Повеса из Пуэрто-Бануса - Кэрол Маринелли

– Если бы ты задала мне этот вопрос вчера, я бы ответил, что нет.

Рауль посмотрел на нее. Девушка нахмурилась, и он был благодарен ей за то, что она не вытягивает из него подробности. Эстель стояла молча, и Рауль сказал ей правду:

– Сегодня утром отец признался мне в том, что у меня есть брат. Лука. Лука Санчес Гарсия… – Ему было странно произносить это имя.

Эстель усвоила урок, который Рауль дал ей за столом. Она поняла, что матери у них разные.

– Ты виделся с ним?

– Случайно.

– Сколько ему лет?

Эстель задала Раулю тот же вопрос, что он сам задал отцу, хотя она не могла и представить важность его ответа.

– Двадцать пять, – ответил он. – Сегодня утром я зашел в кабинет к отцу, ожидая, что он снова станет читать мне мораль; он настаивает на том, чтобы я женился. – Он невесело рассмеялся. – Я и не догадывался, что он мне уготовил. Отец умирает, а перед смертью хочет привести все дела в порядок. Мои в том числе. Вот он и рассказал мне о втором сыне…

– Ты, наверное, был ошарашен.

– Скелеты в шкафу для меня не новость, – ответил Рауль. – Но тут речь идет не о коротенькой интрижке, которая вдруг стала явной. Мой отец вел двойную жизнь. Он часто ездит к своей любовнице на север Испании. Я-то думал, он бывает там по делам. У нас есть гостиница в Сан-Себастьяне, отец всегда очень о ней заботился. Теперь мне понятно почему.

Эстель постаралась представить, каково это – узнать нечто подобное, а Рауль поражался, с какой легкостью он только что рассказал ей о своей тайне. Затем он напомнил себе, почему так получилось, – чтобы его план удался, Эстель обязана знать всю его историю.

Или хотя бы ее часть.

Все он ни за что бы не рассказал.

– Анхела, его личный помощник, всегда была… – Рауль пожал плечами. – Она всегда была рядом. Мы с ней ладили. И тут оказалось, что сын, о котором она так часто говорила, на самом деле мой брат. – Рауль стиснул зубы. – Большую часть детства я провел с тетей и дядей, думая, что отец работает в Сан-Себастьяне, а оказалось, он жил с любовницей и их сыном. – Рауль пожал плечами. – Теперь они просят прощения, говорят, что им очень жаль. Я всегда гордился своим умением все подмечать и контролировать, а оказалось, я не знал ровным счетом ничего.

Он рассказал достаточно. Более чем достаточно для одной ночи.

– Так вот, мой ответ на твой вопрос: да, у меня есть брат.

Он ссутулился, и Эстель сжала пальцы в кулак, борясь с желанием положить руку ему на плечо.

– Но, в отличие от тебя, меня его жизнь совершенно не касается.

– Может, все изменится, как только ты с ним познакомишься.

– Этому не бывать.

Эстель услышала легкую дрожь в его голосе, но в его словах было столько ненависти, что ее это не удивило.

– Я зайду внутрь.

– Не уходи.

Эстель было необходимо вернуться к Гордону, с ним было безопасно, но тем не менее она не хотела оставлять Рауля.

– Спокойной ночи, Рауль.

– Останься!

Она покачала головой, услышав звонок его телефона. Подойдя к двери, Эстель услышала истерический женский вопль:

– Рауль, возьми трубку! Где тебя черти носят?

Реакция у мужчины была молниеносная: он мгновенно отключил телефон и потащил Эстель в тень:

– Сделай мне одно одолжение.

Не успев понять, что происходит, Эстель оказалась в его объятиях. Рауль касался языком ее губ, рукой гладил ткань пижамной маечки. Эстель сопротивлялась, но потом поняла, чего он хотел: Араминта звала Рауля, в любой момент она могла выйти на балкон. Он хотел, чтобы она застала их вдвоем.

Но Араминты все не было, и парочка так и осталась незамеченной.

«Может, довольно?» – думала Эстель, но ее обнаженная грудь была прижата к груди Рауля.

«Надо остановиться!» – говорила себе Эстель, а их языки переплетались.

Рауль тихо простонал. Девушка никогда не слышала и не ощущала ничего более сексуального. Он гладил ее, она чувствовала его горячий влажный язык на своих губах.

Эстель хотелось, чтобы этот поцелуй закончился, но в то же время она желала, чтобы он длился вечно. Словно она шла по запретной тропе, стремясь поскорее дойти до конца и увидеть, в кого превратится в итоге.

– Не возвращайся к нему… – прошептал Рауль. Он собирался поговорить с ней позднее, попросить номер ее телефона, но, узнав ее вкус, поцеловав ее, он не мог представить ее в одной постели с Гордоном. Раулю эта мысль стала омерзительна. Он расскажет ей о том, что задумал, прямо сейчас. – Пойдем ко мне.

Эстель осознала всю сложность своего положения. Рауль думает, что для нее привычное дело – ложиться в постель с кем попало.

Он наклонился к ней, хотел поцеловать, а Эстель влепила ему пощечину. Только так она могла остановить его.

– Ты мне больше заплатишь, да?

– Я не это имел в виду. – Щека Рауля горела, и он понимал, что заслужил пощечину. Он знал, как Эстель поняла его предложение, но он просто не хотел, чтобы она шла в постель к другому. – Я хотел сказать…

– Я прекрасно знаю, что ты хотел сказать.

– Сволочь!

Рауль и Эстель обернулись. Араминта рыдала.

– Ты сказал, что устал, что уже спишь!

– Может, это тебе стоит пойти спать? – отрезал Рауль.

Эстель снова убедилась в том, что Рауль бывает очень грубым, когда захочет.

– Как еще яснее объяснить тебе, что ты мне не нравишься? – Он повернулся к Эстель, хотел помочь ей застегнуть пуговицы, но она ударила его:

– Не трогай меня!

Эстель выбежала с балкона и направилась в комнату, тихо вошла и забралась в постель, прислушиваясь к жужжанию аппарата для искусственной вентиляции легких. Она изо всех сил старалась забыть прикосновения Рауля, его губы.

Она гнала прочь мысль о том, что впервые в жизни влюбилась по-настоящему.

Глава 7

Гордон отнесся к тому, что случилось, с пониманием. Конечно, Эстель рассказала ему не все: об их разговоре с Раулем и о том, что он поцеловал ее, потому что прятался от другой женщины, Эстель не упомянула.

– Мне так неудобно…

– Не стоит беспокоиться. – Гордон вложил чек в ладонь Эстель. – Если кто-то и станет сплетничать, то соперничество за внимание дамы с самим Раулем Санчесом Фуэнте мне только на руку. Я могу сказать, что из-за этого мы расстались с тобой и я осознал, как мне дорога Вирджиния.

– Простите меня!

– Не стоит извиняться, – сказал Гордон, поцеловав Эстель в щеку. – Просто будь осторожна.

– Я больше никогда его не увижу, – ответила Эстель, – и он ничего обо мне не знает.

– Для такого человека, как Рауль, все, что ты говоришь, – лишь детали, разузнать о тебе для него не составит труда.

По телу Эстель пробежали мурашки.

– Причешись, накрасься поярче и пойдем позавтракаем, – предложил Гордон. – Если кто-то что-то скажет о прошлой ночи, просто смейся и пожимай плечами.