Ведьмин огонь - Джеймс Клеменс
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Елена тоже чувствовала, что выход близок, но ноги уже совсем не держали ее. Скоро камень под ногами сменился мелкими сучьями и подстилкой из опавших листьев, и девочка воспрянула духом, как моряк, увидевший после долгого плавания родную гавань. Жизнь и свобода ждали уже совсем неподалеку. Все невольно ускорили шаг, а на губах Бола появилась первая за все это время искренняя улыбка.
Ноги сами несли Елену, вперед, и она, пританцовывая, вырвалась вперед Крала. Уже был виден выход, переплетенный корнями!
— Что-то не так! — вдруг остановил всех голос идущего сзади огра. — Пахнет все хуже. Остановитесь!
«Только не сейчас! — в отчаянии подумала девочка. — Не сейчас, когда спасение так близко!»
Но волк тоже, казалось, унюхал что-то недоброе, поскольку припал на передние лапы и глухо зарычал.
— Снова гоблины? — спросил Крал.
— Не уверен.
— Мерик, уведи Елену отсюда, — оглядел всех горец. — Я останусь с Толчуком, мы, если что, прикроем вас.
Мерик кивнул и протянул девушке руку. Елена колебалась, но Крал махнул ей рукой и подвел к ним еще и Эррила с Болом. Эррил замедлил шаг, словно намереваясь остаться, с горцем, но Крал решительно указал ему на выход:
— Уходи. В твоем состоянии ты будешь только помехой.
— Будьте осторожней, — прохрипел Эррил, повинуясь. Мерик все настойчивей тянул Елену к выходу:
— Поспешим. Нужно укрыться в безопасном лесу!
Елена побежала за Мериком.
Впереди у выхода Рокингем стоял в той же позе, в какой застал его окрик Толчука. Увидев, что девочка приближается, он знаком приказал Могвиду и волку отогнуть корни, чтобы она беспрепятственно могла выйти. Они так и сделали, а Могвид встал на колени и придержал брата за шею, чтобы тот не сунулся впереди девочки.
Рокингем встал у расчищенного прохода с факелом наизготовку:
— Выходи! Эта пещера настоящая ловушка!
Девушка пробежала мимо, мельком посмотрев на Могвида, как-то нервно вертевшего головой. Волк при ее приближении стал рычать и рваться еще сильнее, так что Могвид едва удерживал его. Вероятно, волк тоже хотел скорее попасть в лес из этого проклятого места. И перед тем, как нырнуть в узкую дыру, Елена в последний раз оглянулась. Глаза ее встретились с глазами человека, убившего ее родителей.
Дыхание ее остановилось, и она поняла свою ошибку. Но слишком поздно. Железная рука Рокингема уже держала ее запястье. Начальник кордегардии резко дернул ее к себе.
Елена закричала и попыталась, вырваться. К ней бросились, но Могвид, изображая, что тоже спешит на помощь, упал, преграждая путь остальным, покатившись на пол вместе с Мериком. И за эти секунды Рокингем успел вытащить Елену наружу.
Она еще хваталась пальцами за корни, но тот безжалостно отодрал их. Они оказались наверху. С Елены падали прилипшие листья.
— Елена!!! Осторожно, Елена! — крикнул откуда-то сверху знакомый голос…
Она узнала Нилен и обернулась.
Из леса навстречу ей шли два скалтума. Девочка упала на колени.
— Приветссствуем тебя, мышонок… шссс… — прошипел первый.
— Шссс… поиграем? — усмехнулся второй.
При первом же вскрике Елены Эррил вырвал руку из руки Бола и почти грубо оттолкнул старика. Выродок Рокингем обвел их всех вокруг пальца, как неразумных детей! Ноги едва держали Эррила, но он рвался вперед, проклиная свое отравленное ядом тело. Впереди бежал Мерик, который, наконец, освободился от Могвида и тоже подбегал к выходу. Оружия у него не было, но об этом он, казалось, и не думал. За ним по пятам несся волк. Эррил понял, что толку от него сейчас будет мало. С трудом перебравшись через пытающегося подняться на ноги Могвида, он услышал, как тот пробормотал: — «Извините», — и под свирепым взглядом отскочил прочь.
А снаружи, из ночи, уже раздавался леденящий душу двойной смех. И от этого смеха кровь застыла у Эррила в жилах. Этот смех преследовал его все эти долгие годы, когда он путешествовал по местам былых боев, ныне заброшенных и забытых людьми. Он знал, что следует за этим смехом скалтумов — только смерть.
Мерик и волк уже пробились через сплетение корней и исчезли в ночи. Эррил и Бол ковыляли за ними, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы. Эррил дернул ветки, чтобы вылезти наружу, но железные пальцы схватили его за плечо и удержали.
— Нет! — прогремел сзади голос Крала. Горец отшвырнул Эррила от выхода, и он увидел, что Бола также удерживает вторая мощная рука.
— Вы оба слишком слабы! Оставайтесь здесь. Толчук тоже останется с вами!
Эррил попытался вывернуться из этой мощной руки плечом, но обнаружил, что действительно слаб, как ребенок, и ему пришлось смириться не только с железной хваткой горца, но и с правдой его слов. Крал грубо отпихнул их обоих и, локтями раздвинув корни, вылез наружу. Глаза Толчука горели, как огонь в полутьме пещеры, и было непонятно, для чего он здесь стоит: чтобы охранять их — или чтобы не дать им выбраться наружу.
— Я ухожу, — упрямо заявил Эррил и снова полез в проход, ожидая, что его вот-вот схватит могучая рука огра.
Но вместо этого его остановил Бол.
Он осторожно взял его за локоть, не удерживая, а, скорее, желая дать почувствовать свою солидарность:
— В этом есть смысл, — прошептал старик. — Крал прав. Этот бой не для нас .
Эррил задохнулся от возмущения и обиды. Он никогда не думал, что Бол такой трус. Освободив локоть, старый воин в бешенстве обернулся:
— Елена в опасности! — выплюнул он в старое доброе лицо. — И вы сами говорили, что охранять ее — моя обязанность! А теперь просите оставить ребенка в беде!?
Бол сощурился, и тень легла на его лицо:
— Разумеется, нет, но я знаю одно: то, чему суждено произойти этой ночью, должно произойти, — и Бол махнул рукой.
Проклиная очередную задержку, Эррил стал вновь продираться сквозь корни. Камзол его зацепился за старый сук, но, порвав поношенную кожу, старый воин вылетел, наконец, на поверхность. За ним легко проскользнул и Бол, а Толчук просто начал ломать корни.
Но со старым дубом справиться было не так-то просто, и огр, вдвое превосходящий человека по размерам, все никак не мог протиснуться.
— Сражение это и не для тебя, — усмехнулся Бол.
Но эти слова успокоили огра ничуть не больше, чем Эррила, и тот с остервенением продолжал рвать корни.
Эррил решил больше не ждать никого и вышел на луг перед входом.
Противники уже заняли позиции.
С одной стороны стоял Рокингем, опершись спиной о мощный дуб, а перед ним застыл волк, угрожающе рыча и скаля зубы. Волк, вероятно, твердо решил не дать больше этому негодяю сдвинуться с места и натворить еще каких-нибудь бед. «А лучше бы и вовсе порвал ему глотку, — подумал Эррил — и покончил, наконец, с его предательством навсегда».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});