Глава 31. Развод — дело тонкое
15 августа 2018 года
18:10
— Кирочка, такие золотые пальчики нужно только целовать! — сделал комплимент Влад, отпустив руки Киры. — Мне очень понравилось, как ты поправила мой эскиз!
Та поспешно убрала руки под стол, всё еще чувствуя на пальцах тепло его губ. Смущенно улыбнулась. Влад продолжил рассказывать про презентацию. Кира зачарованно наблюдала за коллегой — от силы на пару лет старше ее, подтянутый и мускулистый, с яркими голубыми глазами, пушистыми волосами пшеничного цвета и легкой щетиной, что так шла еще не потерявшему юношеской свежести лицу.
Влад Кире нравился. Нравилось наблюдать, как он улыбается или смеется, нравилось слышать его голос, нравились его работы, коими он так любил прихвастнуть в офисе. Он был весел и, по мнению Киры, очень талантлив, а еще добродушен и внимателен. Наверное, она могла бы в него влюбиться где-нибудь там, в другой жизни. Здесь и сейчас всё, что она могла себе позволить, — лишь ничего не значившие ласковые взгляды. Еще можно было поговорить, но не больше. Больше она себе никогда не позволит, ведь она замужем, хоть на работе об этом никому, кроме отдела кадров, и не рассказывала — не хотела расспросов о муже.
Она замужем. Как же сильно ей хотелось сбросить с души груз этих слов!
Влад продолжал говорить, а Кира смотрела на него с придыханием. Всё же как сильно этот солнечный, по-другому и не скажешь, человек отличается от ее мужа, который и улыбается-то только по праздникам, да и то — чаще всего не ей, а дочери.
Мысли о муже растворили ее улыбку. Интересно, как он там, в Сочи? Что-то в последние дни совсем не звонил. Кира с ужасом думала о времени, когда он вернется домой, и муж узнает о ее работе. Рисовала в голове множество сценариев, как максимально мягко преподнести ему новость. Впрочем, чего гадать, выбора у нее всё равно нет. Будет как будет.
Кира снова сконцентрировала взгляд на Владе — его глаза искрились смехом. Всё же у Кирилла глаза красивее, да и фигура лучше, вот только характер подкачал... Раньше он таким не был. Как же сильно Кира любила его когда-то! Осколки этой любви до сих пор хранились в сердце, хотя и мельчали со временем. Да, где-то глубоко в душе она, несмотря ни на что, всё еще хранила свою первую яркую любовь, но это не мешало ей отчаянно желать свободы.
— Ой, — спохватилась Кира и глянула на часы. — Уже шесть пятнадцать, надо домой.
— Опять убегаешь на самом интересном месте, — вздохнул Влад.
— Подожди, кажется, телефон жужжит, — Кира потянулась к сумке, достала трубку и тихо пробурчала: — Помяни черта…
Затем жестом попросила Влада помолчать и нажала на кнопку вызова.
— Привет, — сказала она как можно более приветливым тоном.
— Привет, что делаешь?
Кира замялась. Врать не хотелось.
— Сижу в кафе, — ответила она нейтрально. — Скоро собираюсь домой.
— Нет, лучше сейчас выходи. Мне надоело за тобой через окно наблюдать... — И отключился.
Кира быстро оглядела улицу и тут же заметила машину мужа. Кровь прилила к щекам, руки затряслись мелкой дрожью.
— Мне пора, — бросила она Владу и устремилась на улицу.
Интересно, в курсе ли он, что она устроилась на работу. Хотя, конечно, в курсе, иначе не стоял бы сейчас под окнами офиса. Надо было все-таки набраться смелости и рассказать ему всё по телефону, чтобы не оказаться в такой глупой ситуации, хотя слушать его ор в трубку тоже удовольствие не из приятных.
Будь ее воля, Кира сейчас не к «мерседесу» мужа спешила бы, а совершенно в другую сторону, но знала, что рано или поздно этот момент настанет. Надеялась, что в запасе есть еще хотя бы неделя, ведь муж должен был вернуться не раньше конца августа.
У машины Кира несколько раз глубоко вздохнула, набираясь храбрости для предстоящей битвы, заставила себя открыть дверь и медленно забралась внутрь.
— Привет, — поздоровалась она, оглядывая Кирилла.
Выглядел он неважно. Лицо потерянное, плечи опущены.
— С тобой всё в порядке? — спросила она участливо.
Резкий комментарий заставил ее забыть о беспокойстве за мужа.
— Ты где эти шмотки выдрала? На оптовом рынке, что ли?
Кира нервным движением поправила воротник простой белой блузы, посмотрела на свои черные брючки. Да, совсем недорогие, но ей хотелось слиться с коллективом — в «Хоттабыче» никто не носил брендовой одежды.
Ему-то какая разница.
Она поджала губы, но на обидную реплику не ответила.
— Скажи, пожалуйста, — начал он непривычно спокойным тоном. — Ты не слышала, когда я тебе запрещал на работу устраиваться?
Кира вспыхнула. Началось.
— Вообще-то ты не запрещал, — выдавила она из себя и продолжила смелее: — Ты только сказал, что не возьмешь меня в «Полярис».
