Перекресток прошлого: Холод войны - Даниил Витальевич Протасов

– Ох, тебя послушать, так мы должны просто сидеть на жопе ровно, надеясь, что ключ сам свалиться нам с неба – возразил мне Дима.

– Что?! Это я ничего не делаю?! Да я почти неделю носила утки за ранеными и больными, чтобы добыть какие-то дурацкие бумаги. Просто ваши планы становятся все безумнее и безумнее, тогда как результат от них нулевой – горячо отреагировала я.

– Ох ну прости, ты думаешь меня вся эта ситуация устраивает?! Да я бы с радостью смылся отсюда к чертовой матери, но я пообещал твоему отцу… – раздраженно говорил Дима.

– Да ты достал уже упоминать моего отца… – гневно высказалась я.

– Ну конечно, ведь за последние лет пять только мне и было до него дело! – с укором высказался Дима.

Вот этими словами Дима, серьезно, меня разозлил:

– ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! – в гневе спросила я.

– Ровно то, что ты слышала. Лишь я один поддерживал его все эти годы, и никто из его семьи, ни разу даже не пыталась выйти с ним на связь, хотя ему тоже было тяжело. Ему так нужна была поддержка, но ты вспомнила о нем только после его смерти.

В ответ он получил от меня больную, звонкую пощечину.

– Ты не имеешь ни малейшего понятия о наших отношениях, и о том, что нам с мамой пришлось из-за него вынести! – сказала я, будучи вне себя от злости. Я поверить не могла, что у Димы язык повернулся такое сказать.

– Все хватит! – прервал нас Робин – Вы слышали, что сказала Зинаида, пока мы здесь нам нужно держаться вместе. Понимаю, за последние дни у всех нервы уже на пределе, но нужно держать себя в руках, хорошо?

– Хорошо – успокоившись, ответил Дима

– Ладно – ответила я. Пытаясь унять свои эмоции.

– Отлично, ну а что насчет вашего спора, то я согласен и не согласен с вами обоими. Твой план, в самом деле, крайне рискованный Дмитрий, но просто сидя на одном месте мы тоже ничего не добьемся. И вместо того чтобы выяснять отношения, лучше будет потратить наше время на прогулку у монастыря – сказал Робин.

– То есть по итогу мы делаем, так как сказал Дима – заключила я.

– Ну, когда ты предложишь свой план действий, мы сделаем по твоему – сказал Робин, и мне возразить ему было нечем.

Закончив обедать, мы вновь вышли на улицу и двинулись к монастырю.

Уже была вторая половина дня, но солнце еле проглядывало из-за больших и густых туч закрывших собой все небо, и это создавало какую-то гнетущую атмосферу, как будто на улице был уже поздний вечер. Также мрачную атмосферу подкрепляло общая пустынность улиц. Местные улочки опустели, и большинство домов теперь казались такими безжизненными. Ведь многие жители уже успели, покинуть город.

– Половину города уже эвакуировали в Старую Ладогу и другие окрестные города – рассказывал мне Дима – А все военных сейчас потягивают к окраине города, похоже, немецкая армия уже совсем близко.

– Откуда ты это знаешь? – хмуро спросила я.

– Артемий рассказал мне об этом еще вчерашним вечером – ответил он.

– Здорово, теперь ты сделал мое и без того депрессивное настроение, еще депрессивнее. Спасибо тебе за это большое – сказала я.

– Послушай, прости за то, что я сказал про твоего отца» – извинился Дима – Я не знаю, что на меня нашло.

– Робин прав, мы все сейчас на нервах, ты тоже извини меня за ту пощечину – извинилась я – Надеюсь, я тебе не слишком сильно ударила.

– Да ну ерунда – отмахнулся он, потирая другой рукой покрасневший отпечаток моей ладони на щеке.

– Признаю, что была не самой лучшей дочерью на свете. Для отца я вообще была сплошным разочарованием – призналась я.

– Не говори так, он любил тебя.

– И сколько раз он упоминал обо мне, за то время, что вы работали вместе? – спросила я.

Дима неловко замялся:

– Ну, если честно в первый раз я узнал о твоем существований, только тогда, когда он решил отправить тебе медальон – признался он.

– То есть пару недель назад? За те пять лет, что вы с ним знакомы?

– Получается так – неловко согласился он, осознав, что его попытка меня утешить, не удалась.

– Что же, ясно – со вздохом подытожила я.

– Но я уверен, что где-то в глубине своей души он искреннее тосковал по вам – сказал Дима – Просто он такой человек, всегда держит все свои мысли и эмоций в себе. Боясь открыться окружающим.

– Может быть это и так, к сожалению, этого мы теперь уже никогда не узнаем – с грустью заключила я.

Когда мы уже проходили мимо пруда, Робин резко остановил нас.

– В чем дело? – недоуменно спросил Дима.

– Посмотри вперед – сказал Робин, показывая на стены монастыря, стоящие вдалеке из-за которых вздымался огромный столб черного дыма.

– Это что пожар? – спросила я.

– Верно, и, похоже, пожар не слабый – настороженно сказал Робин – Это не к добру.

– Да ладно вам стоять и пялиться, пойдемте, посмотрим, что там случилось – сказал Дима, ускорив шаг.

– Ну что за сегодня дерьмовый день!» – выругалась про себя я.

И немного ускорившись, мы продолжили путь к монастырю.

Пройдя еще немного нам, стало очевидно, что столб дыма исходящий из монастыря и не думал иссякать, а лишь увеличиваясь в размерах, а значит, пожар был действительно серьезен. И к тому моменту как мы уже достигли стен монастыря и вошли во внутренний двор, он достиг немалых масштабов.

Огонь охватил пять старых деревянных келий, что составляло около трети территорий монастыря, и продолжал буйствовать. Практически все беженцы монастыря кинулись бороться с ним без конца кружа вокруг горящих зданий и поливая его водой из всего что придется, даже местные красноармейцы занимающиеся охраной входных ворот и военного склада кинулись помогать в тушений пожара.

Мы решили подойти чуть ближе к толпе, чтобы узнать что случилось. И тут нам посчастливилось увидеть нашего старого знакомого Аркадия, что стоял поодаль от горящих домов и подобно нам наблюдал за пожаром.

– Ого, это же мои старые знакомые – дружелюбно сказал он, заметив нас – Какими судьбами вас опять занесло, все ищите пропавший медальон?

– Можно и так сказать – ответил Робин – Что здесь случилось?

Аркадий махнул рукой в сторону горящих домов:

– Пожар случился, а ты что не видишь?

– Но что произошло? – продолжал допытываться Дима.

– Да черт его знает, он разгорелся около часа назад, в том старом