Одноклассник - Ксения Богда

временем решимость мамы стала давать трещину. Я начала её уговаривать не принимать поспешных решений, и пожить с Ильей Олеговичем подольше. Я не знаю, откуда он про всё это узнал. Может и мама случайно рассказала. Как-то он забрал меня из университета, якобы хотел отвезти меня на ужин вместе с мамой. Мы с ним поехали за город, там есть ресторан, поэтому меня ничего не смущало в этой поездке.

Девушка прервала свой рассказ, чтобы перевести дыхание, и набраться храбрости рассказать дальше:

– В общем, ехали мы какое-то время. Отчим шутил, рассказывал про юность. Плавно разговор опять перешел на квартиры. Я ему сказала, что не собираюсь ничего продавать и уж тем более менять на дом. И вот тут я увидела его настоящую натуру. С него слетела маска доброты. Он начал на меня кричать, что я тупая, ничего не понимаю. Начал злиться и орать, что и мама моя ему нафиг не нужна. Всё это он только из-за денег начал. Любой ценой он эти квартиры приберет к своим рукам, и мама ему вообще не помеха. А я сидела, и поражалась, что люди вообще умеют так притворяться. Он резко крутанул руль, притормозил и открыл мою дверь. При чем у него это так ловко получилось. Кажется, он какое-то время занимался экстремальным вождением, и даже трюки некоторые учился делать. Вот и на мне решил один из таких трюков провернуть. Видимо, я ему сильно мешала. Сам понимаешь уже, я не была пристегнута, и просто вылетела из машины. Мне повезло, что я приземлилась в кучу листьев и сильно не пострадала. А он просто ударил по газам и умчался в неизвестном направлении, оставив меня ночью одну за городом. Но тут мне тоже повезло, потому что приближалась машина скорой помощи, и врачи меня заметили.

По мере рассказа, руки Димы всё сильнее напрягались на руле, а сам он зверел от услышанного:

– А ты маме это всё рассказала? – спросил парень.

– Рассказала. Она не поверила мне, – тихо проговорила Сеня, и быстро вытерла слезы.

– Как понять не поверила? – прокричал Дима, но взял себя в руки. Он понимал, что девушке итак нелегко делиться с ним такими подробностями прошлого.

– Вот так. Меня тогда и подобрала та самая скорая. Я приехала домой и сразу рассказала всё маме. Только не учла, что этот подонок уже вывалил свою версию. Согласно которой, я начала его домогаться, а он не придумал ничего лучшего, чем вышвырнуть «эту потаскуху», то есть меня, из машины. Ну и мама поверила ему. С того момента мы не общаемся. Мне пришлось поменять квартиру на меньшую, в которой я сейчас живу. А они уехали из России, и живут сейчас вместе. Уж не знаю, что задержало отчима с мамой.

– Бля – это пиздец! – Дима резко выкрутил руль на обочину и вдавил педаль тормоза, – извини, но других слов у меня просто нет.

– Да я понимаю. Я уже пережила и забыла.

Есения постаралась незаметно стереть слезы с щек. Пальцы нежно коснулись ее подбородка, и подняли лицо. Глаза Димы долго изучали девушку, а через мгновение парень уже хитро улыбался:

– Боишься высоты?

– Что? – Сеня опешила от резкой смены настроения, – не замечала за собой.

– Отлично! Тогда доверься мне, ладно, малыш? – Дима переплел их пальцы уже привычным жестом, от которого Сеня готова была поверить ему во всем.

– Ла-а-а-а-дно. Но только под твою ответственность, Борисов! Иначе...

Дима не дослушав угрозу девушки уже звонил невидимому абоненту:

– Алло, Артем Степанович! Да, это Дима. Не, не забыл. Просьба есть к вам одна. Можно приехать, и воспользоваться вашим служебным положением? Хорошо, с меня коньяк, – весело протараторил Димка в трубку и развернул автомобиль на сто восемьдесят градусов, набирая скорость.

14

– Дима, а мы куда-то спешим? – Есения вжалась в пассажирское кресло и широко распахнула глаза, вглядываясь в дорожное полотно.

– Не бойся, малыш, со мной ты в безопасности! Если хочешь, включай музыку, а то непривычно в тишине ехать.

Чтобы отвлечься от волнений Есения последовала совету парня. В колонках тут же раздались звуки незнакомой песни.

– Красивая песня. Кто поет? – вслушиваясь в слова, спросила Сеня.

– Если не ошибаюсь, некий певец под псевдонимом Тарас.

– Голос на твой похож, – засмеялась девушка, – не ты ли это?

– Ну, у меня конечно много достоинств и талантов, но в пении себя не пробовал.

– Особенное достоинство – это твоя скромность. Кстати, если у нас сегодня вечер откровений. Может, ты поведаешь историю появления шрама?

Веселость Димы как ветром сдуло, и Есения пожалела, что вообще затронула эту тему. Интересно, что же там такого произошло, что парень не хочет рассказывать.

– Обязательно расскажу, но в другой раз. Мы на месте. Смотри, солнце. Сегодняшний вечер только для тебя, – парень всем телом повернулся к девушке, наклонился и захватил губы в плен. В ответ услышал не то стон, не то вздох девушки и крепче сжал руль, чтобы не сорваться. Ему не нужно было много, чтобы желание в теле подняло свою голову. Держаться становилось всё сложнее, но удержаться от поцелуя рядом с ней было просто невозможно. Как мотылек летит к свету, так и Диму тянуло к Сене. Целовать. Прикасаться. Обнимать. Держать её хрупкую руку в своей. И защищать от всего, что подкидывает сука-жизнь.

– Смотри, – тихо проговорил Дима, отрываясь от девушки.

Есения повернула голову и быстро заморгала. Она никогда ещё не видела такого: перед глазами величественно возвышалось колесо обозрения, а вокруг больше ничего. Колесо стояло на возвышении, и было ясно, что на самой его вершине город будет, как на ладони. Высота была впечатляющая – ещё немного, и облака. Ещё немного, и можно подняться на уровень птичьего полета. Смотря снизу на колесо, захватывало дух, а что же будет там, на пике? Ночной город, улицы, машины, огни. Всё это так явно пронеслось перед