Миры - Диана Борисовна Кудинова

–Где Эндра? – резко спросил мужчина.

–Её нет, – почти хором ответили Катя и Олег.

Фейн разозлился, нетерпеливо сжал руку в кулак, но всё ещё не мог встать на ноги. Брат с сестрой пересказали, что случилось.

–Эта Шеннон ей что-нибудь сделала?

–Нет, – Олег мотнул головой. – Они поговорили и всё. Эндра решилась уехать.

–Потому, что так хотела Шеннон, – вставила Катя.

–Я не понимаю, почему две женщины не могут договориться, – Олег закатил глаза. Но сестра одёрнула его.

–Кто бы говорил! Я видела, как договариваются мужчины. Мы еле ноги унесли! Чуть не погибли во время таких «договоров»! И это была твоя идея торчать в библиотеке в такой час.

–Я искал информацию для тебя!

–Чтобы избавиться от меня, да?!

–Прекратить! – сказал Фейн резко. У него всё ещё шумело в ушах, и резкие звуки причиняли почти физическую боль. Брат с сестрой гневно переглянулись и смолкли. Фейн выждал паузу и продолжил.

–Я хочу знать всё, что пропустил. Чем закончилась война? Что говорят люди? Безопасно ли на улицах? Кто из моих людей погиб и где остальные? И расскажите, где может быть Эндра. Только говорите по очереди, я буду благодарен…

Шеннон обходила раненных, прикасалась к ним своей силой, вытаскивала их с того света, заставляла проснуться. Она не дожидалась благодарностей, просто двигалась дальше по больничному коридору. Так ушло пара часов, а потом Шеннон стала терять сознание, Эндра подхватила её, заставила сесть, принесла воды. Колдунья побледнела, а движения ослабли.

Они странно себя чувствовали, оставшись наедине.

–Спасибо, что спасла его, – сказала Эндра. – И этих людей.

–Кто знает, – прошептала её собеседница. – Может, кто-то из них должен был погибнуть, а я спорила с судьбой.

–Не вини себя.

Шеннон слабо улыбнулась.

–Ты меня успокаиваешь. Это даже трогательно… Моя миссия закончилась в этом городе. Мне надо придти в себя, поспать пару дней. И я уеду. Этот город не по мне. И ты тоже должна уехать, не прощаясь. Ты помнишь? Прости, но я не могу менять своё решение…

Раньше Эндра думала, что Шеннон совсем не трудно применять свою магию. Но это было не так. После двух часов работы девушка неделю приходила в себя. И эта неделя была важной для них обеих…

В первый же день Эндра бесшумно забрала свои вещи и оставила Кате свой браслет – тот самый, что так понравился девочке… Раньше Катя часто расспрашивала Эндру о детстве, о родителях, но женщина не любила такие расспросы. А сейчас жалела, что так мало рассказала ей… Впрочем, это было уже не важно.

Шеннон остановилась в гостинице на окраине города и почти всю неделю спала. Иногда просыпалась, пила воду, почти ничего не ела, немного гуляла. Однажды посетила ближайшую церквушку. Там к ней подошли священники, они собирали на помощь бедным – и Шеннон оставила им свои золотые кольца и украшения без малейших колебаний.

Все эти дни Эндра присматривала за ней, ни на минуту не спускала глаз. Ей было даже интересно наблюдать за этой девочкой.

Ей вспомнились слова гадалки: «Как ни странно, ты – единственное, что удерживает её в этой жизни. А она – единственное, что может спасти тебя». Эндра полностью поняла смысл этих слов за несколько дней до битвы и написала Шеннон. Та незамедлительно приехала в столицу и действительно смогла помочь. Она излечила Фейна, тем самым спасая Эндру (и, быть может, немножко себя)… Предсказание Веласки снова сбылось. Оно уберегло людей от гибели, но опустошало души.

Как-то раз Эндра сварила лечебный суп и уговаривала Шеннон поесть.

–Ты заботишься обо мне, – сказала колдунья. – Это так мило.

Эндра помедлила несколько мгновений, села неподалёку. Когда-то мама научила её делать такой вот лечебный суп, это было очень давно. Но её голос звучал, как сейчас. Она добавляла туда корицу и разные специи, чтобы он был вкусным и замечательно пах. Мама готовила его каждый раз, когда кто-то из близких болел. И сейчас Эндра провела на кухне пару часов, чтобы приготовить его.

–Я забочусь не о тебе, а о той силе, что есть внутри тебя.

–Я так и думала, – Шеннон съела несколько ложек и грустно улыбнулась. – Очень вкусный. Не знала, что ты умеешь готовить.

–Иногда люди удивляют.

–Скажи, куда ты поедешь?

Эндра бесцельно смотрела в окно, провожая взглядом прохожих. Она знала, что любой город ей покажется чужим и одиноким. Каждый час – долгим. Она задумалась на пару мгновений и вздохнула.

–Я поеду в свой город, откуда я родом. Фейн говорил, что мне это нужно. Я должна принять своё прошлое. И придти на могилу матери. Но я не останусь там надолго.

–Могила матери, – прошептала Шеннон задумчиво. – Придти туда – значит, признать, что она умерла. А я так не могу.

–Да, – выдохнула Эндра. – Это так трудно… А ты куда едешь?

–Не знаю, – Шеннон развела руками. – Я не могу задерживаться где-то подолгу. Мне приходится переезжать из города в город. Слава обо мне начинает идти очень быстро. И поток людей растёт с каждым днём. Как им объяснить, что я могу устать? В одном из таких городов мне пришлось работать больше двух часов – потом пришла мать с ребёнком. Со слезами на глазах она умоляла помочь им. И я помогла. Хотя это было не просто. После чего я долго приходила в себя и на неделю ослепла.

Эндра слушала её молча, не могла посмотреть ей в глаза. Им обеим хотелось сбежать друг от друга, но они продолжали сидеть рядом и вести задушевный разговор.

–Ты могла бы служить при дворе, лечить элиту, – задумчиво сказала Эндра. – Хотя нет. Для тебя это слишком скучно и просто, не так ли?

–Вот именно, – Шеннон кивнула. – Ты хорошо меня знаешь.

–Даже слишком.

–Знаешь, Эндра, сейчас мои силы ослабли. И пока я сплю, ты ведь можешь убить меня. Вспомни, как я мучила тебя, неужели не хочется? – её голос был тихим и мягким, Шеннон задумчиво улыбнулась, мечтательно прикрыла глаза. – Это освободит тебя от обещания, ты станешь свободна. И я тоже. Ни горечи, ни одиночества…

–А тебе хотелось бы этого?

–Кто знает. Иногда мне кажется, что я не против умереть от твоей руки. Но только от твоей.

Эндра наклонила голову на бок, поёжилась от холода.

–Я лежачих не бью.

–А по мне так – какая разница? – лукаво усмехнулась Шеннон.

–Я помню.

Эндра всё же взглянула ей в глаза и вздрогнула. На пару мгновений ей показалось, что она смотрит