Лорента, — А его жизнь! И знаешь что… эта жизнь стоит дороже любой из жизней этих никчемных сплетников-Хранителей! Да и самого Бастарда тоже!

Она запоздало поняла, что своими высказываниями может вызвать у бабушки новый приступ. Стушевавшись, Лорента уставилась в ее лицо, но женщина выдержала эти слова с удивительной стойкостью.

А потом ее осенило. От неожиданности девушка замерла на месте, словно это могло помочь ей удержать в голове нагрянувшую мысль.

— Бастард! — Воскликнула она с улыбкой, — Хранители! Я знаю, что нам делать! Знаю!

Видно было, что бабушка уже отчаялась отговорить ее, а поэтому гениальная идея внучки вызвала даже на ее лице какой-то оттенок удовлетворения.

— И что же? — Склонила голову она.

— Но только мне понадобится твоя помощь, — Уставившись в одну точку, Лорента судорожно продумывала свой план.

— Думаешь, старуха способна взять в руки кувалду и разбить камень? — Невесело хмыкнула бабушка, — Нет, здесь я тебе не помощница.

— Этого и не понадобится, — Лорента пристально посмотрела ей в глаза, — Я хочу, чтобы ты сделала Бастарда новым источником. С помощью нефритового порошка.

Бабушка удивленно округлила глаза.

— Ты сможешь к нему подобраться, я не сомневаюсь, — Кивнула Лорента, — И выпить чаю с нефритом…

— Лоло, но освободитель… Ты хочешь отдать его в жертву?

— Верно. Как он отдал в жертву того мужчину. Меня. А потом и Ная. Это ведь он приказал совместить Триаду. Пусть и платит за это.

Бабушка хоть и выглядела потрясенной этим замыслом, но приняла его. Правда, следующий вопрос не заставил себя ждать:

— И что дальше?

— А дальше мне понадобится Вэйл, — Лорента задумчиво постучала пальцами по колену, — И корабль, на котором мы все сбежим отсюда.

— Лоло, ты хоть представляешь, насколько это опасно? Вести такие заговоры за спиной у освободителя…

— Да хоть за спиной у самого дьявола! — Вспыхнула Лорента, — Если это спасет Ная, ничего больше не имеет значения.

— Милая, подумай… — Бабушка недоверчиво уставилась на девушку, — Ты понимаешь, на что идешь? Понимаешь, чем это может обернуться?

Лорента уже устала объяснять ей одно и тоже:

— Пойми же, бабушка, — Она устало взъерошила волосы, — Я думала об этом с того самого дня, как оказалась здесь. Я боялась потерять все, что получила — а потом поняла, что теряю гораздо большее. Его. И дело не в благодарности, не в уважении — и даже не в увлечении. Дело в любви. И это единственный аргумент, который здесь нужен.

Это признание бабушке нечем было крыть. Впрочем, даже если бы она и хотела, она бы не успела ничего сказать — потому что в комнату вломился Вэйл.

При виде него Лорента чуть не выругалась. Отчего-то избитый, перепачканный в крови и взмыленный, он оглядел присутствующих и поправил странную повязку на шее:

— Так и знал, что вы здесь. Ты страшно предсказуема, Лапуля.

Лорента едва могла скрыть свою радость — как-никак, она сама собиралась искать Вэйла, чтобы просить помощи, а найти человека на нижних ярусах — дело не быстрое. И все же остаточная злость на пилота пересилила все остальное — девушка сложила руки на груди