Стяжатель - Валерий Михайлович Гуминский

Лязгун получил статус личника Даши, чему был горд неимоверно. Действительно, теперь ему не приходилось отвлекаться на оперативную работу вместе с новыми бойцами, которых отлично готовил Глеб Донской со старыми потайниками. Но выезжать в «поле» узнаваемая троица не перестала. Гоняли личников гораздо больше других бойцов охраны, но парни не роптали, осознавая всю степень ответственности.

Лязгун вместе с Нагайцем стал сопровождать молодых женщин в поездках, тогда как Слон маячил своей массивной фигурой возле хозяина, изредка оставаясь дома, когда Никита уходил через портал в столицу с деловыми визитами.

— Антон, ты связался с Глебом? — спросил Никита, поглядывая на суету возле казармы, где готовили машины на выезд.

— Да, он уже в курсе. Пришлет в «Гнездо» десяток бойцов, — подтвердил Шубин. — В поселке сейчас хватает охраны, да и защита периметра полностью обкатана. Донской молодец, здорово поставил службу. Завидую ему.

— Чего вдруг? — Никита уловил нотки грусти в голосе бывшего капитана-гвардейца. — Не замечал за тобой приступов ревности. Ты не заболел часом?

— Эх, там такая жизнь кипит, — махнул рукой Антон, — а я здесь занимаюсь дежурной волокитой. Ильяс как-то неожиданно у меня перехватил руководящие функции, и вдруг я понял, что становлюсь каким-то ненужным придатком в отлаженном механизме.

— Так, дружище, — внимательно посмотрел на него волхв. — Звони Алене и вызывай ее сюда. Учеба давно закончилась, а она до сих пор в городе непонятно чем занимается.

— У нее мать заболела, — Шубин оживился, почуяв, чем хочет обрадовать его Никита. — Но на пару деньков, думаю, можно?

— Нужно, господин капитан. Не нравится мне твое настроение. Ты брось уничижать самого себя. Запомни, Антон…

Никита положил руку на плечо верного «безопасника».

— Запомни хорошенько. Ты у меня последний бастион в защите. Да, ты не одарен. Но твоя преданность куда важнее, чем умение строить магические заклинания. Не забывай также, что на тебя надеется Великий князь Константин.

— Да, понимаю, — кивнул Шубин, оттаивая. — Но я дал клятву на крови тебе, Никита, и твоей семье. Константин Михайлович теперь не моя головная боль.

— Отрадно слышать, что ты выбрал правильную дорогу, — улыбнулся волхв. — Когда вернемся, съезди с Аленой на озеро, отдохни. А то и на Черное море. Тоже хороший вариант.

— Я бы в Венецию скатался, — прищурился Шубин. — Нравится мне этот город. Был я там с родителями в детстве. До сих пор перед глазами стоит мост Риальто, Дворец Дожей, прогулка по Сан-Марко, песни гондольеров…

— Могу устроить, — серьезно ответил Никита. — Только ехать туда нужно под чужим именем. Я не хочу подставлять тебя под удар Инквизиции. Если их агентура узнает, что ты работаешь в системе безопасности моего клана — мигом попадешь в их лапы. А потом они заставят тебя продаться с потрохами, когда выкрадут Алену. Это самый сильный рычаг на тебя, и поверь, нет человека, который не сломается под таким давлением.

— Я все понимаю, — помрачнел Шубин. — Папские инквизиторы умеют давить на болевые точки. Наверное, обойдемся крымскими пляжами.

— Не расстраивайся, Антон, — с силой сжал его плечо Никита, и даже тряхнул. — Как тебе Адриатика? Шикарные пляжи, теплое море, гостеприимные люди…

— Тоже неплохо, — улыбнулся Шубин, окончательно приходя в себя. Черт его знает, какая-то черная хмарь заползла в душу. — Далмация, да?

— Есть у меня должники в тех краях, — задумчиво произнес Никита. — И дорожка проложена. Билеты покупать не надо, а это уже огромный плюс к бюджету. Проведу вас по «тропинке» … Так что считай, свадебный подарок тебе с Аленой я приготовил. Осенью море в тех краях особенно впечатляет. Отдохнете, загорите.

— Да мы как бы и не планировали в этом году…, - вдруг покраснел Шубин.

— Повелеваю, — Никита убрал руку с его плеча. — Как Глава клана настаиваю на вашей свадьбе этой осенью. Мне уже больно на тебя смотреть. Так что пока мы будем бока отлеживать на Белом озере, обстоятельно поговори с Аленой, и по моему приезду обрадуешь своим решением.

Шубин почувствовал, насколько серьезно это произнес молодой волхв и внутренне собрался.

— Слушаюсь, хозяин, — даже не думая шутить, ответил Шубин, но в его глазах блестели искорки счастья и готовности служить молодому волхву не за страх, а за совесть.

Никита посмотрел на часы. Прошло не так много времени, и его женщины, вероятно, собрали только по одному чемодану вещей. Хорошо, что дети сейчас играли в «яслях», и не стремились домой. Их уже предупредили об отъезде родителей, и Полина с Мишкой просто приняли этот факт как должное. Госпожа Милютина давно внушила им, что негоже орать и вопить, истекая соплями и слезами, висеть на ногах мам и папы, не давая им возможность отдохнуть от своих чад. Молодые аристократы не должны позорить Семью и клан своими капризами.

Повезло с гувернанткой, чего уж там. Никита и сам иногда испытывал робость перед ее нравоучительными эскападами. Попробуй, ослушайся такую. Охрана, так и вовсе, на цыпочках ходит, и не дай Перун, отвлечься им от своих служебных обязанностей во время наблюдения за детьми — буря возмездия налетала незамедлительно.

На крыльце возникло оживление. Тамара и Даша, принаряженные в легкие сарафаны, в длиннополых шляпах, прикрыв свои глаза черными очками, с грохотом выкатили дорожные сумки, которые сразу же подхватили охранники и перенесли в багажник «Вихря».

— Как бы дождь не пошел, — сделав озабоченное лицо, произнес Никита и кинул взгляд на безоблачное небо.

— К чему это? — подозрительно посмотрела на него Даша.

— Вы опередили график. Думал, вам еще час понадобится для сборов. Погода испортится….

— Так мы заранее начали набивать чемоданы вещами, как только услышали твое обещание, — Тамара легонько потрепала волосы на макушке мужа. — Твоя шутка не удалась. Мы едем?

Провожали семейство Назаровых только остающиеся в имении люди, отвечавшие за безопасность: Шубин, Яна со своим ненаглядным Ромой, да и дед Фрол присоединился к компании, решив размять кости. Три внедорожника, выехали за ворота, и получив долгожданную свободу, с радостным рыком рванули по гладкой